Чтение онлайн

Свойства мазохистского характера соединены с этим чувством, которое весьма поверхностно связано с чувством вины. Мазохисты не могут выдержать похвалу и имеют тенденцию к самоунижению и самоуничижению. Несмотря на свое огромное честолюбие, наш пациент не радовался тому, что его считали хорошим учеником в школе. <Если я бы продолжал быть хорошим учеником, я бы чувствовал себя нагим с возбужденным половым членом перед большой толпой.> Хотя это замечание и было сделано мимоходом, оно, как часто бывает в анализе, привело прямо к сути дела. Торможение и подавление демонстрации гениталий приводят к тому, что сублимация, активность и самодоверие в дальнейшем не развиваются. У мазохиста торможение эксгибиционизма формирует следующую реакцию: страсть к самоосуждению для того, чтобы не выделяться. Ему не хватает необходимого элемента нарциссического строения характера - способности выделяться.

Мазохистский характер, по названным выше причинам, не допускает роли лидера, хотя пациент обычно создает прекрасную фантазию, полную героизма. Его истинная природа, его эго, внедрено в пассивность из-за анальной фиксации. Более того, в результате торможения эксгибиционизма его эго развилось как интенсивное отклонение в сторону самоосуждения. Это строение эго противостоит и предотвращает реализацию активного фаллического эго-идеала. Результатом этого является невыносимое напряжение, которое служит дальнейшим источником чувства страдания и, таким образом, питает мазохистский процесс. Структура бегущего с саблей офицера отражает этот эго-идеал, которого каждый обязан стыдиться, который каждый обязан прикрыть, поскольку эго (войска) не следует за ним.

В связи с этим нужно сказать о свойстве характера, которое весьма часто присуще мазохистам и детям, имеющим склонность к мазохизму: чувство глупости или, дополняющее его, чувство представления себя глупым. Значительная функция мазохистского характера состоит в том, чтобы постараться унизить самого себя. Другой пациент однажды сказал, что он не мог выдержать похвал потому, что он почувствовал себя выставленным на всеобщее обозрение. Не стоит преуменьшать ту важность, которую анальная фиксация, озабоченность разоблачения ягодиц, имеет для полового развития ребенка. Анальный стыд привнесен в генитальную фазу и угнетает ее особой застенчивостью. Для мазохиста любая разновидность похвалы представляет собой провокацию эксгибиционистских тенденций. Где бы он ни выделялся, его везде преследует сильное беспокойство. Поэтому для него необходимо унизить самого себя, чтобы снять беспокойство. Это, в свою очередь, представляет собой новую причину для чувства пренебрежения, которое порождает целый комплекс потребности в любви.

<Представление себя глупым> или <представление, что кто-либо глуп> также является составной частью этого. Однажды наш пациент описал сцену из детства, где он притворялся глупым. <Я хочу что-либо, что мне не дают, затем я становлюсь безумным и поступаю глупо. Насколько меня любят, даже когда я делаю вид, чтобы я глуп? Если меня не любят, следовательно, я не достоин любви и потому я действительно глупый и безобразный>.

Пришло время ответить на вопрос, почему мазохистский характер выражает желание любви в такой скрытой форме, почему он полностью неспособен желать любви в прямой форме. Другой пациент, имеющий сильные тенденции к мазохистским жалобам, имел обыкновение показывать себя несчастным, когда он хотел завоевать женщину. Он ужасно боялся предложить женщине свою любовь непосредственно, опасаясь, что она может рассердиться, высмеять или наказать его. Он страдал из-за того же заторможенного эксгибиционизма, что и первый пациент.

Все это вместе взятое, вызывает чувство внутренней атаксии, мучительное чувство стыда, связанные с внешними проявлениями. Запрет возможности попросить любви открыто вызывает искажения и делает личность, как выразился наш пациент, <бюрократической>, т. е. неестественной и жесткой. За этой ложью скрывается постоянный страх быть разочарованным или отвергнутым. Однажды наш пациент сказал: <Передо мной стоит задача всунуть невозбужденный половой член во влагалище, которое мне не предложено>.

Истерический характер развивает беспокойство вместо открытого выражения любви; чувство принуждения порождает ненависть и чувство вины. Мазо-хистский характер требует любви окольными путями жалоб, стенаний, выказывания нищеты. Все эти различные формы полностью соответствуют генезису этих типов: истерический характер полностью разработал свою генитальность, но она смешана со страхом: черта принуждения заменила его генитальность фаллическим садизмом; мазохистский характер идет к генитальности через эксгибиционизм, после чего подавляет ее и сохраняет лишь в искаженном выражении любви.

