Чтение онлайн

Эти явления также находят отражение в тенденции рассматривать как пустяк теракты-самоубийства, захват заложников, убийство гражданских лиц и постановку страшных, унизительных спектаклей. Я всегда буду испытывать сострадание к сотням невинных жертв, которых превратили в пепел или мелкие лоскутки взрывы в автобусах или в метро, десяткам детей, разорванных на мельчайшие кусочки, матерям и старикам, раненным террористами и превращенным в инвалидов и калек на всю оставшуюся жизнь. Жизнь этих страдальцев превращена в медленную необратимую агонию. Как можно не видеть, что это «конформизм извращенного ума», когда террористов, целящихся в мирных жителей и детей, называют «борцами сопротивления»; когда СМИ толкуют о «казни» заложников, а не об их «заказном убийстве»; когда цель оправдывает средства, и кошмар объясняют отчаянием; когда жертв терактов считают виновными, а убийц не подотчетными закону; когда нас призывают уступить терроризму, если мы хотим, чтобы террор не сделал нас своей мишенью; когда власть имущие не видят противоречия в своих заявлениях, что ни одна причина не может оправдать терроризм, но что для борьбы с ним нам нужно приняться за искоренение его причин.

Терроризм не выражение недугов человечества, а их распространение. По-моему, терроризм необходимо осудить абсолютно, повсеместно и безоговорочно. Я согласен с Камю, сказавшим: «Какие бы не были благородные цели, они навсегда будут обесчещены слепым убийством невинных людей, когда убийце заранее известно, что женщины и дети окажутся среди жертв».

С прискорбием приходится отмечать, что ненависть к евреям распространилась даже во Франции, в наших пригородах, среди меньшинства молодежи из семей эмигрантов из Северной Африки, которую ловят на идеологический крючок пропагандисты салафизма. Я осуждаю такую интенсивную пропаганду на услужении реакционной, смертоносной, тоталитарной идеологии, поскольку этот взгляд ислама призывает к завоеванию, уничтожает личность, высвобождает ненависть, мучения и убийство и превращает людей в орудие массового уничтожения. В 1999 году политолог Ян Лессер выпустил книгу-предостережение «Противостоять новому терроризму», в которой он пишет, что терроризм как всеохватывающая идеология при поддержке религии может использовать безграничное насилие и добиться безграничной сплоченности — в определенных границах. Новый терроризм особенно опасен тем, что террористы не боятся непопулярности, поскольку «они говорят, что подотчетны одному Богу». Этим людям следовало бы в наше страшное время поразмышлять над хорошим уроком о жизни и уважении из Корана: «Тот, кто убил человека, который никого не убивал и не совершал никакого насилия на этой земле, убил всех людей. А тот, кто спас одного человека, спас всех людей». [2]. А также им следует прочесть этот хадис о пророке Магомете (мир ему): «В чернилах мудреца больше святости, чем в крови мученика». В самом деле, Коран особенно подчеркивает мысль о превосходстве алим — того, кто умен и хорошо образован. Только 250 текстов Корана посвящены закону, при этом 750 текстов — т. е. почти восьмая часть всего Корана — посвящены цели «призвать к внимательному слушанию» и «к умножению знания»,[3] а вовсе не производить террористов-самоубийц, которые убивают ни в чем не повинных людей.

«Кризис человеческой мечты об идеале обусловлен антисемитизмом, который по сути своей является враждебностью к Иному». Если эти слова Эммануила Левинаса все еще имеют значение, то нам давно пора осудить это извращение души, которое одобряется некоторыми из наших «братьев»-мусульман. Опошление обычного расизма, этой пагубной идеологии, способной, в конечном счете, разорвать ткань «жизни вместе», — это то же самое, что подразумевает ненависть к евреям.

Варварское насилие против наших еврейских братьев и сестер достойно всяческого порицания и не имеет никакого отношения к нашей вере. Трагедия в том, что обвиняют не агрессоров, их преступления инкриминируются исламу. Это серьезное заблуждение, что ислам — это религия войны и насилия, которая противится всему, что служит всеобщему миру. Ислам — это религия милосердия, и он не допускает терроризм. В Коране сказано, что «Аллах запрещает не уважать тех, кто не боролся с вами из-за веры, тех, кто не выгонял вас из своих домов. Ты должен поступать с ними праведно и справедливо, ибо Аллах любит справедливых». [4 ]Пророк Магомет (мир ему) ставил убийство на второе место среди самых страшных грехов (это изложено в Сахи Аль-Бухари № 6533 и в Сахи Муслим № 1678), и он даже предостерегал людей о том, что «Первыми делами, за которые будут судить людей в Судный день, будут грехи кровопролития».

