Чтение онлайн

Несмотря на охлаждение отношений после подписанного ею брюссельского соглашения о модернизации украинской газотранспортной системы без участия России, она все же надеялась переломить ситуацию в свою пользу и получить поддержку Кремля на предстоящих выборах. Кстати, по мнению экспертов, БЮТ потерпел свое сокрушительное поражение на местных выборах в Тернополе не в последнюю очередь из-за того, что Тимошенко считали там «подругой Путина». Однако, имея даже такую репутацию, она оказалась неспособной на фронтальное и устойчивое сотрудничество с Россией и избрала политику временных тактических сделок, на которые шла лишь под давлением внешних обстоятельств.

Кроме того, стратегические вопросы выхода Украины из кризиса, подъема и развития экономики, вопросы организации деятельности отечественной газотранспортной системы были отложены до президентских выборов. Ю. Тимошенко, видимо, была почти уверена, что она еще к ним вернется, но решать будет на своих условиях.

События, однако, повернулись так, что, вопреки ожиданиям, после президентских выборов Ю. Тимошенко довольно скоро превратилась из «судьи» в «подсудимого», из «обвинителя» в «обвиняемого».

Завершая свое выступление на пленарном заседании Верховной Рады, посвященном отчету о деятельности правительства Ю. Тимошенко, с которого я начала эту главу, Н. Азаров подытожил:

«Когда-то (в 2006 году) мы принимали дела с Виктором Федоровичем от предыдущего правительства, и премьер сказал на первом заседании: «Твердо-давайте договоримся, что не будем говорить о грехах наших предшественников. Забыли и пошли вперед».

Но сейчас ситуация такова (особенно зная личностные характеристики того, кто уходит), что придется провести очень серьезный аудит, особенно состояния дел в финансовой сфере. Мы по конкурсу пригласим грамот)1Ых, хороших специалистов и в течение 5-6 месяцев получим полный анализ всех решений, которые были приняты, направления расходования средств и так далее. Потом доложим здесь, доложим украинскому народу и будем решать, что делать с этими выводами. Это нужно только для того, чтобы никому впредь не было повадно так поступать. Вот только ради этого» [239] .

Впервые за многие годы свою ответную речь красноречивая Ю. Тимошенко уложила в несколько минут. Впервые за долгое время она нс наступала, а оборонялась, не обвиняла, а оправдывалась. Однако все, что она говорила, выглядело лишь повтором, неким автоплагиатом. Мифологическая риторика, которая вдохновляла ее сторонников и привлекала симпатии избирателей, в тот момент выглядела неуместной. В её выступлении прозвучали все те же, много раз повторявшиеся пассажи о «моменте истины, который очень нужен стране». И о том, что «серого нет, есть черное и белое, есть борьба за Украину, за её независимость, за укрепление её суверенитета, за укрепление всех её функций, за счастье и благополучие народа».

Белое, как следовало понимать, — это Ю. Тимошенко и БЮТ, те самые «Я» и «Мы». («Я» защищала страну, «дала результаты», «были выплачены все задолженности», «ликвидирован бартер», а «Мы» «сберегли социальные стандарты», «укрепили энергетическую независимость страны», «сберегли и укрепили независимость нашей державы», «сберегли и укрепили её работу и её служение людям», «сберегли и приумножили всё, что является нашей национальной самоидентичностью, все что является сущностью жизни и работы нашего государства».)

Черное, понятно, — это В. Янукович и Партия регионов. («С другой стороны, есть антиукраинская политика, которая сопровождается огромной мегакоррупцией. Главные угрозы исходят от Януковича. Это угроза ослабления независимости государства, угроза утраты территориальной целостности, угроза демократии, свободе слова и стратегической собственности государства» [240] .)

Итогом парламентских слушаний стала отставка правительства, которую поддержали 234 депутата, в том числе все коммунисты, 19 человек из фракции В. Литвина, 15 членов фракции НУНС, 3 внефракционных депутата и даже 7 членов БЮТ. 3 марта 2010 года правительство Ю. Тимошенко прекратило свое существование.

Считается, что миф — это необходимый элемент в политической борьбе за легимитимизацию и удержание власти. Любая политическая сила, претендующая на сколько-нибудь значительное влияние в обществе и рассчитывающая на долгую политическую жизнь, уделяет большое внимание мифологической стороне своего имиджа. Мифологический ресурс при его. эффективном использовании может оказаться немаловажным подспорьем к общему инструментарию политического доминирования. Политическая группа, возглавляемая Юлией Тимошенко, и в этом смысле не является исключением. Напротив, эта группа, возможно, как никакая другая на Украине, нуждается в собственной, постоянно возобновляемой и обновляемой политической мифологии.

Учитывая это обстоятельство, необходимо определить, что же именно служит критерием мифологизации и что можно считать собственно фактом мифологизирования. Удается ли во всей совокупности письменных и устных текстов, посвященных Юлии Тимошенко, отделить миф от немифа? И нет ли искушения перевести в категорию мифологического все то, что так или иначе характеризует данную политическую силу и её руководство?

Становление политических систем в новых независимых государствах вызвало бурный рост политических партий в так называемых переходных обществах. Этот процесс, в свою очередь, потребовал систематизированных знаний о создании и внедрении в массовое сознание инструментальных мифов, легитимизирующих и освящающих появление новых субъектов политики. Соответствующий спрос подстегнул и рынок предложений. В настоящее время теория и эмпирические экспликации мифа как политического (а также политтехнологического) феномена изложены в многочисленных научных работах, в учебных и практических пособиях [241] .

Все это, тем нс менее, не делает простой и легкой задачу поиска и анализа мифологического начала в политической деятельности и риторике конкретного лидера и его политической силы. При обилии специальной литературы (а может быть, именно благодаря ей) в современной политологии отсутствует общее устойчивое определение понятия «политический миф». Понятийно-терминологический аппарат размыт и песет в себе множество неточных интерпретаций. Кроме того, ситуация концептуального плюрализма часто приводит к эклектизму, т.с. произвольному, несистемному соединению различных теорий, что также затрудняет выявление «мифологического в политическом». Не ставя перед собой задачи внести общий научный порядок в способы исследования, я лишь попытаюсь из множества трактовок выбрать то, что мне представляется наиболее подходящим и соответствующим моим взглядам.

Определение мифа. Из многочисленных определений политического мифа остановимся лишь на некоторых, наиболее отвечающих задачам данной работы. С. Кара-Мурза определяет миф как обобщенные представления о действительности, сочетающие некоторые нравственные и эстетические установки и соединяющие реальность с мистикой. Мифологическое представление в существенной степени иллюзорно, но в силу своей этической и художественной привлекательности способно оказывать значительное воздействие на массовое сознание. В современном обществе политический миф сохраняет свое значение как одна из форм социального сознания. Особенно важно то, что в массовой культуре и политике он по-прежнему занимает важное место и остается эффективным инструментом манипуляции сознанием [242] . Существенно также замечание П. Гуревича о том, что в новейших истолкованиях под мифом подразумевается некритически воспринятое воззрение [243] .

Согласно Т. Жиро, сила политического мифа заключена в его простоте. Он удовлетворяет глубинные потребности человеческого мышления и воображения. Миф предлагает определенные символы, ценности и образцы, он конкретизируется в узнаваемых образах, носит «драматический характер», привязан к определенному пространству и времени. Политические мифы, включенные в идеологию, наполнены символическим смыслом, организуют и поддерживают определенный политический порядок [244] .