Ангел для падшего
Шрифт:
Пожалуй, самое отвратительное в вечном скитание по земле – однотипность и отсутствие возможности испытать чувства восторга и удивления. Ну что может тронут оборванные струны моей погасшей души: одиноко стоящие деревья на обочине, пожухлая трава, блеклые лучи солнца или шум ветра?
Её пронзительные голубые глаза… И пухлые губки, которые хочется смять в грубом и требовательном поцелуе… Упиваясь её сиплыми полустонами…
Мимолетное наваждение, вызванное непокорностью и строптивостью этого маленького, глупого и неопытного ангелочка, по которому плачет хорошая клетка.
Медленно перевожу взгляд на своего водителя, мужчину в возрасте, со странным и даже детским именем, Коди. Согласитесь, есть что-то наивно мальчишеское в этом имени. Сразу представляется веселый паренек лет двенадцати, с темными волосами, торчащими в разные стороны, со шкодливым взглядом и озорной улыбкой. Но на самом деле – это мужчина лет пятидесяти, с легкой сединой в волосах, теплыми серыми глазами и спортивного телосложением, если учитывать его возраст.
Он очень аккуратно ведёт машину, не превышая запрещенной скорости. Коди, как всё-таки странно звучит это имя для пятидесятилетнего мужчины, был старой закалки и со старыми моральными, и что интересно, верными принципами. Он был единственным человеком, из всего окружения, к кому я частенько прислушивался – один из побочных эффектов долгой жизни среди людей: начинаешь проникаться к ним симпатией.
Коди мог предложить мне свою помощь или дать совет, и даже побранить, как это делает отец, ругая сына, за плохой поступок. Но такое отношение к своей персоне, я терпел и даже уважал только от него. Других сторонников, которые рвались помочь мне, пресекал на полуслове.
Иногда, в зимние вечера, мы с мистером Фрайдером, распив бутылку виски на двоих, рассказывали друг другу о своей жизни, делясь своими воспоминаниями.
Мистер Фрайдер очень любил предаваться воспоминаниям о своей военной жизни. Где всему было свое время, ни доли лишней секунды: утренний подъем, построение, завтрак, тренировки, испытания на выносливость курсанта, снова построение, ужин и отбой. Ни о чем постороннем думать просто не хватало времени. Но зато как мистер Фрайдер любил выходные в военном училище, когда выдавались увольнительные и он на всех порах мчался к своей любимой девушки, которая стала его женой, и погибла много лет назад. На этом моменте Коди всегда останавливался, делал большой глоток темной жидкости и смотрел на горящий огонь в камине.
Я всегда пристально наблюдал за эмоциями, которое отражало его морщинистое лицо и видел печаль о не сложившейся жизни; тоску о прошлом, боль из-за потери жены, но также видел умиротворение и уверенность в том, что душа его покойной жены в лучшем мире и счастливые годы жизни, проведенные с ней – подарок судьбы.
Мне не хватало ни сил, ни этого врожденного человеческого терпения, и я всегда отводил от него взгляд и делая маленькие глотки виски, задумчиво смотрел на огонь. И лишь в редких случаях делился своими мыслями и переживаниями с мистером Фрайдером. Зачастую, мои рассказы относились к повседневным будням, проблемам на работе, ничего такого, что помогло бы раскрыть отсутствие моей души.
Обычные хлопоты падшего на земле. Жалкое прикрытие во имя сохранения тайны своего истинного происхождения. Смертные впечатлительные и столкновение со всем божественным может разрушить их эмоциональный и душевный покой.
Мистер Фрайдер никогда не настаивал, уважал моё молчание и жил по принципу: «я не буду на тебя давить, но, если ты захочешь чем-то поделиться со мной, я буду рядом». И он придерживался этого принципа уже многие годы, еще когда работал у моего земного наставника…
Отец наш небесный, даровавший жизнь, могущество и превосходство настоял на земном пребывание среди людей, чтобы лучше понимать человеческие души, их поступки. Наблюдать за их жизнью и разгадывать непостижимые тайны того, почему они совершают ужасные вещи, не испытывая мук совести.
Слишком юный, самонадеянный и амбициозный глупец, я поплатился за свой страстный порыв услужить Отцу своему, поскорее спустившись на землю и познакомившись с жизнью смертных.
Никто меня не предупредил, что земля и жизнь каждого человека отравлена сильнейшим ядом – любовью. Она как зараза распространяется быстро, глубоко пуская корни и нет от неё лекарства.
По неопытности и наивности, не защищенный от земных соблазнов, я был смертельно заражен… И плата моей беспечности и глупости стала ссылка на землю длинной в вечность…
Одинокий падший на чужой и незнакомой земле, и единственным человеком, кто предложил помощь и не отвернулся, стал мой наставник – Дориан.
Я до сих пор вспоминаю о нем с улыбкой и теплотой на моем бесчувственном сердце.
Именно Дориан познакомил меня с мистером Фрайдером, который после смерти дорого мне человека, перешел ко мне на службу. Иронично, никогда бы не подумал, что падшему нужен присмотр и контроль. Но я нуждался в собеседнике, медленно погибая в одиночестве.
Дориан всегда это понимал и не переставал верить, что однажды, появится кто-то в моей жизни, способный полюбить мой мрак и пустоту, не стараясь изменить.
Ангелина…
Оглядываюсь через плечо и вижу только мокрую дорогу от проливного дождя. В салоне автомобиля витает странное, дикое напряжение…
Её имя как удавка сходится на шее и душит.
Расслабляю галстук и потираю грудь, разгоняя незнакомые ощущения, собравшиеся где-то в области сердца…
Конец ознакомительного фрагмента.