Антисвинизм, или Необычайная история одного восстания
Шрифт:
Джесси в этот момент была не одна. Вместе с ней на все происходящее смотрели осел Савл, которого она, под предлогом воли божьей, взяла с собой таскать мешки с хлебом, и кобель Цезарь, в свое время потерявший ее из-за Пирата и предупредивший Джесси о том, что тот приказал ее убить. Джесси быстро оценила ситуацию, преданность Цезаря и сделала все возможное, чтобы он остался с ней.
Она рассказала Цезарю почти все, о чем знала. Она поведала ему о том, что Пират – обычный пес, проходимец, обманувший и бросивший ее. Научившись по-человечески, а точнее по-женски применять слезы, Джесси не преминула пустить в ход это верное психологическое оружие. Не рассказала она только о Соломоне, ибо посчитала, что это пока преждевременно. В этом был смысл, так как вера в высшего бога, наделившего Савла и Цезаря способностью мыслить и разговаривать по-человечьи, была очень сильна и попытка разрушения этой веры могла привести Джесси к катастрофическим последствиям. Она уже один раз попробовала это сделать с Пиратом и еле унесла после этого ноги. Плюс ко всему, к Соломону у нее был свой личный счет. Она решила отомстить ему не только за себя, но и за невинно убиенных хозяев.
Когда она помогала Пирату, она и подумать не могла, что все это закончится такой трагедией. Пират любил и боготворил своего хозяина, но и Джесси, протрезвев от несчастной и обманутой любви, тоже осознала, что любила своих хозяев, их детей и тех людей, которые жили с ней в одном доме. Она ощутила чувство вины перед ними. Это тоже было неизвестное ей доселе чувство, гложущее и не проходящее. Это было даже не чувство вины, а осознание греха.
Именно осознание, а не инстинкт. Побороть это осознание можно было снова став собакой. Но совершать духовное самоубийство у Джесси не было никакого желания. Поэтому загладить эту вину для нее могла только месть.
Те же чувства сжигали изнутри и Цезаря. Но, в отличие от Джесси, он был верующим в потустороннего, неземного бога. Джесси прекрасно видела земное происхождение причин этой трагедии. Она знала, что нет никакого всевышнего, всемогущего бога, по чьей воле все это происходило. Более того, она планировала в ближайшее время сделать все возможное и невозможное, чтобы этого «бога» вздернули на виселице. Джесси существовала в реальности. Ею управляло теперь только внутреннее чутье, ее собственный разум, материнский инстинкт и желание мести. Но это так же, как и незнание, ослепляло ее, и потом сыграло с ней плохую шутку.
Цезарь так же считал себя обманутым. Но он верил, что обманутым был и его бог, сделавший его человеком. Джесси перестала быть управляемой извне, а Цезарь, так же как и Савл, оставались таковыми. И тем, и другим можно было манипулировать, что Джесси и собиралась делать.
С Савлом сложностей возникнуть не могло. Получив человеческие качества, он упрямо твердил только два слова «я должен», и готов был тащить навьюченный на него груз, куда и сколько угодно. Безвольный и безмолвный, он во имя своего бога, готов был терпеть любые невзгоды и трудности. Он, глядя на то, что происходит со Стивом и его хозяйством, не испытывал никаких эмоций. Ему было плевать на Стива, его жену и детей.
Во всем происходящем он видел только божью волю, и все время бубнил про себя: «И я должен! И я должен!». Что и кому он был должен, никто из присутствующих не знал, да и не пытался узнать. И Джесси, и Цезарь были полностью поглощены происходящими во дворе хозяйства Стива событиями. И пока еще никто, кроме Джесси, не знал, какую Савлу предстоит сыграть роль в судьбе Соломона и его авантюры.
Джесси уготовила ослу роль мученика поневоле. Но об этом чуть позже, а пока, после того, как со Стивом и его хозяйством было покончено, наша троица, еще немного постояв, исчезла на какое-то время из нашего поля зрения для того, чтобы чуть позже появиться и сыграть ту самую, роковую, для жизни каждого героя роль.
