Чтение онлайн

Мы пугаемся звона бьющегося стекла. Сент-Клер пинает бутылку в сточную канаву.

— Ты в порядке? — спрашивает его Мер.

Но он поворачивается ко мне.

— Ты хоть открывала сборник поэзии, что я тебе купил?

Я так поражена, что отвечаю только через минуту.

— М-м-м, нет. Он ведь только в следующем семестре, правильно? — Поворачиваюсь к Мер и объясняю: — Он купил для меня стихи Неруды.

Она поворачивает голову к Сент-Клеру. Тот прячет лицо от её наблюдательного взгляда.

— Да, было такое. Я просто интересовался. Ты совсем о нём не говорила... — Он удручённо затихает.

Строю ему рожицу и поворачиваюсь к Мер. Она тоже расстроена. Боюсь, я что-то упустила. Нет, я знаю, что что-то упустила. Я лепечу, пытаясь развеять странную тишину.

— Я так рада вернуться домой. Мой самолёт, если правильно помню, в шесть утра в субботу. Нужно встать безумно рано, но это того стоит. Я должна прилететь заранее, чтобы увидеть «Ужасы по дешёвке».

— Их шоу в субботу, — добавляю я.

Сент-Клер поднимает глаза.

— Когда твой самолёт?

— В шесть утра, — повторяю я.

— Мой тоже. У меня пересадочный рейс через Атланту. Уверен, мы летим в одном самолёте. Давай поедем на одном такси.

Внутри меня что-то перекручивает. Не знаю, хочу ли я этого. Всё так запуталось с этим поссорились-не поссорились. Пытаюсь придумать отмазку, как мы наталкиваемся на бездомного с всклоченной бородой. Он лежит на картонке перед метро. Сент-Клер шарит по карманам и кладёт все свои деньги в чашку бездомному.

— Жуаййо Ноэль [40] .

Он поворачивается ко мне.

— Ну что? Такси?

Я оглядываюсь на бездомного, прежде чем дать ответ. Он ошеломлён суммой в своих руках. Лёд, покрывший моё сердце, трескается.

— Во сколько нужно встретиться? 

В дверь настойчиво стучат. Резко открываю глаза. Первая связная мысль – ai, -as, -a, -^ames, -^ates, -`erent. Почему мне снится прошедшее время -er глаголов? Я вымотана. Так устала. Так хочется спа-а-а… ЧТО, ЧТО, ЧТО? Ещё одна дробь ударов вырывает меня из сна, и я кошусь на часы. Кто, чёрт возьми, выбивает мою дверь в четыре утра?

Постойте. Четыре часа? Разве я не должна?..

О, нет. НЕТ, НЕТ, НЕТ.

— Анна? Анна, ты там? Я прождал в лобби пятнадцать минут. — Скрип половиц, и Сент-Клер тихо ругается. — Я вижу, свет не включён. Блестяще. Могла бы сказать, что решила добираться сама.

Выпрыгиваю из кровати. Проспала! Не могу поверить! Как такое возможно?

Шаги Сент-Клера удаляются. Чемодан тяжело уезжает следом. Распахиваю дверь. И хоть свет в коридоре приглушён в такое время, я моргаю и прикрываю глаза.

Сент-Клер оборачивается. Он поражён.

— Анна?

— Помоги, — задыхаюсь я. — Помоги мне.

Он бросает чемодан и бежит ко мне.

— Ты в порядке? Что произошло?

Затаскиваю его в комнату и включаю свет. Комната предстаёт в полном хаосе. Мой багаж с застёжками-молниями открыт, одежда свалена, точно акробаты. Туалетные принадлежности разбросаны вдоль раковины. Простыни скручены в узлы. И я. С запозданием вспоминаю, что мало того, что мои волосы торчат во все стороны, а на лице крем от прыщей, на мне также фланелевая пижама с изображением Бэтмэна.

— Не может быть, — ликует Сент-Клер. — Ты проспала? Я разбудил тебя?

Падаю на пол и отчаянно пихаю одежду в чемодан.

— Ты ещё не упаковала вещи?

— Я собиралась закончить утром! ТЫ, БЛИН, ПОМОГАТЬ СОБИРАЕШЬСЯ?

Тяну застёжку-молнию. В неё попадает жёлтый символ Бэта, и я кричу от расстройства.

Мы не успеем на самолёт. Мы не попадём на самолёт, и всё это моя вина. И кто знает, когда следующий рейс. Мы застрянем здесь на весь день, и я не успею на концерт Тофа и Бридж. И мама Сент-Клера будет плакать, когда ей придётся поехать в больницу без него на свой первый сеанс внутреннего облучения, потому что её сын застрянет в аэропорту на другом конце света по МОЕЙ ВИНЕ.

— Хорошо, хорошо.

Сент-Клер берет молнию и пытается высвободить мои штаны. Я издаю странный звук, средний между стоном и визгом. Чемодан наконец-то меня отпускает, и Сент-Клер кладёт руки на мои плечи, чтобы успокоить.

— Одевайся. Вытри лицо. Обо всем остальном я позабочусь.

Хорошо, одно дело за раз. Я справлюсь. Справлюсь.

АР-Р-Р-РГХ!

Сент-Клер пакует мою одежду. Не зацикливайся на том, что он трогает твоё нижнее белье. НЕ ЗАЦИКЛИВАЙСЯ на том, что он трогает твоё нижнее белье. Я хватаю свой наряд для поездки (к счастью, заготовленный заранее) и замираю.

— Э-м-м.

Сент-Клер поднимает голову и видит, что я держу джинсы. Он быстро бормочет:

— Я... я сейчас выйду…

— Отвернись. Просто отвернись, у нас нет времени!

Он быстро отворачивается и горбится над самым чемоданом, показывая всем своим видом, что не смотрит.

— Так что случилось?

— Не знаю.

Ещё один взгляд, чтобы убедиться, что он в позиции «не смотрит», и я шустро стягиваю пижаму. И теперь официально я стою голая в одной комнате с самым красивым парнем, которого знаю. Смешно, но я не так представляла себе этот момент.

Нет. Не смешно. Сто процентов не смешно.

— Не знаю. Может быть, я нажала отбой будильника, — лепечу я, чтобы забыть о стыде. — Только не думаю, что случайно могла нажать на сброс. Но у меня установлен будильник, так что не знаю, что произошло.

Белье — на мне.

— Ты вывела телефон из вибро-режима?

— Что?

Запрыгиваю в джинсы. Сент-Клер решительно игнорирует происходящее. Его уши ярко-красные.

— Ты пошла в кино, так? И поставила мобильный на вибро-режим?

Он прав. Я такая идиотка. Если бы я не повела Мередит на фильм «Beatles: вечер трудного дня», который как я знаю, она очень любит, я бы никогда не отключила звонок. Мы бы уже были в такси по пути в аэропорт.

— Такси!

Натягиваю свитер через голову, поднимаю взгляд и вижу, что стою напротив зеркала.

Зеркала, в которое смотрит Сент-Клер.

— Все в порядке, — уверяет тот. — Я попросил водителя подождать и пошёл за тобой. Просто придётся накинуть немного сверху.

Его голова до сих пор опущена. Не думаю, что он что-то видел. Прочищаю горло, и Сент-Клер поднимает голову. Наши глаза пересекаются в зеркале, и он подпрыгивает.