Чтение онлайн

– Ты бы сказала Илье Дмитриевичу, что передумала, а то он виждь уже гостей созывать надумал.

Несчастно взглянув на тетушку, Катюша помрачнела. Тяжко вздохнув, девушка тихо пролепетала:

– Знаете тетушка, я думаю, не стоит расторгать помолвку с господином Левашовым. Он видный вельможа, да и богат. Я решила, что он будет мне хорошим мужем.

– Но как же, душечка? – удивленно воскликнула Дарья Гавриловна. – Ты ведь не хотела идти за него, отчего же теперь…

– Дядя убедил меня, – перебила ее нервно девушка, закусив губку, и устремив взор вдаль, добавила. – Так лучше будет. Илья Дмитриевич мне очень подходит. И любит меня…

– Катенька, а как же граф Воронцов, ты ведь его лю…

– Это в прошлом, – вновь перебила ее Катюша и дрогнувшим голосом добавила. – И более прошу, не упоминайте о нем…

– Доченька, как же так? – не унималась Нелидова, видя на лице девушки муку, и подумав о том, что Иван Алексеевич наверняка сказал Катюше нечто плохое, раз она решила выйти за нелюбимого Левашова.

– Вот так, милая тетушка, – пролепетала с любовью Катюша и, обняв Нелидову, уткнулась личиком в ее теплую шею, одними губами прошептала. – Люблю я Вас тетушка Дарья, словно матушку…

Катя замолчала, заметив, что зеленое домино быстро прошло рядом с нею и скрылось в толпе. Девушка напряженным взором посмотрела вслед исчезнувшей высокой женщине, но пестрые одежды и маски сливались в одно большое цветное пятно, в котором было не возможно ничего различить.

Скрипки заиграли полонез. Медленно, грациозно пары заскользили по широкой парадной аллее, кружа изысканные фигуры. К ней подошел Левашов и, окинув девушку собственническим взглядом, спросил:

– Екатерина Васильевна Вы подарите мне еще один танец?

– Я нехорошо себя чувствую, – прошептала Катюша и несчастно посмотрела в его бледные серые глаза, которые, казалось, поглощали ее всю.

– Екатерина! – тут же раздался недовольный голос Петра Ивановича.

Катя затравленно обернулась на дядю. Он, нахмурившись, стоял несколько поодаль от них, и грозно смотрел на нее.

– Прошу Вас Илья Дмитриевич, – прошептала Катюша и с мольбой посмотрела на Левашова, который склонился к ней. – Вы уже добились своего. Я Ваша невеста. Хотя бы до свадьбы дайте мне побыть немного в одиночестве.

Илья поджал губы, понимая, что неприятен девушке и с обидой в голосе заявил:

– Что ж извольте, – Он наклонился ближе к ее личику и тихо добавил. – Я подожду. Скоро Вы станете моей. И тогда уже Вам не удастся избегать меня, поверьте.

Последняя фраза Левашова прозвучала, как угроза. Катя на миг представила свое будущее с этим неприятным человеком и задрожала еще больше, но уже от неприятного озноба. Левашов отошел к Петру Ивановичу и девушка, оставшись одна, сжала до боли кисти рук. Ее глаза наполнились слезами. Как же она хотела остаться одна, просто поплакать, может после этого ей станет легче. Она испросила разрешения у дяди, посмотреть один из фонтанов и направилась к лестнице. Быстро спустившись вниз к подножью большого каскада, она подошла к краю воды. Ее взор невольно задержался на статуе сирены. Каменная красавица держала в руке диковинный извилистый рог, из которого выбивалась струя воды. Катюша не заметила, как к ней бесшумно приблизилась женщина в зеленом домино. Незнакомка подошла сзади к девушке и, наклонившись над Катей, прошептала:

– Екатерина Васильевна, уделите мне немого внимания, – от свинцового грубого мужского голоса с сильным акцентом, Катюша сначала застыла, а затем резко отпрянула от мужчины переодетого в женское платье. Голос принадлежал Франсуа Лавазье. Но француз, облаченный в зеленое домино, с силой схватил девушку за локоть и прижал ее к себе, не давая Катюше возможности вырваться. – Не смейте кричать. У меня нож, и мне достаточно одного движения, что бы убить Вас.

