Английская лирика первой половины XVII века
Шрифт:
Глазами впиться издали в глаза,
А проходя, украдкой стиснуть руки
В немом согласье, в краткой сладкой муке?
И вздохи под запретом? Как же быть:
Любить - и в то же время не любить?!
Напрасны страхи, ангел мой прелестный!
Пойми ты: легче в синеве небесной
Певцов пернатых разглядеть следы
И проследить падение звезды,
Чем вызнать, как у нас произрастает
Любовь и что за ключ ее питает.
Поверь, не проще обнаружить нас,
Чем резвых фей в часы ночных проказ.
Мы слишком осторожны! В самом деле,
Уж лучше бы застали нас в постели!
Перевод М. Я. Бородицкой
СОНЕТ II
Твоих лилейно-розовых щедрот
Я не прошу, Эрот!
Не блеск и не румянец
Нас повергают ко стопам избранниц.
Лишь дай влюбиться, дай сойти с ума
Мне большего не надо:
Любовь сама
Вот высшая в любви награда!
Что называют люди красотой?
Химеру, звук пустой!
Кто и когда напел им,
Что краше нет, мол, алого на белом?
Я цвет иной, быть может, предпочту
Чтоб нынче в темной масти
Зреть красоту
По праву своего пристрастья!
Искусней всех нам кушанье сластит
Здоровый аппетит;
А полюбилось блюдо
Оно нам яство яств, причуд причуда!
Часам, заждавшимся часовщика,
Не все ль едино,
Что за рука
Взведет заветную пружину?
Перевод М. Я. Бородицкой
СОЛДАТ
Вояка я, крещен в огне
И дрался честно на войне,
На чьей бы ни был стороне,
В чьем войске.
От чарки я не откажусь,
Кто носом в стол - а я держусь,
И с дамами я обхожусь
По-свойски.
До болтовни я не охоч,
Но вам, мадам, служить не прочь
Хоть ночь и день, хоть день и ночь
Исправно.
Пока полковники мудрят,
Я, знай, пускаю в цель снаряд,
И раз, и двадцать раз подряд
Вот славно!
Перевод М. Я. Бородицкой
* *
*
Что, влюбленный, смотришь букой?
Что ты хмур, как ночь?
Смех не к месту?
– так и скукой
Делу не помочь!
Что ты хмур, как ночь?
Вижу, взор твой страстью пышет,
Что ж молчат уста?
Разве ту, что слов не слышит,
Тронет немота?
Что ж молчат уста?
Брось-ка ты вздыхать о милой!
С ними вечно так:
Коль сама не полюбила
Не проймешь никак!
Черт с ней, коли так!
Перевод М. Я. Бородицкой
ОТВЕРГНУТАЯ ЛЮБОВЬ
Лет пять назад, не так давно,
Я ей сулил немало:
За ночку сорок фунтов. Но,
Нахмурясь, отказала!
Но после, года два спустя,
При встрече с давним другом
Сказала: коль согласен я,
Она к моим услугам.
А я: я холоден, как лед,
И равнодушен столь же.
Ну ладно, так и быть, пойдет,
За двадцать, но не больше!
Та, что скромна была весьма
Когда-то и бесстрастна,
Спустя три месяца сама
Пришла сказать: согласна.
А я: столь поздно почему
Сознание вины
Пришло? Раскаянье приму,
Но лишь за полцены!
Свершилось! Поутру она,
Придя ко мне, осталась:
Невинность столь была ценна,
Что gratis мне досталась!
– Хотя отдал бы в первый раз
Я сорок фунтов, все же,
Я молвил, - кажется сейчас
Мне дар стократ дороже!
Перевод Ю. В. Трубихиной
СВАДЕБНАЯ БАЛЛАДА
– Ну, Дик, где я вчера гулял!
Какие там я повидал
Диковинные вещи!
Что за наряды! А жратва!
Почище пасхи, рождества,
И ярмарки похлеще.
У Черинг-Кросса (по пути,
Как сено продавать везти)
Дом с лестницей снаружи:
Смотрю - идут! Наверняка,
Голов не меньше сорока,
По двое в ряд к тому же.
Один был малый хоть куда:
И рост, и стать, и борода
(Хотя твоя погуще);
А разодет - ну, дрожь берет!
Что наш помещик! Принц, и тот
Не щеголяет пуще.
Эх, будь я так хорош собой,
Меня б девчонки вперебой
В горелки выбирали,
А дюжий Роджер-весельчак,
Задира Том и Джек-толстяк
Забор бы подпирали!
Но что я вижу! Молодцу
Не до горелок - он к венцу
Собрался честь по чести:
И пастор тут же, как на грех,
И гости ждут; а пуще всех
Не терпится невесте!
И то сказать, таких невест
Не видывал и майский шест:
Свежа, кругла, приятна,
Как сочный, спелый виноград,
И так же сладостна на взгляд,
И так же ароматна!
А ручка - точно молоко!
Кольцо ей дали - велико,
Уж больно пальчик тонкий;
Ей-ей, болталось, как хомут,
На том - как бишь его зовут?
На вашем жеребенке!
А ножки - вроде двух мышат:
Шмыг из-под юбки - шмыг назад,
Как будто страшен свет им.
А пляшет как! Вот это вид!
Ну просто душу веселит,
Как ясный полдень летом.
Но целоваться с ним она
При всех не стала: так скромна!
Лишь нежно поглядела:
Ты, дескать, слушайся меня,
Хотя бы до исхода дня,
А там - другое дело...
Лицом была она бела,
Как будто яблонька цвела,
А свеженькие щеки
Чуть зарумянились к тому ж,
Вот как бока у ранних груш
На самом солнцепеке.
Две губки алые у ней,
Но нижняя - куда полней