Чтение онлайн

Цезарь Шантеклер никогда не переставал интересоваться этим союзом, был уверен, что в его Коллекции есть отдельные представители ордена. Но они никогда себя не выдадут. Они не выдадут свою связь.

Интересный вопрос, который задавал себе Шантеклер, касался, к примеру, того же Имраэля, автора Великого Приговора. Состоял ли Имраэль в ордене или, может, наоборот — был из него изгнан и в отместку за это свершил свое страшное открытие, похожее на пророчество, так что теперь весь мир стал заложником этого пророчества. Не религиозного, отнюдь, а научного! Но так ли научно это пророчество?

Сам господин звездный Архитектор живет очень уединенно на болотах Гнилого Яблока. Никто его не знает в лицо, никто не называет его по имени. Он не походит на человека из тайного ордена, но такое предположение может быть и неверным…

Цезарь однажды побывал у него на болотах, даже видел его семью, которая боготворит своего отца и мужа, впавшего в первобытную жизнь. Цезарь приезжал к Архитектору под видом торговца-менялы. Они общались, и Шантеклер предложил Архитектору стать его «экспонатом» в любой день и момент, когда тот пожелает.

Имраэль не ответил ни «да» ни «нет», возможно, он хотел, чтобы этих слов больше никогда не существовало в его жизни…

Итак, кого взять с собой? Конечно, Голиафа и его нового друга Приама Пересвета. Затем нужно взять Навигатора, Врача, Строителя и Взломщика сетей, Шпиона и Проводника. Обязательно Проводника, потому что Проводник знает все на пять шагов вперед и всегда чувствует подвох…

С такой делегацией он будет в полной безопасности. Но может, следовало бы думать сейчас не о своей, а о безопасности острова… Здешний космос — вечно горячая точка в системе. Пожалуй, Цезарю стоило бы поразмыслить о каких-то гарантиях со стороны хотя бы даже той же гильдии. К утильщикам он всегда испытывал симпатию, возможно, потому, что восхищался их умению ладить со всеми, не задевать ничьих интересов и оставаться на политической арене системы, не имея при этом четко построенной планетарной государственности.

У Гильдии не было государственности и двести лет назад, и сейчас, у них было что-то вроде общества равных возможностей, и только в самые трудные моменты истории собирался высший совет. Совет гильдии не принимал ни законов, ни постановлений, он лишь рекомендовал…

Цезарь Шантеклер включил обруч связи, назвал код Проводника.

— Монсеньор? Я только что думал о том, чтобы посетить вас. Вы у себя в апартаментах?

— Конечно, я у себя, мой дорогой Проводник, в библиотеке. Листаю старинные фолианты и пытаюсь построить сюжет на заданную тему.

— В какую эпоху вас нынче повлекло, монсеньор?

— В эпохи великих завоеваний.

— Вы собираетесь что-нибудь завоевать?

— Пожалуй, да… Но вряд ли это будут планеты, скорей сердца людей.

— Извечный бастион! Но сердца людей сейчас больны, монсеньор, поражены беспробудным страхом.

— Странно, я думал, что беспробудным бывает только сон… Но не все, Проводник, согласитесь? Сердца моих островитян полны надежды.

— Это так, монсеньор.

— В таком случае, расскажите мне все, что знаете об этом Дамиане Гомере. Он упорно считает, что миры Догорающей могут пережить ее коллапс? Он что, всем пророчит переход в новую форму жизни? Может, он теократ?

— Нет, монсеньор, он простой корабельный инженер. Но у него харизма пророка, и он рассказывает удивительные предания о космических цивилизациях человечества. Он убежден, что мы в нашей системе гости. Он утверждает, что нашел способ, как спасти несколько планет после коллапса Догорающей, и одновременно притом ждет прихода некого Ангела Времени. Гильдия и пиратское братство уже объявило его своим негласным лидером, и все это произошло за считанные месяцы.

— Как вы думаете, Проводник, нам нужен союз с этим человеком или мы будем продолжать сохранять нейтралитет?

— На мой взгляд, монсеньор, Цезарю Шантеклеру пора выйти из тени и подкрепить легенды о себе доброй явностью. И еще давно следует открыть мирам глаза на теократов и на их сговор с Королевским Двором. Нужно рассказать о событиях на Чистилище и о фактическом расколе системы, о невозможности войны, когда всем мирам грозит катастрофа полного уничтожения. Хаос, монсеньор, исходит не от звезды, а от людей.

— Вы правы, Проводник, вы во всем правы…

— Благодарю, монсеньор. Так каковы будут наши действия?

— Перво-наперво установите связь с гильдией, с высшим советом. Мне нужна простая и надежная охрана острова.

— Уверен, монсеньор, что нам предложат только услуги пиратского флота. Он самый дееспособный и мобильный.

— Значит, у нас в этом плане нет выбора?

— Боюсь, что нет, монсеньор. Но для пиратов вы личность легендарная. Они чтут легенды. Остров будет в полной безопасности.

— Хотелось бы мне в это верить, Проводник!

— Итак, монсеньор…

— Собирайте делегацию. Мы отправляемся на переговоры в город-притон. Остров выйдет из режима полной тени и будет находиться на орбите Пестрой Мары.

Цезарь Шантеклер все же чувствовал, несмотря на все заверения Проводника, какую-то исподволь возникающую тревогу.

Тридцать лет назад он завершил строительство острова. Эксцентричный миллиардер купил у Республики астероид, один из самых крупных, напичканных рудами редких элементов. Под видом добычи этих руд он втайне принялся превращать астероид в корабль — единственный в своем роде, с огромным техническим персоналом, с целым городом на его поверхности и таким же городом под землей.

Чудеса терраформации превратили остров в настоящий оазис, способный к автономному перемещению в космосе в течение века. Так появилась легенда.

Однажды, Республика недосчиталась одного из своих кантонов… Целый астероид с населением ушел в космос и исчез в оптической, гравиметрической и радио-тени. Тогда это вызвало целый переполох в системе. А Цезарь Шантеклер воспарил над мирами и принялся собирать свою Коллекцию — все самое лучшее и всех самых лучших.

Со времени объявления Великого Приговора страсть коллекционера приобрела иной смысл и оттенок. Сострадательность взяла верх над эксцентричностью, но правила «отбора» оставались все еще жесткими, хотя события на Чистилище и оказались крайними, но именно они открыли в натуре Шантеклера новую страничку: успеть помочь всем, кто оказался в заложниках у обстоятельств. С годами у монсеньора-островитянина появилось что-то вроде предчувствия ситуации. Еще не зная этого дивного человека по имени Дамиан Гомер, Шантеклер чувствовал нависшую над ним опасность.

Книги… Книги… Книги… Лучшая библиотека в мирах Нектарной звезды, конечно, принадлежала ему. Были времена, когда он читал их сутками напролет. Чувство превосходства приятно щекотало шелковые ворсинки его самолюбия. Он купался в этом чувстве, он варился в нем, он не тщился — он ощущал всю значимость своей особенной страсти. Она заменила ему желание иметь семью, она сделала его словно бессмертным. И ради этого чувства он еще задержится в системе, и ради этого чувства он покинет ее, возможно, самым последним из тех, кто сможет…