Чтение онлайн

— Прогноз экономистов — это такой же прогноз, как и экстрасенсов, гадание на кофейной гуще, а экономика — то верть-круть, то круть-верть, а результат один и тот же, не совпадающий с прогнозом, — парировал Помпеев.

— О-о, да вы у нас ещё и философ, Владимир Петрович, — засмеялся Алексей Иванович.

— Жизнь заставляет, ну, да ладно, вернёмся к телу, как говорил Остап Бендер, — и он повернулся снова в сторону Черникова, — что от меня требуется конкретно?

— Договор купли-продажи, паспорт на квартиру, если успели оформить, ну помощь в организациях, где отслеживают сделки, — пояснил Черников.

— Не понял, — вскипятился Помпеев, — это что за помощь? Как понимать это, если я ценой плачу?

— Не беспокойтесь, вам ничего делать не придётся, просто у нотариуса нужно проверить, где лежат договор и регистрационная книга, думаю, вам в этом не откажут, если попросить, тоже самое в БТИ, регистрационной палате и у фирмы-продавца, — успокаивал его Черников, — поясните, что клиент попался щепетильный, пусть отложат документы и приготовят для просмотра.

— А, ну это, конечно, можно, я отряжу человечка, он всё сделает, — уже миролюбиво соглашался бывший мэр, но тут же снова деловито спросил, — а деньги когда?

— Как документы оформим, — улыбаясь, ответил Черников.

Придя в свой кабинет, Виктор дал выход эмоциям, он высоко подпрыгнул и при этом взмахнул рукой, но мягко опустился, чтобы не было стука, так как стены между помещениями были очень тонкими.

— Да! Да! — восклицал он, но старался это делать приглушённо, — мне удалось это!

Немного успокоившись, он сел на стул и стал размышлять о своих дальнейших ходах.

"Деньги! В банке или у Варева, да, кстати, как там наш спрут поживает?"

Он откинулся на спинку стула, прикрыл глаза и так неподвижно просидел несколько секунд, в результате концентрации перед ним открылась нужная картинка.

Склад Варева. Много незнакомых людей, из них только двое в форме, собака лабрадор, обнюхивающая уже соседний бокс, а в том, где находились наркотики, больше всего и толпится народ.

"Понятно, уже всё нашли, оформляют протоколы, а где же наш смотрящий?"

Он снова застыл, не двигаясь, и даже дышал неслышно, желая отыскать нужный ему маячок. И опять ему удалось осуществить желаемое.

Новая картинка, но уже с Варевым, ведущим энергичные переговоры с кем-то по телефону. Помещение Виктору незнакомо, цивильно, похоже на офис какой-то фирмы, возможно, это и есть штаб-квартира смотрящего, о которой мало кому известно.

Длинный стол для заседаний упирается в директорский, за которым в огромном кожаном кресле с подголовником восседает Варев. За его спиной — металлический шкаф, перед ним ноутбук и раскрытый ежедневник.

"Всё, как у всех" — иронически пронеслось в голове Черникова.

Перед смотрящим трое. Двое молодых мужчин в пиджаках и галстуках и молодая девушка с распущенными волосами. Девушка что-то пишет в раскрытый блокнот шариковой ручкой.

"Секретарша или пресса", — отметил про себя Виктор.

Варев закончил говорить и, блеснув золотом оправы, начал что-то внушать двум мужчинам, затем слегка наклонился под стол, открыл какую-то дверцу.

Черников переместил обзор за спину смотрящему. Прямо под столом у левой ноги того стоял маленький сейф. Внутри сейфа всего одна перегородка, наверху которой лежало несколько долларовых пачек, перетянутых резинкой, под ней — чёрный пакет с брикетами денег, наверное, рублей.

Варев взял одну долларовую пачку и положил на стол перед собой, затем из чёрного пакета извлёк три брикета и присоединил их к первой пачке.

Чтобы быть более свободным в анализе ситуации, Виктор не старался услышать, о чём они там говорят.

"Тушат пожар деньгами", — ехидно комментировал он сам себе происходящее, ему стало легко и радостно, дышалось свободно и глубоко, словно с его груди сняли тяжёлый груз.

Варев закрыл сейф, у дверцы только ручка и кодовый замок. Центр фокуса направлен на средину дверцы, сужается и сквозь неё проникает внутрь. Темно, но через пару секунд мрак отступает, пачки стодолларовых купюр чётко вырисовываются на переднем плане.

"Мне всего-то нужно пять пачек и я с Помпеем в расчёте", — мыслит и считает Виктор.

Его взгляд меняется и уже концентрируется на поверхности стола перед собой, он мысленно представляет, что те пять пачек из сейфа сейчас лежат перед ним. Он видит их в такой же конфигурации, четыре снизу, пятая наверху.

Веки слабеют и опускаются, но картинка поверхности стола наблюдается сквозь них. Мысленная визуализация помогает выстраивать банкноты на столе. Концентрация усиливается, кажется, что браслет начинает пульсировать, возможно, это просто его пульс стал более заметным. Напряжение достигает критических размеров, появляется тупая боль в области лобных пазух и висков, будто бы кто-то вытягивает оттуда намотанную прямо на мозг длинную ленту. Но вот происходит небольшое короткое затемнение, кажется, что над поверхностью стола вьются множество чёрных и быстрых мошек. Их становится больше, они перемешаются по спирали, увеличивают скорость вращения, пропадают, превращаясь в сплошной поток, и вдруг на этом месте появляется стопка денег, раздвигая и растворяя в никуда черноту.

Виктор облегчёно вздохнул и расслабленно опёрся на спинку стула. Веки закрыты, прекратилось видение сквозь них. Он сидел без движений, постукивало в висках, но уже затихало, можно было открыть глаза, но он боялся, вдруг там, на поверхности стола, ничего нет.

Так прошло несколько секунд, он сидел с закрытыми глазами, но нетерпение нарастало, и, когда её энергия превысила потенциал энергии страха, Виктор осмелился и посмотрел.

Перед ним на столе лежали пять пачек стодолларовых купюр, ровно пятьдесят тысяч.

"Господи, получилось, — восторгался он и с трепетом поглаживал шершавые боковины пачек, — что же теперь с ними делать? где прятать?"

Черников достал из нижнего ящика жёлтый полупрозрачный пакет, оставшийся у него от покупок канцтоваров, и переложил в него валюту. Но сквозь тонкий целлофан чётко просматривалось то, что лежало в пакете.

"Нет, так никуда не годится, как я пойду с ним по городу?"

Других пакетов не было, и его взор неожиданно остановился на корзине для бумаг, внутренняя поверхность которой была выстелена чёрным полиэтиленовым мешком для мусора. Виктор поднял корзину с пола и поставил на угол стола, она была пуста, и только на дне спрятался почерневший и слегка засохший огрызок яблока, брошенный им ещё вчера.

"Даже уборщица не заметила", — мысленно отметил он, вытаскивая огрызок из корзины.

Оставил его тут же на столе, а тёмный мешок вытащил и переложил в него брикеты долларов, завернул и засунул в жёлтый пакет.

"Теперь нормально, — оценил он увиденное, а сверху свёртка пристроил огрызок, — по дороге выброшу".

Виктор вернул корзину на её прежнее место к углу стола, разогнулся, и в этот самый момент завибрировал браслет.

"Кто там посмел меня беспокоить", — озабоченно мыслил он.