Чтение онлайн

— Вряд ли понимаю, — у Софьи голос был тоже нервный.

Но там ничего не было. Бледный свет фонаря выхватывал в снегу след, по которому что-то заползло на пристань, а затем поползло вдоль дороги. И ещё один, более глубокий след, где протащили что-то тяжёлое.

— Один из солдат? — спросила Роза. — Джек не мог связаться с ними по рации.

— Если бы это был солдат, он был бы не один, — заметила Софья.

— Значит, он не один. Возможно. Да откуда мне знать? — запротестовала Роза. — Нам нужно вернуться в бар.

Софья осветила фонариком дорожку. На снегу была только небольшая примятость, никаких следов ног. Почти как если бы кто-то снежный ком прокатил.

— Говоришь, оно светилось?

— Да.

— Но снег не растаял. Он просто придавлен и расползся в стороны.

— Значит, оно светится, но не горячее. Оно голубое было.

— Даже не тёплое. Здесь у нас несколько градусов выше нуля жарой считаются, — цокая языком, Софья размышляла. — Поэтому нам нужно, чтобы скорее заработал генератор. Не столько ради света, сколько ради тепла. Хотя в институте есть собственный генератор, если у нас других вариантов не останется.

— Джек всё наладит.

— Надеюсь, — она покачала головой. — Это чересчур, — пробормотала она. — Слишком рано. Я к этому не готова.

— А кто готов? — спросила Роза.

Софья, похоже, взяла себя в руки и приняла решение.

— Я хочу ещё раз взглянуть на круг камней, в котором мы нашли тело бедняги Павла.

— Что, сейчас? В таком тумане?

— На вершине утёса тумана может быть меньше. Он с моря идёт. Выше он не должен быть таким густым.

— Да даже если и так!

— Я хочу посмотреть, нет ли там похожих следов. Если подождать, их может засыпать снегом.

— Да их, наверное, уже засыпало, — сказала Роза. — А если и нет, то всё равно там военные топтались повсюду.

— Тебе со мной не обязательно, — сказала Софья и отвернулась. — Возвращайся в бар, если хочешь, там тепло и безопасно.

Роза вздохнула:

— Я с вами. Должен же кто-то высматривать эти злобные кляксы, пока вы в снегу ковыряетесь.

В десяти метрах от них загорелся фонарь. Его лучи рассеивались в тумане. Он помигал, словно пытаясь не погаснуть, а затем загорелся немного ярче. Это было хоть какое-то утешение. Роза увидела, что Софья улыбается. Но, из-за тумана и падающих на её лицо теней, на мгновение лицо выглядело гротескным. Словно улыбающийся череп. Затем она начала вставать, и эффект исчез.

— Ну, что же, пойдём, — сказала Софья.

Они поехали на одном из институтских джипов. Минин был за рулём, и большую часть пути молчал. И не только потому, что сосредоточился на высматривании в тумане дороги.

— У вас в связи с этим какая-то проблема? — спросил, в конце концов, Доктор.

— Даже несколько.

— Я возьму вину на себя.

— Это только одна из проблем.

— А какие ещё?

— Самая простая проблема — копать промёрзшую землю. Проблема посложнее — узнать, где копать.

— Кто-нибудь должен знать. Нам расскажут.

Минин тыльной стороной руки протёр лобовое стекло. Видимость от этого не улучшилась. Он сбросил скорость почти до пешеходной.

— Фёдор Валень знает. Он роет могилы.

— И как он это делает?

— Он строитель. В основном чинит прорвавшиеся трубы и здания ремонтирует. У него есть экскаватор.

— Ну, вот и хорошо.

— Павел Валень — его сын, — тихо сказал Минин.

— О… Ясно, — Доктор задумался. — Думаю, он будет рад помочь.

— Вам он, может, и будет рад помочь. Валень и я… я ему не нравлюсь.

Доктор повернулся и посмотрел на Минина.

— Вас никто не любит, — заметил он, а затем усмехнулся. — А я ему понравлюсь. Я всем нравлюсь. Гарантировано.

Разул тряпкой протирал руки от масла.

— Топливный шланг от основного бака засорился. Не удивительно, что ему так часто приходилось горючее доливать. Теперь должен проработать пару дней без моего участия.

— Будем надеяться, — сказал Джек. — Молодец.

Сергеев кивнул; похоже, это был максимум одобрения, который он высказать товарищу.

— Ну что же, идём обратно в институт, узнаем, кто вернулся. Мы не сможем ничего сделать, пока не наступит утро, и туман не рассеется.

— Если рассеется, — мрачно сказал Сергеев.

— Какой же ты оптимист, — сказал Джек.

Сергеев сердито на него посмотрел. Разул улыбался — его веселило их противостояние. Но когда он отбросил в угол замасленную тряпку, его улыбка пропала.

— Что это было?

— Что? — спросил Джек.

— Звук. Только что. Слушайте.

Они все замолчали и прислушались. Из-за генератора, сквозь его ритмичный гул, доносился едва различимый шаркающий, скребущий звук.

— Ерунда, — сказал Сергеев. — Мотор жужжит.

— Или крысы, — предположил Джек.

Но Разул не соглашался.

— Звучало как будто снаружи, на корпусе. Скользило по обшивке подводной лодки.

Сергеев пренебрежительно рассмеялся.

— Это невозможно, — сказал он. — Мы ниже ватерлинии.

Валень не сразу поддался уговорам оставить горюющую жену и ехать на экскаваторе на кладбище. Он недовольно посматривал на Минина, отказываясь говорить с ним напрямую, поэтому Доктору приходилось проявлять обаятельность. Так продолжалось до тех пор, пока терпение Доктора не лопнуло.

— Может, прекратите уже жалеть себя и поможете? — потребовал он. — Павла больше нет, и я сожалею об этом. Но если вы хотите не дать другим испытать то, что сейчас испытываете вы, то поднимите свою задницу и помогите нам.

Он глубоко вздохнул и продолжил более тихим голосом:

— Здесь что-то происходит, что-то опасное, чего не должно быть. Вы это знаете. Все это знают. Вы либо не обращаете на это внимания, либо называете его мифическим именем, потому что думаете, что не можете это остановить. Но теперь пора изменить это. Пора сражаться. Я могу прекратить это. Я прекращу это. Но мне нужна ваша помощь. Ясно?

Огромный металлический ковш ударил в промёрзшую землю. Он не мог проломить её, и передняя часть экскаватора оторвалась от земли. Затем ковш неожиданно прорезал землю, и экскаватор со стуком упал в естественное положение. Его стрела описала дугу и высыпала тёмную почву на заснеженную землю. Вокруг струился туман, к которому добавлялся выхлоп экскаватора.