Я не претендую на то, что дал исчерпывающий анализ ситуации, я не стремлюсь навязать решение проблем, поскольку ручаться за веру — не означает заменить дух критики способностью воспринимать прекрасное. Но что на самом деле ислам говорит об отношениях с евреями?

Приходиться признать, что в Коране есть около десяти текстов, которые необходимо читать в контексте времени, когда они были написаны, а точнее, времени зарождения мусульманства в Медине, когда первые верующие во главе с пророком Магометом (мир ему) оказались осажденными коалицией племен, желавших уничтожить их. К примеру, «Ты увидишь, что те, кто враждебнее всех относится к правоверным, это — иудеи и многобожники. Ты увидишь, что самые близкие друзья — это те, кто говорит: «Да, мы — христиане!» Потому, что среди них есть священники и монахи, которых не переполняет гордыня».[5] Как подчеркивает Салах Стети в своей книге «Единобожие: один Бог, три религии»: «Означает ли это, что от диалога необходимо отказаться, или что тот или иной аспект диалога должен стать предпочтительнее других аспектов? Можем ли мы при этом, вне зависимости от неизбежно предвзятых, субъективных и подверженных эмоциям взглядов, о которых дипломатично умолчим, доброжелательно относиться к одному имеющемуся или потенциальному партнеру по диалогу, а другого подвергать публичному поношению?» Ответ на этот вопрос — нет, это не является точкой зрения Магомета (мир ему), напротив, она диаметрально противоположна такому сектантскому мировоззрению. Коран, на самом деле, раскрывает свое устремление к всеобщности и свою миссию говорить со всеми людьми и потому акцентирует необходимость плюралистического подхода и важность диалога с представителями других народов, что отражено в следующем отрывке:

О люди! Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы знали друг друга. [6]

Должен подчеркнуть, что Коран не предписывает мусульманам насильственно обращать в ислам ни евреев, ни какие-либо еще народы. Он ясно указывает на свободу совести, как того требует закон: «Не будет принуждения в религии».[7] В Коране нигде не говорится, что мусульмане должны плохо обращаться с евреями. Нигде в Коране не сказано, что евреев нужно гнать, уничтожать и стирать с лица земли только потому, что они евреи. Говоря о детях Израиля (Исраила), Аллах говорит: « Они не все одинаковы; среди последователей Библии есть те, кто праведен. Они цитируют откровения Бога ночь напролет и падают ниц. Они веруют в Бога и в Судный день, они отстаивают праведность и запрещают зло, и они спешат совершить праведное дело. Такие они — праведники». [8]

Однажды (как говорится в Аль-Бухари, №1250 и в Муслиме, № 961) перед Пророком (мир ему) прошла похоронная процессия, и в знак почтения он встал. Кто-то сказал: «Хоронят еврея!». Он ответил: «Разве это не человек?».

В Аль-Бухари написано, что когда Пророк (мир ему) умер, его щит был отдан в залог еврею, чтобы покрыть расходы его семьи. Пророк мог бы без труда занять денег у товарищей, которые ни в чем бы ему не отказали, но он пожелал просто подать пример своей общине.

Такое же отношение к немусульманам можно наблюдать в поведении его товарищей и преемников. Так, например, Омар отдал приказ, чтобы из Общественной казны мусульман выплачивалось пожизненное денежное пособие одному еврею и его детям. Он при этом добавил: «Всевышний сказал: «Милостыни — для бедных, нуждающихся, ...», а эти люди нищие среди народа, почитающего Библию». [9] Подобным же образом Абдулла Ибн Амр велел слуге своему отдать часть их жертвенного мяса соседу-еврею. Потрясенный слуга спросил о причине такой щедрости к соседу-еврею. Ибн Амр ответил: «Пророк (мир ему) сказал: «Ангел Гавриил так сильно настаивал на том, чтобы я был добр к своему соседу, что я начал думать, что он собирается подарить ему долю наследства». [10]

