Чтение онлайн

— И что?

— А то, что у моей двойки чеченский след!

Сегодня этот аргумент неотразим, я вздохнул и выделил сыну на приобретение оружия деньги из семейного бюджета. На всякий случай. Сейчас надо проявлять бдительность: вдруг сын получит еще одну пару? Тогда эскалацию не остановишь.

Далее меня удивила жена. Она принесла прямо в постель модернизированный зенитно-ракетный комплекс «С-300» и сказала, что это базовая система нашей безопасности.

— Где ты ее взяла?

— Нинка по дешевке уступила.

Я знал эту Нинку. Она работала в военной академии официанткой в столовой, и у нее были хорошие связи с генералитетом, в том числе половые.

— Ты в своем уме? — спросил я, лежа теперь рядом со стволом.

— Когда начнутся бомбежки, ты меня еще вспомнишь!

Но по-настоящему нашей семье повезло, когда дедушка приволок с какой-то свалки небольшой танк устаревшей конструкции, но с явными признаками принадлежности к НАТО.

— Вот… какой-то чудак выбросил на помойку, а я прикатил… Пусть у нас на даче постоит. Мало ли что…

Внезапно мы вздрогнули — появилась информация, что у наших соседей по лестничной площадке лежит под диваном ракета средней дальности с ядерной боеголовкой.

Я тотчас созвал семейный военный совет.

— Есть возможность приобрести крылатый спутник-шпион типа «Лав мыш» (в переводе на русский «мышеловка») с телекодовой связью, системой слежения и подслушивания Мирового океана. — сказал дедушка. — Но денег на него нет.

— А твоя пенсия?

— Ее не хватит. Нужны дополнительные затраты.

— Я могу продать нашу квартиру, — сказала жена.

— Но где мы тогда будем жить?

Вопрос действительно стоял остро.

— Надо на кухне положить мешки с песком, — подала голос доселе молчавшая домработница Нюра. — Я боюсь газовой плиты — вдруг взорвется.

— Окапываться надо. Прежде всего окапываться, — вдруг сказал дедушка. — Мы под Ельней не окопались и из-за этого попали в немецкий котел.

Жена возразила:

— Мы живем на одиннадцатом этаже — тут окопаешься, потом из окопа не вылезешь. Вот если бы мы жили в подвале, как при Сталине…

— Хватит воспоминаний. Сегодня другая война. В обстановке реформ и рыночной экономики, — строго объяснил я. — Раньше мы боролись за мир во всем мирю, и все нас боялись. Теперь мы боимся всех и воюем сами с собой.

Тут вмешалась бабушка со своим столовым ножом:

— Я готова каждый день недоедать, есть отруби за завтраком, отказаться от обеда и ужина, лишь бы мы могли сами, без помощи нашего государства и армии — ей самой жрать нечего! — сбивать самолеты противника типа АВАКС на дальностях 200 тысяч километров.

— Зачем тебе эти дальности? — спросил я. — Соседи живут рядом.

— А вот только тогда я буду спокойна.

— Мама права, — сказала жена. — Нам надо обеспечить преимущество над потенциальным противником на земле, на воде и в воздухе. И чтобы сыночка наш в шестой класс перешел…

На том и порешили. Отдав все свое состояние и сбережения родителей, мы приобрели секретное оружие, позволяющее нам и себя защитить, и других попугать…

Правда, жизнь началась претяжелая. Голод обрушился на нашу семью. Иногда удавалось пожевать сухую корочку, но мысль о том, что мы самые сильные, самые непобедимые в мире, тешила сознание, доставляя всем нам истинное удовольствие.

Вдруг дедушка умер. Мы похоронили его со всеми воинскими почестями — без гроба, в сырую землю. Зато гремели торжественные холостые выстрелы из автомата Калашникова, с которым я теперь хожу в театр, на концерты и в другие места повышенной боевой опасности для жизни населения.

Придя домой с кладбища, я отдал все дедушкины награды нашему коту Фильке, но обнаружил, что он совершенно беззащитен перед любой собакой. Есть идея оснастить Фильку боекомплектом в хвостовой части, усилить зрение приборами ночного видения и ускорить технологическое развертывание лап при падении на асфальт с одиннадцатого этажа. При этом ни одна войсковая система ПВО в мире не будет способна засечь Фильку в его ночном полете.

Но этим планам не суждено было сбыться. Утром пришел милиционер и сказал:

— Ваш сын — террорист. Вчера он стрелял в учителя истории.

— А эта… как ее?.. Гюльнара Мухаметовна… все еще жива?..

— Жива! Жива! — радостно воскликнул милиционер. — Только она сейчас находится в заложницах у школьников младших классов. Они восьмую неделю держат ее в школьном подвале и кормят одними наркотиками.

— Откуда у наших детей наркотики? — удивился я.

— Ваш сын замечен также в наркоторговле, это он снабжает школьников химическим оружием…

Эта новость меня ужасно огорчила. Теперь придется разоружаться.

1999

Ранним утром случилось неожиданное неожиданное. Я по обыкновению открыл кран, чтобы умыться, а из него хлынула, судорожно фырча, какая-то темная жирная жидкость.

— Нефть! — крикнул я так, что жена проснулась.

— Тихо!.. Пусть льется! — сказала она, выскочив на кухню в халатике, и ловко подставила под струю чайник. — Никто не должен знать, что мы открыли этот источник.

— Почему?

— По закону недра Земли принадлежат владельцу территории, на которой они обнаружены. Квартира выкуплена в нашу собственность. Следовательно, юридически мы правы и ни с кем не будем делиться.

Уверенный тон жены на меня подействовал, но на всякий случай я спросил:

— А может, все-таки сообщить куда следует?.. В ГРЭП, в ДЭЗ там какой-нибудь… или в ФСБ, на худой конец.

— Ты сошел с ума. Они же все у нас украдут. Отведут трубу к соседям — и привет!.. Останемся на воде всю жизнь — ты этого хочешь?

Я этого не хотел, а потому спросил:

— И что теперь?

— Откроем фирму «Рашн скважина Интернешнл» и начнем качать! — Глаза жены засветились бесовским блеском. — Для начала я сделаю здесь евроремонт и поставлю в туалете караоке…

— Зачем?

— Я люблю петь, а другого места у меня на это не будет! — сказала жена и сменила чайник на пустое ведро. Оно зазвенело так, как будто в него потекли золотые капли. — Ты будешь тоже работать сутками.

— Что я должен буду делать?