Чтение онлайн

— Познакомился с одним бизнесменом из Новосибирска, время в компании, знаете, летит быстрее, — монотонно гудел Помпей, — вот он мне за рюмкой чая прикольную историю поведал.

— У него дома автомобиль, со старшим сыном один на двоих, не помню точно, но какая-то иномарка, сын — студент, права уже имеет, иногда берёт машину у отца с друзьями покататься. Вот, взял он как-то ключи, приходит на стоянку, а стоянка тут же у дома во дворе, глядь, а номера заднего на машине и нет. Звонит отцу, тот прибегает ничего понять не может, действительно нет номера, вчера, когда он на ней ездил и на стоянку ставил, всё было в норме. Папашка в милицию с заявлением, а там его уже ждут, будто он попал в аварию и скрылся, подрезал другую иномарку, вот она в него и въехала, да так, что номер его машины на асфальте остался. За рулём была дамочка, вся в истерике естественно, что-то помнит, что-то нет. Забирают у него права и в суд и слушать его оправдания не хотят.

Зазвонил телефон на столе Ухваткина, прервав тем самым вещание Помпея. Алексей Иванович извинившись, снял трубку, коротко переговорил с кем-то и, положив её на место, обратился к своему заму:

— Жень, там представители от строителей пришли, хотят ознакомиться с техническими параметрами некоторых наших участков, ты займись, пожалуйста, ими.

Евгений Иванович кивнул и, уже вставая со своего места, спросил у Помпеева:

— Жалко не дослушаю, чем там закончилось?

— Да ничем, подстава это, — торопливо ответил Помпеев, понимая, что одни благодарные уши покидают его общество, — приятелю в суде права вернули, нет доказательств, что это был он, но барышню признали потерпевшей и, по всей видимости, выплатят по страховке за ремонт автомобиля.

Зам вышел, а Помпеев сразу переключился на другое и, кивнув в сторону закрывшейся двери, заинтересовано спросил:

— Что-нибудь стоящее, Алексей?

— Да нет, мне кажется пустышка, кто хочет строить, и у кого есть деньги, те строят, — ответил нехотя Ухваткин.

— А я уже обрадовался, вдруг инвестор появился, — залепетал Помпеев.

Они, как заговорщики, наклоняясь друг к другу, стали обсуждать перспективы реализации своих участков, не обращая никакого внимания на Черникова, словно его и не было с ними в одном помещении.

Виктор не прислушивался к их словам и не заметил даже, что, возможно, здесь он уже третий лишний. Он под впечатлением рассказа Помпеева об автомобильном мошенничестве погрузился в воспоминания своего детства, с таким же курьёзным случаем.

Когда ему исполнилось четырнадцать лет, отец, по тем временам, приобрёл роскошный автомобиль, "Жигули" шестой модели, а он сразу же записался в школу юных автомобилистов, где подростков опытные инструктора обучали автомобильному делу. Они перемещались на стареньком москвиче по двору школы, заезжали под присмотром инструктора на эстакаду, в бокс. Если езда на машине осуществлялась под строгим контролем, то на мотоцикле они катались в своё удовольствие, когда сами же приносили для него бензин. Отец за городом на просёлочных дорогах иногда давал порулить сыну на семейном автомобиле и, в целом, был доволен его навыками вождения.

Во дворе он рассказывал своим товарищам о том несравненном удовольствии, которое получал при самостоятельном управлении автотранспортом.

Сразу же за их домами пустырь, на котором располагались гаражи, там был и их гараж и гаражи многих знакомых и жильцов близстоящих домов. Однажды Колька Стрепет принёс связку ключей, которую обронил пьяный мужик, возвращаясь из гаража домой. У этого мужика был красный мотоцикл "Иж" с коляской. На связке были не только ключи от гаража и квартиры, но и от мотоцикла.

— Пацаны, айда на рынок дубликаты сделаем, а вечерком Витёк покатает нас, — предложил Колька.

