Чтение онлайн

Важнейшим теоретическим вопросом является вопрос, касающийся организации, функции и происхождения структуры эго, откуда исходит защита; лишь до тех пор, пока мы понимаем защиту эго, наша терапевтическая работа будет эффективной. И наоборот, знание ид в гораздо меньшей степени, чем знание эго, ведет к повышению нашего технического мастерства. В этом отношении характеро-аналитическая линия исследования совпадает с проблемой, которая была основной в психоаналитических исследованиях в течение почти четырнадцати лет: как функционирует эго? Мы все помним, какое огромное впечатление оказало на нас высказывание Фрейда о том, что до сегодняшнего момента мы изучали и понимали только то, что подавляется. Мы знаем слишком мало о происхождении подавления и о структуре защиты эго. Чем меньше было известно об эго, тем сложнее было достичь его понимания, по сравнению с пониманием того, что подавляется. Однако не может быть сомнения, что это тоже должно иметь свои причины.

В работе <Эго и Ид> Фрейд поставил вопрос о происхождении энергии инстинкта эго; это было большой новостью для нас. Отвечая на этот вопрос, Фрейд выдвинул свою теорию инстинкта смерти, к которой он пришел на основе трудностей, воздвигаемых эго пациента при устранении подавления и при лечении. Согласно этой концепции, эти трудности возникают из потребности к наказанию или. говоря другими словами, из бессознательного чувства вины; в окончательном анализе это может быть названо проявлениями первичного мазохизма, т. е. стремлением к страданию. Вопрос о структуре защиты эго и подавлении сил либидо в человеке не нашел ответа в формулировке инстинкта смерти, так же как и вопрос: что является мотивацией эго?

Давайте освежим наши воспоминания о некоторых неясностях, которые всегда существовали в аналитической теории относительно природы инстинкта эго. Первоначально голод, противостоящий сексуальности, представлялся как инстинкт эго, служащий целям самосохранения. Эта точка зрения не согласовывалась с функцией инстинктов эго как противников сексуальности. Кроме того, некоторые рассуждения сексуально-экономической природы привели к пониманию того, что, в строгом смысле слова, инстинкт голода не может рассматриваться как инстинкт, потому что он не является проявлением перепроизводства энергии, как сексуальность; наоборот, он представляет собой проявление уменьшения уровня энергии в организме. Мы всегда представляли себе потребность в пище как принадлежащую, в терминах ее структуры, к ид, а не к эго. Таким образом, голод не мог составлять энергию инстинкта эго.

Шилдер попытался сопоставить инстинкты эго с сексуальными инстинктами, описывая первые как хватающие и удерживающие инстинкты. Эта точка зрения в любом случае была довольно спорной, так как нет сомнения в том, что потребность к захвату и удержанию относится к функции мышечного аппарата и поэтому является частью резервуара вегетативной энергии. Последняя попытка Фрейда ввести инстинкт смерти как противника сексуальности вместо таинственных инстинктов эго просто замешала антагонизм между эго и ид антагонизмом между двойными тенденциями в самом ид.

Примем в качестве отправной точки основную схему психического конфликта между инстинктом и внешним миром. Мотивация (М), направленная на объекты внешнего мира, конфликтует с фрустрирующей противосилой внешнего мира (диаграмма 1 на стр. 186). Следующий вопрос состоит в том, где внешний мир берет энергию для выполнения функции запрещения. Установлено, что лишь содержание запрещения исходит из внешнего мира; энергия, или, как мы обычно ее называем, катексис, с которым выполняется запрещение, черпается из резервуара энергии самой личности. Под влиянием давления, оказываемого внешним миром, антитеза развивается внутри личности, диссоциация, или расслоение, единой мотивации служит причиной того, что одна мотивация разворачивается против другой или даже одна мотивация разбивается на два направления: одно, направленное во внешний мир, и другое, которое разворачивается против себя самого. Когда мы доходим до процесса внутренней диссоциации и противостояния, возникает новая проблема. Приведу конкретный пример: когда мальчик хочет мастурбировать с фантазиями инцеста, то его самолюбовь и его объектно-либидное стремление составляют в этом состоянии единство; стремление по отношению к матери идет в том же направлении, что и самолюбовь - они не противодействуют. Запрет мастурбации матерью дает эффект фрустрации объектно-либидного стремления и грозит нарциссической неприкосновенности мальчика угрозой кастрации. Однако в тот момент, когда внешняя фрустрация начинает давать эффект, нарциссическое стремление к самосохранению противопоставляется стремлению к объектно-либидной мастурбации (диаграммы II и III). Вариацией этого является расслоение нежной привязанности к матери (страх потери любви) и чувственного сексуального возбуждения. Первоначально компонент любви и чувственный компонент составляли одно целое. Таким образом, за диссоциацией однородного стремления следует противопоставление одной части разделенного стремления другой ее части. Теперь ясно, что запрет со стороны внешнего мира может иметь эффект только с помощью той энергии, которая направлена против себя самого.

1. Первичный конфликт между мотивацией (М) и внешним миром (В) (Стрелки, направленные вверх - от М и вниз - от В к отсутствующему центру.)

II. Диссоциация мотивации под влиянием внешнего мира (То же, но от М вправо вверх еще стрелка.)

III. Противопоставление диссоциированных мотиваций Эго = Ид в функции мотивации эго (защита, изменение функции) (Как первая, но "ломаная" стрелка от М указывает на "базовую" стрелку вниз, идущую к М; "ломаная" стрелка названа эго.)

IV. Мотивация (М) в двойственной функции (Как третья, но от "излома" стрелки эго идет стрелка вверх вправо З; горизонтальная линия, названная К, проходит через конец стрелки, идущей от М; пунктирная горизонтальная линия Ф проходит через "излом" стрелки эго.)

З = замещающий контакт Ф= место, где изменяется функция мотивации К = структурное ослабление контакта

Защита эго и современная ситуация внешнего мира образуют единство (внутренняя мораль = социальная идеология)

Диаграммы, показывающие изменение функции мотивации, внутреннюю диссоциацию и противопоставление мотиваций

Чтобы дополнить это схематическое представление, приведу другой пример, который подведет нас еще ближе к проблемам техники. Я работал с пациентом, который характеризовался преувеличенной готовностью помочь, неспособностью занять агрессивную позицию, характерной потребностью держаться за людей и существенно пассивным поведением. Все черты его пассивно-женственного характера были сконцентрированы на некотором навязчивом содержимом, которое служило цели постоянной организации и поддержанию контактов с другими людьми. Было нетрудно увидеть, что инстинктивная сила, которой он поддерживал эти отношения, была его пассивной анальной гомосексуальностью. Эго пациента использовало импульс ид для поддержания отношений с объектом. Это была объектно-либидная, ориентированная на внешний мир его функция ид.

При анализе характер пациента оказал мощное сопротивление, которое не могло и не должно было быть проинтерпретировано как проявление бессознательных анально-гомосексуальных стремлений. Экономическая и структурная точки зрения указывают в другом направлении. Если корректна моя формулировка о том, что при аналитическом лечении важнейшая черта характера оказывает наибольшее сопротивление, то возникает вопрос - где находится энергия защиты? Интерпретация защиты эго была бы здесь бесполезной. Прошло некоторое время, прежде чем был завершен поиск защитной энергии этого поведения, причем странным способом. Оказалось, что анально-пассивно-го-мосексуальное стремление, которое в одно время поддерживало отношения пациента с внешним миром, выполняло защитную функцию эго в другое время, а иногда даже в то же самое время. Таким образом, одно и тоже стремление разделилось и выполняло противоположные функции, иногда поочередно, а иногда одновременно: один раз как стремление по отношению к объекту, другой - как защитный механизм эго.

Детальное исследование этого частного случая доказало, что эта трансформация или, точнее, одновременное функционирование для обслуживания ид и защиты эго, есть общее явление. Сексуальное кокетство, обнаруженное при истерии, также показывает эту функциональную двойственность. Флирт - это выражение подавленных генитальных желаний, т. е. желаний, направленных во внешний мир. В то же время это защита против генитальности. попытка определить, откуда может исходить генитальная опасность. Это единственное возможное объяснение обширной сексуальной жизни истерических женщин, страдающих от сильного генитального беспокойства. Это же верно и для садистского поведения компульсивной невротичной женщины, которая, с ее агрессией по отношению к объекту любви, одновременно удовлетворяет свое садистское отношение к объекту и подавляет вагинальные желания к совокуплению.

Вкратце, инстинкты эго есть не что иное, как суммарная совокупность вегетативных потребностей в их защитной функции. Мы просто основываемся на устоявшихся идеях, когда мы говорим, что инстинкт эго - это инстинкт ид, направленный либо против себя самого, либо против другого инстинкта. Весь психический процесс, по-видимому, характеризуется расслоением и последующим противопоставлением тенденций, которые функционировали как целое. Но эта гипотеза все еще требует обширных клинических доказательств. Эти находки представляли бы собой лишь академический интерес и касались бы лишь тонкости наших знаний о психическом аппарате, если бы они не порождали два следствия.