Чтение онлайн

— Магистр не присылает советников в ночь, — отрезал Рейнар.

Леван Сейр улыбнулся чуть шире, как человек, который привык, что ему не верят, и ему это только удобнее.

— Магистр занят. Узел активировался. Пропал человек. Вы в курсе. — Он взглянул на Элину, будто впервые увидел. — А это, должно быть, хозяйка.

Элина Ротт. Или как вас там сейчас называют.

Элина удержала лицо. Не дала себе дрогнуть.

— Я хозяйка, — сказала она ровно.

— Тем лучше, — мягко сказал Леван. — Тогда разговор будет коротким.

Вы создаёте слишком много шума. Слишком много скандалов. И слишком много поводов для канцелярии тратить ресурсы.

Это плохо для тракта. И плохо для торговли.

Рейнар сделал шаг вперёд, перекрывая собой порог.

— Говорите конкретно.

Леван кивнул, будто только этого и ждал.

— Конкретно: вам предлагают выход.

Долги будут закрыты. Штрафы — списаны. Канцелярия перестанет вас трогать.

Вы уезжаете сегодня же. До рассвета. Без вещей, которые могут быть «уликами».

А таверна переходит под управление людей, которые умеют держать такие места… без скандалов.

Элина почувствовала, как в груди поднимается горячая ярость.

— То есть вы хотите купить меня и моё молчание, — сказала она.

— Я хочу купить вашу жизнь, — спокойно ответил Леван. — Потому что она сейчас стоит дешевле, чем вам кажется.

— И, — он посмотрел на Рейнара так, будто у них была своя, отдельная сделка, — я хочу избавить капитана Карда от… неприятных воспоминаний.

Тракт любит порядок. А Кардовский род всегда отвечал за порядок.

Элина почувствовала, как Рейнар рядом напрягся так, что воздух стал плотнее. Слово «род» снова прозвучало как цепь.

— Уходите, — сказал Рейнар тихо.

Леван не сдвинулся.

— Капитан, — произнёс он мягко, почти сочувственно, — вы же понимаете.

Если хозяйка останется, магистр будет вынужден применить жёсткую печать.

А жёсткая печать… — он сделал паузу, — цепляется за тех, кто уже связан.

И вы будете отвечать не только карьерой.

Элина услышала в этом не угрозу «уволю». Она услышала угрозу «сломаю».

Рейнар посмотрел на Элину — быстро, коротко. А потом сделал выбор.

— Эта женщина находится под моей ответственностью, — сказал он громко, так, чтобы слышали охранники и дозорные во дворе. — И если кто-то попробует вывезти её силой — я расценю это как нападение на дозор.

Леван слегка приподнял брови.

— Вы хотите поставить службу под удар ради… хозяйки проклятого узла?

— Я хочу, чтобы тракт перестал жрать людей, — отрезал Рейнар. — И чтобы чужие советники не распоряжались моими решениями.

— Уходите.

Леван на секунду задержал взгляд на лице Рейнара, будто отмечал: «запомнил». Потом улыбнулся — уже без тепла.

— Хорошо.

Тогда я скажу иначе, хозяйка. — Он перевёл взгляд на Элину. — Уезжайте — и останетесь живы.

Останетесь — и однажды проснётесь с копотью на горле.

И никто не будет спорить, виноваты вы или нет. Потому что мёртвые не спорят.

Элина сжала кулаки.

— Это вы сделали? — спросила она тихо. — Вы… заказчик?

Леван улыбнулся так, будто она сказала смешное.

— Я всего лишь тот, кто умеет считать монеты и риски, — ответил он. — А риски сейчас… на вас.

Он сделал шаг назад, к карете.

— До полудня, — бросил он через плечо. — Решайте.

И, капитан… — он чуть повернул голову, — камень помнит имена. Не заставляйте его помнить ваше.

Карета тронулась. Огни удалились по тракту, оставляя после себя запах дорогого масла и холодное ощущение, будто к ним только что прикоснулись грязной перчаткой.

Рейнар стоял на пороге ещё секунду, пока колёса не стихли. Потом резко захлопнул дверь.

Дом внутри тихо скрипнул — как будто удовлетворённо: угрозы, шантаж, несказанное — всё это было густой, сладкой пищей.

Элина повернулась к Рейнару.

— Это не просто «советник», — сказала она. — Он знает про твой род. И он знает, как давить.

Рейnar молчал. Затем произнёс, очень тихо:

— Он слишком уверен, что магистр сделает то, что ему выгодно.

— Значит, магистра ведут, — сказала Элина.

Рейnar посмотрел на неё резко.

— Или магистр — часть игры.

Элина стиснула зубы. Это было страшнее, чем дом. Потому что дом — хотя бы честно злой. А люди умеют улыбаться.

— Нам нужно доказательство, — сказала Элина. — Не слова. Не оттиск.

Доказательство того, кто привязал узел и зачем.

Рейnar коротко кивнул.

— И этого человека тоже, — глухо сказал он. — Пропавшего.

Элина посмотрела на печь.

— Дом взял его не просто так. Он взял, чтобы мы пришли. Чтобы вытащить… это. — Она кивнула в сторону очага. — Он голоден, но теперь ещё и умнее. Он нашёл новый крючок.

Рейnar провёл рукой по лицу, будто усталость стала физической.

— Ты слышала, что он сказал? «Кардовский род всегда отвечал». — Он хрипло усмехнулся без веселья. — Я отвечаю за тракт. Это моя работа.

Но я не подписывался быть частью проклятия.

Элина шагнула ближе, не касаясь, но так, чтобы он почувствовал её рядом.

— Никто не подписывается. Подписывают за тебя. — Она кивнула на печь. — Вот как.

Рейnar посмотрел на неё, и в его взгляде было то самое напряжение, в котором живут два желания: оттолкнуть и удержать.

— Ты понимаешь, что я сейчас выбрал тебя вместо карьеры? — спросил он тихо.

Элина выдохнула.

— Ты выбрал людей вместо удобства, — сказала она. — И меня — как часть этих людей.

Рейnar хотел что-то сказать — и не сказал. Только коротко кивнул, будто принял такую формулировку как компромисс.

— Тогда работаем, — сказал он.

Они не спали.

До рассвета оставалось мало, а у Элины в голове уже складывалась схема, как складывается рецепт, когда видишь и симптомы, и причину, и возможное лекарство.