Они втроём сходили на рынок, там была будка, в которой затачивали ножницы, ножи, изготавливали по образцу запасные ключи для замков, чинили зонтики. Сделали вторые ключи от замка гаража и мотоцикла, всю связку ключей вернули хозяину, за что получили от его жены на мороженое.

Первое пробное ознакомление с гаражом и мотоциклом сделали в этот же вечер часов в одиннадцать, всё прошло тихо. Покататься не решились, так как у Витьки отец вечером был дома и, хотя были летние каникулы, не разрешал гулять до полуночи, мероприятие перенесли на следующий вечер, когда у Василия Ивановича будет ночная смена, а мама разрешит сыну задержаться подольше во дворе.

Так началась эпопея ночного катания на чужом мотоцикле, два-три раза в неделю им удавалось, не выезжая на центральные улицы, по неосвещённым закоулкам и переулкам выезжать за город и гонять там в дачных окрестностях. Днём заранее заготавливали бензин, покупали или брали взаймы у кого-то, а то и просто кто-то давал без денег пару литров, откликнувшись на их изобретательные просьбы.

Они вошли во вкус, Витька научил остальных двоих сносно управлять мотоциклом, и они уже мечтали как-нибудь покатать девчонок со двора, но останавливало лишь одно, что те могут проболтаться и нечаянно их сдать. Но у всего есть начало и конец. И вот однажды, рано утром, его разбудил отец с непонятными и неприятными претензиями: он накануне вечером заправил машину бензином, собирался после ночной смены ехать на рыбалку. Пришёл в гараж, а капот машины ещё тёплый и бензина почти ноль, в салоне автомобиля пахнет табаком и спиртным. Узнав у матери, что сын полночи гулял где-то, сделал вывод, что это его проделки.

Как Витька не отпирался, но под нажимом отца пришлось выложить своё алиби, а попросту сдать пацанов и мотоцикл. Неординарность ответа и проверка сопутствующих факторов заставило Василия Ивановича поверить сыну, что он не причастен к ночной езде на родительском авто, но взбучка последовала за мотоцикл, причём в купе с родителями других участников. Из-за своего малодушия он потерял друзей, страх наказания в тот момент пересилил его первоначальную решимость бороться с несправедливыми обвинениями и не дал возможности логически осмыслить своё алиби. Во дворе к нему стали относиться плохо, как к доносчику и предателю.

Автошколу он забросил, а став совершеннолетним, не стремился получить права на вождение.

— Алё, гараж, — обратился громко к Черникову Помпеев, — где витаешь, зовём, зовём, ноль эмоций.

— Извините, задумался, — смущённо оправдывался Виктор.

— Так по квартире ты на полном серьёзе предложение делаешь? — спросил Помпеев Черникова.

— Ну, а как ещё, конечно, я всё уже продумал, — ответил Виктор.

— Цену-то не слишком занизил? — наезжал Помпей на него.

— Да нет, Владимир Петрович, в сложившихся обстоятельствах это самая подходящая цена, учитывая, какие затраты понесу я при переделке документов, хотите, попробуйте сами отмыть такую квартиру и тогда убедитесь, во сколько вам это обойдётся, — приводил свои аргументы Виктор.

— Почти треть цены от рыночной, накинь хоть до половины, — начал торги Помпеев.

— Не могу, Владимир Петрович, у меня просто нет таких средств, — твёрдо стоял на своём Черников.

— Давай в рассрочку, а Виктор Васильевич, не будь скупердяем, ведь квартира стоит того, — упрашивал его Помпеев.

— В рассрочку, а с чего я потом отдавать буду? — упорствовал Виктор.

— Упрямый ты какой, — продолжал нудить Помпеев, — ну, ладно, я согласен, просто у меня безвыходное положение.

— Жадность губит людей, — вмешался с улыбкой в их торг Ухваткин, — не хапал тогда столько, не было бы твоего положения.

— А как жить-то, кругом одни волки, — сокрушался бывший мэр, — тут вот кризис пророчат, всё нажитое прахом пойдёт.

— Кто пророчит? Опять досье? — иронизировал Ухваткин, — экономисты прогнозируют рост экономики.