Чтение онлайн

От внезапной догадки он непроизвольно надавил на газ. Машина послушно скакнула вперед, чуть не слетев на повороте с дороги. Охотник чертыхнулся и аккуратно остановил машину на обочине, продолжая мысленно анализировать свои опасения.

И в самом деле, если хотя бы на пару минут предположить невозможное: Светин каким-то образом освободился сам и освободил друзей, то дальнейшие действия любезного Пал Палыча представляются вполне логичными. Естественно, он во что бы то ни стало захочет продолжить их давешнюю беседу в подвале, но уже в другом качестве. А потом… а что, собственно, потом? Эти людишки слишком обременены своими идиотскими, ими же придуманными моральными принципами, не позволяющими им никаких радикальных поступков. Будь он сам на месте Светина сотоварищи, он бы, не особо терзаясь, пристрелил обидчиков, и дело с концом. Разумеется, предварительно вытащив из них всю необходимую информацию максимально болезненным способом.

«Шеф» усмехнулся и потряс головой, отгоняя глупые мысли. Чушь собачья, освободиться Светин никак не мог. Скорее всего, его душой уже овладел Хозяин и теперь милейший доктор пополнил своей персоной ряды Охотников. Дело за малым: забрать у него печать и отправиться на Крит. Наверняка тамошние коллеги уже откопали карту.

Размышления Охотника прервало чириканье мобильника. «Шеф» посмотрел на высветившийся номер и удивленно поднял брови. Быстро поднес трубку к уху:

— Что случилось?

Выслушав щебечущую трубку, Охотник раздраженно буркнул:

— Понял, спасибо. Ничего не предпринимайте. До связи!

И дал отбой. Откинувшись на спинку сиденья, «шеф» прикрыл глаза и с чувством выругался. Итак, его худшие подозрения оправдались: Пал Палыч каким-то чудом освободился сам и вызволил друзей. Незадачливые Охотники (Леха с Серым, так их зовут, кажется?) связаны и заперты. Светин с Петровичем устроили в доме засаду и ждут его появления! Кларочка утверждает, что после поимки всех троих Палыч намерен сдать их в милицию. Благо поводов хоть отбавляй.

Охотник посмотрел на часы. До рассвета оставалось меньше часа. Увы, приходится признать, что этой ночью свидание Светина с Хозяином уже не состоится. Физически невозможно за оставшиеся минуты собрать свежий отряд Охотников, штурмовать дом и вновь усадить Пал Палыча перед зеркалом. Что ж, проигранное сражение еще не означает проигранной войны… Он тронул машину с места, развернулся и неторопливо покатил в сторону города. Ткнул пальцем в кнопку приемника и невольно расхохотался: уж очень кстати пропела «Агата Кристи»:

21 июля, 06.30,

о. Крит, Агия Пелагия

Алекс, укутанный в казенное полосатое одеяло, крепко спал на узеньком диванчике. Тина с легкой завистью покосилась на него. У нее самой отчаянно слипались глаза, но заснуть на неудобном стуле не было никакой возможности, сиденье, казалось, было специально разработано для того, чтобы причинить максимум терзаний. Хотя… кто знает, может, так и было на самом деле; наверняка на этом месте обычно сидят допрашиваемые преступники, и неудобный стул вполне может быть дополнительным средством воздействия на них. Тина усмехнулась, представив себе ерзающего на этом месте здоровенного детину с татуировками и зверским выражением лица.

— Простите, госпожа Антониди… — Сидящий перед ней лейтенант полиции наверняка догадался, о чем она думает.

— Тина. Просто Тина.

— Простите, Тина, стулья у нас в управлении крайне неудобные. Но других, увы, нет.

— Я понимаю. К счастью, мне недолго предстоит терзать свои ягодицы. Не так ли?

Лейтенант слегка покраснел. Тина с любопытством взглянула на него: вроде бы не мальчик уже, ее ровесник (если не старше!), а поди ж ты — зарделся, как девица на первом свидании…

— Совершенно верно, госпожа… простите, Тина. Мы уже почти закончили. Наши люди на катере обследовали район «чертовых зубов», обнаружили там останки разбитого судна и — никого живого. Скорее всего, ваш преследователь…

— Мессанж. Люк Мессанж.

— Да, Мессанж. Вероятно, он погиб. Как вы говорите, его выбросило из катера на приличной скорости. Он мог разбиться о камни и утонуть. Или просто утонуть: море неспокойное, а до берега далеко.

— Вы уверены, что он мертв? — покачала головой Тина.

— Я не могу быть уверен в этом до тех пор, пока не увижу тело. Пока я лишь предполагаю.

Тина глубоко вздохнула.

— Вот и я не уверена. Вы знаете, офицер…

— Андре. Просто Андре, — улыбнулся лейтенант.

— Знаете, Андре, я чувствую себя чудовищем. Я хочу, очень хочу, просто жажду, чтобы этот человек оказался мертв. Это ужасно, верно?

«Просто Андре» покачал головой:

— Вовсе нет, учитывая все то, что вы пережили. Было бы странно, если бы вы желали ему здравствовать.

— И все равно… я ведь не просто ХОТЕЛА его смерти, я пыталась его убить. Даже ранила. А того, второго, убила. Вам доводилось убивать, Андре? Скажите, я должна чувствовать хоть какое-то раскаяние? Это же грех, как ни крути. А у меня — никаких угрызений! Я даже жалею, что не добила Мессанжа. Это — нормально?

Лейтенант пожал плечами.

— Вы защищали себя и ребенка. В такой ситуации все средства хороши. И, знаете, я не силен в вопросах религии, но мне отчего-то кажется, что Господь уже простил вас, даже если это убийство и было грехом. В последнем, кстати, я сильно сомневаюсь.

Тина поежилась. Андре встал и, достав из шкафа еще одно полосатое одеяло, заботливо укутал им женщину.

— Спасибо, — она благодарно вскинула на него глаза. — Что-то меня знобит.

— Неудивительно: вы промокли, напереживались и устали. Кроме того, у нас чертовски хорошие кондиционеры. И отключить их нет никакой возможности, потому что техник придет на службу только к девяти.

Тина улыбнулась:

— Поэтому вы держите у себя в шкафу кипу одеял?

— И поэтому тоже. Но главным образом потому, что мне частенько приходится ночевать здесь. Самый разгар туристского сезона, а вместе с туристами округу наводняют преступники всех мастей, от мелких хулиганов до наемных убийц. А мы разгребаем.

— Тяжело.

— Тяжело, — согласился лейтенант, — но скоро полегчает. Еще два месяца — и начнется блаженная спокойная жизнь. До мая.

Тина отчаянно боролась со сном, под одеялом ее совсем разморило. Веки просто невозможно было держать открытыми, глаза предательски закрывались, а голова то и дело норовила свалиться на грудь.

Андре заметил ее страдания и снял трубку со старомодного телефонного аппарата.

— Дежурную машину к подъезду! — и, обращаясь уже к Тине, пояснил: — Я отвезу вас домой. Вместе с нами поедут еще несколько полицейских и эксперт. Нужно будет осмотреть место преступления…