Отчетливо ощутив твердое лезвие, которое уперлось ей в спину, Катюша испуганно пролепетала:

– Прошу Вас не надо…

– Если Вы будете послушны, я не причиню Вам вреда, – многозначительно произнес француз и велел. – Немного прогуляемся.

Катя послушно кивнула, и позволила Лавазье взять себя под руку. Они быстро направились по Марлинской аллее в сторону залива. Катя послушно шла за ним, леденея от страха. Затем Лавазье резко свернул в сторону с главной широкой аллеи и углубился в лесистую рощу. Он тащил девушку все дальше и дальше в темноту, удерживая ее при себе за локоть. Паника охватила Катюшу, и она испуганно оглядывалась на огни праздника, которые удалялись. Через какое-то время они вышли к небольшому квадратному водоему. Тишина и мрак, которые царили вокруг в этой части парка, пугали девушку. Лавазье подвел ее к деревянному вольеру-беседке, которая была окружена деревьями. Здесь француз, наконец, остановился, и чуть отпустив Катю, стянул с лица маску.

– Вы думали, что я мертв? – зло проклокотал Франсуа.

Окинув взглядом француза в женском платье, зеленом плаще, и белом парике, с жесткими чертами лица и яростным взглядом, в котором отчетливо читалась угроза, Катя отметила, что в этом наряде Лавазье выглядел комично.

– Что Вам угодно?! – выпалила Катюша, пытаясь придать своему голосу безразличие.

Лавазье приблизился вплотную к девушке и достал из кармана пистолет. Катя ахнула и отшатнулась от него. Но он быстро схватил ее за локоток и, вновь притянув девушку к себе, прошипел:

– Отомстить! Я едва не умер тогда! Теперь Ваш черед и сегодня умрете Вы! Если Вы не будете моей, то не будете ничьей!

– Отпустите! – дико вскрикнула Катюша, и начала неистово биться в его руках, отталкивая его. Но это лишь распалило Лавазье и он, быстро спрятав пистолет в карман, нагло прижал девушку к себе.

– Но сначала Вы станете моей, – выпалил он в запале. Тут же с яростью притиснув девушку к себе, Лавазье начал задирать ее юбку, удерживая руки Катюши за спиной. Катя пыталась вырваться из его гнусных объятий, и все время отворачивалась от него, не давая возможности поцеловать ее. Между ними началась борьба. Чувствуя, что не в силах справиться с ним Катя начала кричать, надеясь, что кто-нибудь придет к ней на помощь. – Замолчи! – прошипел Лавазье и закрыл широкой ладонью рот девушке.

В следующий миг некая сила оторвала Франсуа от Катюши и отшвырнула француза в сторону. Неожиданно оказавшись свободна, Катя инстинктивно попятилась к беседке, которая была за ее спиной и испуганно прижалась к холодному камню, которым снаружи были облицованы стены открытого домика. Катюша ошарашено увидела как Иван Воронцов, облаченный в красный персидский костюм и сапоги, поднял Лавазье над землей, схватив его за грудки. Француз попытался достать пистолет, но Иван мгновенно выбил у него оружие и нанес Лавазье мощный удар по лицу. Затем стремительно ударив француза в живот, Воронцов отшвырнул Франсуа от себя, и отметил, как противник с силой ударился спиной о дерево, и обессилено сполз на траву. Иван быстро сделал три шага к Лавазье и наклонился над поверженным французом, который валялся на земле. Катюша, замерев, следила за этой жутковатой картиной, округлив от испуга глаза.

– Еще раз увижу тебя рядом с этой девушкой, отправишься прямиком на тот свет, – с угрозой процедил Воронцов, обращаясь к Лавазье, который уже пришел в себя и пытался приподняться на локтях. Французу, наконец, удалось сесть, облокотившись спиной о березу. С ненавистью и не пониманием смотря на высокого широкоплечего Воронцова, Франсуа прошипел на ломаном русском:

– Какое Вам дело до нее, граф?! Эта девушка моя!

Мгновенно угрожающе склонившись к Лавазье, Воронцов вновь схватил железной хваткой француза за темное платье на груди, приподняв его с земли, и свинцовым голосом прочеканил: