Чтение онлайн

После всех унижений, которые ему пришлось вытерпеть в этот невозможно долгий вечер, в течение которого он чувствовал на себе косые и злорадные взгляды приглашенных, Константин устало поднялся в свою спальню. Тихо раздевшись, он сел на кровать и посмотрел на девушку, которая лежала к нему спиной. Груша не спала. И едва князь сел на постель, повернулась и устремила на него поглощающий взгляд, надеясь услышать от Урусова заветные холодные слова о том, что она ему больше не нужна.

— Прости меня, малышка, — сказал князь тихо и ласково, подняв на нее взор, в котором не было и тени злости.

— Простить? За что? — удивленно произнесла она, опешив от его слов.

— Я был груб с тобой, — начал извиняющимся тоном Константин. — Ты плохо себя чувствовала, а я думал лишь о себе. Как твоя голова?

— Уже лучше, — глухо ответила Груша и отвернулась от него, смотря невидящим взглядом перед собой. Девушка размышляла о том, что делает не так, почему он ни в какую не хочет прогнать ее.

— Ты простишь меня?

— Вы ни в чем не виноваты, Константин Николаевич, — сказала вдруг нежно Груша. — Это я вела себя недостойно.

Урусов тут же сгреб девушку в охапку и, приподняв на руках, заглянул в ее лицо.

— Как давно я не слышал, чтобы ты так ласково говорила со мной, малышка, — прошептал он страстно. — Я обожаю, когда ты такая спокойная и тихая, как маленькая райская птичка, не способная быть грубой и холодной.

Внезапно Груше захотелось его утешить и сказать что-нибудь приятное.

— Вы очень добры ко мне, Константин Николаевич, — произнесла она медленно и улыбнулась. Князь весь засиял и как-то по-мальчишески улыбнулся ей в ответ.

— Рад, что вы заметили во мне хоть что-то положительное, Аграфена Сергеевна, — проворковал он нежно и, наклонившись, поцеловал девушку в губы.

Груша посмотрела на свое очаровательное отражение в зеркале и, наморщив носик, капризно произнесла:

— Мне не нравится!

Константин сидел напротив нее в удобном темном кресле и удовлетворенно осматривал ее изящную фигурку в атласном платье цвета зеленого шартреза. Они находились в зеркальном зале модного салона мадам Софии на Мясницкой улице. Уже прошло три недели, с тех пор как князь и Груша приехали в Москву, в шумный, величественный город, который некогда был столицей России. Они остановились в фамильном дворце Урусовых, выстроенном некогда дедом Константина.

— Не согласен, душенька, прелестное платье, — заметил со знанием дела Урусов.

— И шляпка эта, — продолжала недовольно Груша, поправляя на голове чудесную шляпку с небольшими полями, украшенную желто-зелеными цветами. — Портит цвет моего лица!

— Что у вас еще есть? — обратился князь к модистке, которая стояла рядом и тоже окидывала девушку довольным взглядом.

— Мадемуазель уже все примерила, — ответила модистка по-французски.

— Что ты надумала, душенька? — спросил князь и с нежностью посмотрел на Грушу, которая пыталась развязать затянувшийся узел на лентах шляпки.

— Позвольте, я помогу вам, — сказала мадам София и бросилась к девушке. Ловкими пальцами модистка избавила недовольную клиентку от шляпки.

— Шафрановое платье мне понравилось, — начала Груша и посмотрела на потолок, как будто что-то вспоминая. — И бархатное, цвета граната, хорошо сидит, еще терракотовое из тюля и…

Перечислив две дюжины платьев в комплекте со шляпками, Груша удовлетворенно посмотрела на Урусова, ожидая увидеть на его лице кислую мину. Но князь добродушно улыбнулся и заявил:

— Будьте добры, все эти платья доставьте по моему адресу, я сейчас выпишу чек.

Груша переоделась в небольшой комнате и вышла к князю в нежно-розовое наряде, в котором явилась в салон:

— К шелковому бальному платью у меня нет гарнитура, — заявила Груша, едва появившись в зеркальной зале.

Урусов уже расплатился с мадам Софией и быстро обернулся к девушке.

— Сейчас заедем в ювелирную лавку и что-нибудь подберем. Наверное, изумруды или бриллианты подойдут, — предложил он.

Мадам София пораженно смотрела на эту парочку и неодобрительно качала головой. Эта прелестная, но невозможно капризная девушка явно намеренно делала все, чтобы вытянуть побольше денег из князя. А он не только не сопротивлялся этому, а наоборот, весь светился от счастья, исполняя очередное ее желание.

В этот момент в салон вошла модная дама лет тридцати в лиловом кокетливом одеянии. Ее темные, сверкающие волосы прекрасно оттеняли карие глаза с густыми темными ресницами. На руках она держала маленькую пушистую болонку мальтийской породы, цвета слоновой кости, которая была одета с парчовый костюмчик.

— Дорогой князь! — воскликнула дама и, проплыв мимо Груши, приблизилась к Урусову.

— А, Анна Владимировна, здравствуйте, — Константин холодно улыбнулся вошедшей красавице.

— Как я рада снова увидеть вас, — проворковала графиня, протягивая маленькую ручку, затянутую в шелковую перчатку, для поцелуя. — Вы так давно не были в Москве!

— Был занят, — ответил князь сухо, чмокнув пальцы графини, и через плечо Анны посмотрел на Грушу, которая недовольно топала ножкой, ожидая его у выхода из салона.

— Вы при… — начала аристократка, чарующе улыбнувшись.

— Извините, я очень спешу, — перебил ее почти невежливо Константин. — Извините.

Повторил он и быстро направился к Груше.

Когда они вышли из модного салона, Урусов подал локоть, и девушка легко ухватилась за его руку.

— Какая хорошенькая собачка, — сказала вдруг она, намекая на болонку графини. — Я бы хотела такую.

— Хорошо, обязательно купим.

— Но я хочу эту, — сказала Груша капризно и остановилась.