Анна. Роман в стихах
Шрифт:
И всё, что было до тебя, прими, как милостыню нищий,
раздай ту радость, что отыщешь, печали пряча и копя.
Поставь себе любой предел, перешагни его... и снова,
и пусть в сердцах осядет слово, которое сказать посмел.
Не позволяй лениться телу, уму не дoлжно отдыхать.
И праздность вязкая опять вернёт к начальному пределу.
Вгрызайся в мелочи и сны, ищи частиц элементарных
в природе, в измах элитарных, чтоб стали гении ясны.
Не уворуй чужих ключей, но постучись в любые двери
предощущение проверить, что корень истины -- ничей.
Найдя в скелете мирозданья, который сам построил ты,
ячейки чёрной пустоты, -- разрушь его до основанья.
Как муравей, начни опять искать конструкции единой.
Не утешайся половиной, где можно целое объять.
Будь у наитий в кабале, но поверяй их ритмом чисел.
Стремись в заоблачные выси, но стой при этом на земле.
9, 10
. . . . . . . . . . . . . . . .
11. Nota bene
Прости, читатель. Может показаться -- усложнил
я разговоры умных и достойных эрудитов.
Отчасти так. Но сколько позабытых,
не сказанных, не видевших чернил
глубоких и изящных мыслей и открытий
погибло во всемирной немоте!
А словеса, что нам навязаны, -- не те.
Сто слов всю жизнь полощем мы в корыте
рта, пытаясь мысли тощие облечь
в хламиды надоевших изречений.
Случайному читателю мучений
доставит много эта зарифмованная речь.
Но таковы мои друзья. Владеют русской речью,
и мысли их светлы и глубоки.
И я придирчив к гладкости строки,
и правлю стиль, но смыслу не перечу.
Не правда, что погибла русская словесность.