Известно, что на протяжении долгого времени евреи жили по большей части в мире и безопасности в мусульманских странах, хотя и не всегда беззаботно, из-за причиняемых им порой страданий. В своей книге «Об истоках арабо-израильского конфликта, невидимые сожаления Запада» Бруно Гиг пишет:

«Антисемитизм — далеко не всеобщая вина... Присутствие не мусульман в мусульманских странах явно одобряется и охраняется Кораном и традицией, Сунной... Они — дхимми, находящиеся под охраной... Этот статус заложен в завете дхиммы, который является гарантией, охраной и договором ... Благодаря дхимме крепкие христианские и иудейские общины долгое время жили в мире и безопасности в среде мусульман... Соответственно, нет в культуре ислама эквивалента того позора, который христианский Запад нагромоздил на евреев. Изгнанные из Испании королями-католиками с 1492 года сефардские евреи нашли себе пристанище в арабских землях. И вплоть до начала двадцатого века в Оттоманской империи у них было незаменимое прибежище».

Последователи религий, почитающих Библию, почитались и обычно занимали высокие должности в мусульманском государстве. Примечательно, что во времена первых калифов сирийский христианин, Иоанн Дамасский, канонизированный Греческой православной церковью, занимал должность Великого Визиря. Еврей Дон Ицхак Абраванель занимал эту же должность при последнем Эмире Гранады в Испании в пятнадцатом веке, а другой выдающийся политик-еврей Дон Йосеф Насси, «герцог Нахосский», являлся настоящим архитектором внешней политики Оттоманской империи в шестнадцатом веке и организатором альянса султана Сулеймана Великолепного и северофранцузской монархии семьи \ Валуа.

Без сомнения, существует представление об исламе как о враге, но хуже всего, что существует вид ислама, который сам себя считает врагом. По-моему, мусульмане должны не бороться с представлением об исламе как о враге, а задуматься о самом исламе, который в наше время часто считают агрессивным.

«Лучший джихад», как провозглашается в одном из хадисов, «сказать правду правителю-тирану». Учитывая, что доклад Программы развития ООН 2004 года на тему «Развитие человека и общества в арабских странах», подчеркивает отсталость арабского общества, меня крайне удивляют заявления некоторых мусульманских религиозных и политических руководителей, которые оглушают нас призывами к священной войне с Израилем и Соединенными Штатами, но никогда не призывают людей начать джихад с собственными недостатками. Доклад содержит прискорбные факты:

• Производительность труда в арабских странах упала за последние сорок лет. За прошедшие двадцать лет ее рост равен нулю.

• 30 процентов населения в арабских странах имеет бюджет меньше двух долларов в день.

• Каждая вторая арабская женщина не умеет ни читать, ни писать.

• Доступ к информационным технологиям очень ограничен: лишь у одного процента жителей арабских стран есть компьютер.

Арабская лига учреждений просвещения, науки и культуры (АЛУПНК) указывает на несколько препятствий для развития | культуры в арабских странах:

• Повсеместная безграмотность,

• Излишнее внимание, которое уделяется патриотизму,

• Административные препоны, препятствующие свободному культурному обмену между государствами,

• Контроль органов власти над сознанием людей. Власть пропаганды.

В этой прискорбной ситуации, сложившейся в арабских странах, виновны не Израиль и не США. Печально, что пока большинство народов мира в общем и целом сумели превратиться в современные демократические общества, ни одну арабскую страну не включили в список из 120 демократических государств, признанных группой либеральных американских ученых НИИ Фридом Хаус. Ни одной арабской страны нет и в списке государств, в которых уважается свобода информации, составленном организациями «Эмнисти Интернешнл» и «Журналисты без границ». Иными словами, арабские страны находятся за чертой бедности и выше черты позора. А как бы развивалась ситуация, если бы, начиная с 1948 года, все арабские страны занимались, прежде всего, собственным государственным строительством, а не пеклись бы постоянно о палестинском вопросе? Что бы было, если бы все арабские страны посвятили свои усилия просвещению собственных граждан и повышению их уровня жизни? Почему Лига арабских государств не созвала встречу в верхах, посвященную решению этих проблем? Отчего арабские политические деятели так медлят с возмущением по поводу плачевного состояния основных коммунальных услуг в их странах и недостатка здоровья, образования и социального обеспечения? Как можно считать, что Израиль и США несут ответственность за это ужасное положение вещей?