Чтение онлайн

Но тут двери распахнулись из них вышел Уорт собственной персоной. Увидев стоящих неподалёку девушек, он сперва хотел задать какой-то вопрос, но потом присмотрелся, на лице его появилась широкая улыбка и коверкая слова почему-то на фрулесский манер он кинулся к Варваре Васильевне с криком:

— Мадам Демид?фф, мадам Демид?фф

— Здравствуй, Федя, — по-простому сказала Варвара Васильевна, — а я вот к тебе племянницу привела.

Улыбающийся во всё лицо гений моды и Татьяна с Варварой Васильевной прошли в его огромный кабинет.

«Такой кабинет может быть только у настоящего творца, — подумала Татьяна».

Высокие прямоугольные окна, которые давали много света, высоченные, украшенные лепниной потолки и свисающие с них огромные люстры.

«Словно в императорском театре» — пришло в голову Татьяне сравнение.

Пока Татьяна рассматривала люстры, деятельная Варвара Васильевна уже вытащила у неё из рук папку с рисунками и разложила их на большом столе мэтра.

Татьяна почти «окаменела», увидев, как внимательно Фредерик Уорт рассматривает рисунки. Ей казалось, что, она совершила какое-то святотатство, пришла сюда со своими набросками. И Татьяна настолько глубоко погрузилась в эти мысли, что не услышала, что ей сказали, и подумала, что мэтр решил аккуратно избавиться и от неё, и от её рисунков.

— Да-да, я уже ухожу, — быстро проговорила Татьяна, пряча подступившие к глазам слёзы и бросившись собирать папку, которую уже решила сжечь сразу как вернётся в особняк.

И вдруг заметила, что Фредерик Уорт смотрит на на её действия с совершеннейшим недоумением, а Варвара Васильевна вот-вот расхохочется.

Татьяна остановилась и спросила:

— Я что-то не так расслышала?

Варвара Васильевна всё-таки расхохоталась и сквозь смех проговорила, села знак рукой для Уорта, что всё нормально:

— Танюша, Федя берёт тебя на работу в Дом моды пока художником, но сам будет учить тебя на модельера и все модели, созданные тобой, включая брючный костюм будут запатентованы на твоё имя.

Таня удивлённо посмотрела на Демидову:

— Но как? Когда вы всё это обговорили?

— Когда-когда, вот только что, пока ты о чём-то раздумывала стоя со зверским выражением на лице, улыбнулась Варвара Васильевна.

Уже пришедшая в себя от счастья Татьяна и Варвара Васильевна присели к столу и Демидова обговорила, что должно быть в контракте. А потом ещё и не дала Татьяне подписать, забрала его на проверку.

А Уорту сказала:

— Федя, дорогой, Таня завтра выйдет на работу и привезёт контракт с собой.

— Татьяна, у вас настоящий талант, — сдержанно сказал мэтр. Завтра я хочу, чтобы бы понаблюдали, как работает Дом моды, с утра приезжайте, здесь я вам всё покажу, а на выездные съёмки съездите с нашим фотографом, Константином. Тоже очень талантливый молодой человек.

При упоминании фотографа Татьяна отчего-то вдруг снова ощутила тёплые и крепкие руки на своих плечах.

***

Россима. Белояр.

— Бред какой-то, нашли «циркового медведя» — возмущался Никита Урусов, — вот всю жизнь мечтал на цепочке ходить.

— Брат, да ты что? Честь-то какая! — говорил ему Иван. Да если бы медведь ко мне пошёл, я бы с радостью, за Отечество.

— Да где он, медведь-то — возмущённо спросил Никита

— Погоди, — ответил ему старший брат, — вот с княжной пообщаешься и пойдёт инициация. Так со всеми было и с Фёдором, и с Кириллом Демидовым.

— Вот компашка-то собралась, — ехидно проговорил Никита, один предатель, а другой, по-моему, на всю голову влюблённый в свою госпожу, ходит и только её и замечает.

Братья сидели в небольшой гостиной и разговаривали.

Когда Иван Урусов рассказал брату, что его ждёт, то младшего брата, в отличие, от старшего не воодушевила перспектива принять дух медведя.

И он, довольно грубо высказав Стасе, чтобы искала себе ручного мишку где-нибудь в другом месте, убежал в свои комнаты, где его и нашёл старший брат.

Ивану Урусову было непонятно почему брат не обрадовался такой чести, да вот только Никита Урусов никому не сказал, что он почувствовал, когда Стася к нему рукой прикоснулась.

У Никиты Урусова было видение и в видении этом он … убивал Анастасию…

Стася размышляла о том, что пока всё вроде бы складывается гладко, да не совсем. Брат с Демидовыми и с Татьяной в безопасной Лестроссе. Она сама добралась до Белояра, где у неё появилась возможность встретиться со всеми князьями, входившими в круг двенадцати.

Да вот только триада никак не собиралась. Стася поначалу обрадовалась, что один из Урусовых всё-таки медведь, но то, как повёл себя младший Урусов ей совершенно не понравилось.

Словно капризный ребёнок. А ведь такой мощный, выглядящий надёжным, красавчик. Когда Стася прикоснулась к его руке, то почувствовала, что вот он, такой родной, её человек, а подняв глаза увидела холод в карих глазах и странную тоску.

После слов Урусова Стася поняла, что он воспринимает её и принятие духа Триады, как что-то ограничивающее его свободу.

«Цирковой медведь», и надо же такое придумать, вот дурак, видел бы он этого медведя,» — вспомнила Стася огромного, закрывшего собой половину неба духа медведя.

— Не расстраивайтесь, Стася, — вдруг раздался голос Кирилла Демидова. Она и забыла, задумавшись об Урусове, что не одна в комнате.

А Кирилл продолжил:

— Вот пройдёт князь Никита Алексеевич инициацию и сразу для него всё станет понятно

— Хорошо бы, Кирилл, а то чувствую, что времени у нас немного осталось. Внутри будто бы пустота какая-то, сначала была маленькая, а теперь всё больше становится.

— Это потому, что тебе, Стася, надо принять клятвы родов, и до родового камня добраться, — прозвучало от входа, где стояла, прислонившись к дверному косяку Виктория Алексеевна

Устроившись в доме Урусовых, Стася и Виктория Алексеевна были приглашены на ужин. На ужине были только сами князья, старший Алексей Никитич Урусов, тоже, как и сыновья отличавшийся мощным телосложением, высоким ростом с копной тёмных волос, уже тронутых сединой, смугловатый с тёмными карими глазами, оба сына, супруга старшего сына, Ивана Алексеевича, представившаяся Анной Андреевной, в девичестве Голицына и Кирилл Демидов, внезапно оказавшийся дальним родственником супруги Ивана Урусова.