– 15-
С утра в бывшем хозяйстве Стива был праздник. Наконец-то сбылась многовековая мечта домашних животных.
Много веков тому назад все их предки были приручены человеком. Они когда-то, в поисках более легкой и безопасной жизни, добровольно сдались человеку в рабство. В дикой природе все эти животные находились в аутсайдерах. За каждый день своей жизни им приходилось бороться, причем довольно часто безуспешно. Всегда находились виды более устойчивые, агрессивные и приспособленные. Аутсайдеров же ждала либо деградация, либо полное вымирание, что в принципе одно и то же.
И они пошли, под обещанную защиту к другому существу, населяющему эту планету. Они пошли к людям. Так дикий кабан когда-то сдался человеку и стал домашней свиньей.
Но парадокс заключается в том, что и человек на этой земле также порой бывает аутсайдером. Человек по способности к выживанию выглядит иногда так, как будто его сотворила вовсе не эта природа.
Что я имею в виду? Все очень просто. Оставьте любого человека голым, без всяких орудий и приспособлений, например, в сибирской тайге, где-нибудь в октябре-ноябре и посмотрите, что с ним станет через несколько часов.
На земле и в воде существуют миллионы живых существ и каждый из них наделен Природой теми или иными средствами для выживания. Их сотворила Природа. Кому-то она дала теплую шерсть, кому-то острые когти, зоркое зрение, прекрасный слух, способность быстро бегать, быстро плавать, кого-то наделила смертоносным ядом и так далее.
Что же Природа дала для выживания человеку? Любой читатель мне ответит – конечно же, разум. Соглашусь, но отчасти, ибо разумом Природа наделила на земле очень многих. И в некоторых ситуациях животные действуют более разумно, чем человек. Вот, что имею в виду под таким громким заявлением.
Свободное животное никогда не будет пить алкоголь, курить, употреблять наркотики и убивать, без веской на то причины, себе подобных. Только это уже является более разумным отношением к своей жизни и здоровью.
Животное никогда не будет врать себе подобному, плести интриги и убивать ради удовольствия. Животные боятся смерти, поэтому уважают ее. Смерть в животном мире – необходимая трагедия, поэтому хищники убивают жертву, как правило, быстро. Животным чуждо удовольствие от страданий другого животного. Они не страдают садомазохизмом, истерией и другими психическими отклонениями. Существование каждого вида живых существ имеет свое разумное назначение для развития и существования всей жизни на этой планете. Все животные, птицы, насекомые, микроорганизмы связаны одной невидимой цепочкой. Порви одно звено и разрушится вся цепь. Не состоят в этой цепи только человек и прирученные им животные. Животные естественны и в этом их основная разумность. А еще они свободны. И это их главное достояние. У них нет священных писаний, которые бы ставили их поведение в определенные рамки.
И ничего страшного с ними от этого не происходит. Животные не истребили друг друга, не уничтожили Природу. Жирафы существуют тысячи лет, носороги тоже, а крокодилам и ящерицам вообще миллионы лет. Главная опасность их существованию исходит от вооруженного всевозможными священными писаниями человека.
Человек на этой планете – основной вид раба, и происходит это вопреки разуму Природы. Поэтому лично для меня, очевидно, что человек, как вид живых существ, выведен не на Земле. Он колонист. Он заключенный в этой тюрьме раб, который, заглядывая в кем-то написанные ему священные писания, пытается найти оправдания своему существованию, своим болезням и психозам.
Все животные, испокон веков и до наших дней, продолжают жить в Эдеме, ибо Земля, – это настоящий Эдем. Они не вкушали яблоко Познания. И выпадают они из этого Эдема только в случае, когда попадают под власть человека.
Идите в лес, степь или тундру, и вы увидите там разных животных. Если вы наблюдательны, то будете удивлены – они все похожи в своем поведении. И все они здоровы. Вы не найдете среди них ни одного животного с неестественно избыточным весом, вредным для его организма, ни одного пьяного или больного, потому, что больное животное в естественных условиях существования моментально погибает.