НАРУШЕНИЕ ВОСПРИЯТИЯ УВЕЛИЧЕНИЯ ПОЛОВОГО ВОЗБУЖДЕНИЯ - СПЕЦИФИЧЕСКАЯ ОСНОВА МАЗОХИЗМА

Каждая невротическая структура имеет генитальное нарушение в той или иной форме, которая вызывает половой стаз и. таким образом, приводит к неврозу с его источником энергии. Мазохистский характер всегда обнаруживает специфический вид нарушения генитальной функции. И поскольку она очевидна с самого начала, то она не проявлялась до тех пор. пока импотенция или анестезия не были в основном устранены. Это объясняет, почему нарушение полностью не учитывалось ранее. А сейчас вернемся к тому месту, где мы остановились. Мы установили, что мазохистский характер порождает чрезмерное количество неудовольствия, которое обеспечивает реальную основу для его чувства страдания. Мы заметили, что физический аппарат постоянно пытается овладеть этим напряжением и склонностью к тревоге неадекватным способом. В своих попытках побороть тревогу мазохистский характер становится все более и более погруженным в напряжение и неудовольствие, тем самым усиливая предрасположенность к тревоге. Мы узнали также, что неспособность побороть тревогу адекватным путем содействует появлению специфических черт мазохистского характера. Более того, мы выяснили, что наказание, которого мазохист боится в своем воображении, является лишь заменой наказания, которого он боится на самом деле.

Мог ли опыт страха, как, например, в случае с нашим пациентом, пережившим его в трехлетнем возрасте, повлечь за собой мазохистское закрепление в виде пульсирующей фантазии? Ответ отрицательный. Возможно, пациент бессознательно полностью отказался от полового требования, за которым следовало наказание, которого он так боялся. (Другие типы характера проявляют это.) Абсолютно не было необходимости переходить к специфически мазохистским средствам освобождения из ситуации наказания. Должен быть другой элемент или элементы, которые, будучи добавленными к тому, что мы уже знаем, специфически являются причиной формирования мазохистского механизма в целом.

Этот механизм может быть прослежен только в генитальной стадии, т. е., когда его генитальные желания воскрешаются или развиваются впервые. Тогда появляется новая трудность: теперь пациент развивает сильные генитальные желания, которые временно устраняют большую часть его мазохистских позиций. Однако, предприняв первую попытку половой связи, он испытывает явное отвращение, как будто он еще раз отброшен в <грязь мазохизма> анальной и садо-мазохистской прегенитальности. Потребовалось много лет для того, чтобы разгадать эту загадку и чтобы понять, что <неизлечимость мазохиста, не желающего отказываться от страдания,> объясняется нашим весьма несовершенным знанием его полового аппарата. Невозможно было бы найти ответ, придерживаясь теории, что мазохист фиксируется на страдании из-за подавленного чувства вины или потребности в наказании, предположительно проявляющейся в инстинкте смерти.

Полученные данные не противоречат тому факту, что самонаказание может облегчить совесть. Смягчение чувства вины через наказание влияет не на ядро, а на поверхность личности. Такие <искупительные> страдания могут быть полностью устранены, и при этом они не влекут за собой прекращение невротического процесса; они появляются редко и, более того, представляют собой симптом, а не причину невроза. С другой стороны, конфликт между половым желанием и страхом наказания является центральным в каждом неврозе. Без конфликта нет и невротического процесса. Превалирующая психоаналитическая оценка потребности в наказании легла в основу заблуждения в аналитической теории неврозов, наложив негативный отпечаток на теорию терапии, скрыв проблемы профилактики неврозов, а также их половую и социальную этиологию.

Мазохистский характер основан на весьма специфической спастической позиции, которая контролирует не только его психику, но, в первую очередь, его генитальный аппарат. Мазохист тормозит каждое сильное ощущение удовольствия и превращает его в неудовольствие. Таким образом, страдание, которое представляет собой основу мазохистской реакции характера, постоянно подпитывается и увеличивается. Неважно, насколько глубоко и тщательно мы анализируем значение и генезис мазохистского характера. Мы не можем достигнуть терапевтического эффекта до тех пор, пока нам не удастся вникнуть в генезис этой спастической позиции. В противном случае мы не достигнем успеха в терапии, которая должна быть направлена на установление у пациента оргазмической потенции, способности полной отдачи в сексуальном контакте. Для создания оргазмического потенциала как такового нужно устранить внутренний источник неудовольствия и тревоги. Однако вернемся к нашему пациенту.