Чтение онлайн

– Можно? – на всякий случай спросила разрешения Саросса.

– Конечно, проходи, - указал подле себя Хари-Хан. Повернулся к ночной гостье, опершись о парапет спиной. – Что тебя привело ко мне в столь поздний час?

Саросса тихо подошла ближе, остановилась в шаге от хозяина острова, кинула взгляд вниз с балкона. Вид отсюда открывался поистине великолепный. Где-то далеко внизу огоньки портового городка, чуть ближе еще один городок, если так можно назвать это селение. А у горизонта за островом темнеет черное море. И никакого намека на туман, что защищал и дарил уединение этому месту.

– Сегодня вы сказали, что хотите лучше понять меня, узнать обо мне побольше, - произнесла Саросса осторожно.

На человека рядом она не смотрела, предпочитая наблюдать за движением факелов внизу. В порту вовсю готовились к празднику. Там сейчас царило настоящее веселье, которое завтра грозилось обратиться в настоящий пожар.

– Хочу, - согласился Хари-Хан. Повода для отрицания очевидных вещей он не видел.

– Вы так и не сказали, зачем вам это.

– Зачем? – переспросил Хари-Хан, пожал плечами. Он тоже повернулся к черной бездне, оперся локтями о парапет. – Ты необычна. Недосягаема. Ты напоминаешь мне звезду, Саросса. Такую же прекрасную, такую же далекую. Твой свет умеет дарить покой и наслаждение, только дотянуться не получается. Ты не похожа ни на кого из тех, кого я знаю или знал когда-то. И дело не во внешности, которой ты по каким-то причинам стесняешься. Да, она не совсем привычная. Но вспомни рассказы и легенды моряков о русалках. О них и любви к ним слагают целые поэмы, пишут стихи, воспевают не только моряки. А дриады и нимфы? Любой мужчина мечтает и грезит о них. А ты. Ты не такая, как все, и ты здесь, рядом. Тебя можно коснуться, услышать твой голос.

– Я такой же человек, как и все, - откликнулась Саросса, не зная, что и сказать после столь добрых, ласковых и нежных слов. – Была. Когда-то.

– Ты уникальна, Саросса, - прикосновение пальцев к щеке заставило вздрогнуть. Саросса повернула голову в сторону мужчины. К темноте разноцветных глаз в ночи она уже успела привыкнуть. Теперь это было не страшно. Смотреть в светлые глаза, окруженные мраком. – Никогда не забывай этого. Ты такая, какая есть. Других таких нет. Если внешность бывает схожей, то, что живет внутри тебя и зовется душой, никогда уже не повторится.

Теплые слова завораживали. Саросса ощущала себя не в своей тарелке, чувствуя, как непрошенные мурашки бегают по телу. Почему-то щипало в глазах. С ней никогда не говорили так, не были никогда столь откровенны. Она совсем не чувствовала фальши. Этот странный человек говорил именно то, что думал, чем заставлял окончательно путаться в происходящем. Она до сих пор не понимала, зачем ему нужно все это. Получить ее? Так она и так принадлежит ему, ошейник лишнее тому доказательство. Однако, похоже, его интересует что-то иное.

– Ты спросила, зачем я хочу узнать тебя? – напомнил тем временем Хари-Хан, взгляда от девушки не отводил. – В этом нет никакой тайны. Я всего лишь хочу понять тебя, понять причину грусти в твоих глазах. Причину, по которой ты воздвигаешь барьеры меж собой и всем, что тебя окружает. Оглянись! Мир огромен, он прекрасен. В нем много тех, кого будет радовать одна лишь твоя улыбка и огорчать слезы в твоих прекрасных глазах. Не плачь, глупенькая, ты чего?

Хари-Хан только сейчас заметил, как по щеке звездного создания скатилась одинокая светлая слезинка. Отвернуть голову девушке не дали, мокрую дорожку стерли пальцем.

– Простите, хозяин, - тихо шмыгнули носом. Саросса вдруг нашла в себе силы улыбнуться. Сама не знала, как и почему. Но отчего-то это было так просто сделать. Она подняла взгляд к его лицу. – Мне никогда не говорили таких слов. Добрых, ласковых. С того момента, как я встала на свой путь и стала такой, как вы видите, отовсюду звучали лишь оскорбления и угрозы. Меня обвиняли в колдовстве, пособничестве дьяволу и пытались сжечь. Любители экзотики охотились в угоду своим прихотям. Меня все считают тварью или чудовищем за мой внешний вид. Большинство из тех, кто сейчас стал моими друзьями, в свое время так считали. Даже тот, кто… - Саросса запнулась, когда заметила тень, скользнувшую по глазам стоящего напротив мужчины от этих слов. – Не важно. Так было всегда, я думала, что привыкла. Но, как оказалось, ничего не привыкла. Все осталось. И в какой-то момент мое терпение лопнуло, мне надоело это положение вещей. Впервые за все время своего существования я захотела причинить вред и боль тем, кто своими словами причинял ее мне. И тогда поняла, что единственный мой друг и наставник, тот, кто подарил мне новую жизнь после того, как в свое время она стала мне не нужна, пропал куда-то.

– Так твоя грусть из-за него?

Девушка кивнула, опустив взгляд.

– Он единственный всегда молчаливо поддерживал меня. Ему было все равно, как я выгляжу. Было достаточно уже того, что я есть. Такая, какая есть. Это глупо, но вы – первый человек, который отнесся ко мне так же, как он. Приняли с теплом и никогда не отвечали грубостью на мои промашки. Вы даже не ругались, когда я вас ударила. Вы не воспользовались тем, что на мне ваш ошейник, - Саросса сделала паузу, собираясь с мыслями и чувствами. Кажется, она стала понимать, что ее привело сюда этой ночью. И что именно пугало в этом человеке с самого начала их знакомства. Только сейчас это, скорее, согревало, чем отталкивало. – Знаете, если бы он был человеком, он был бы таким, как вы.

– Вот как? – с улыбкой отозвался Хари-Хан. Он не стал спрашивать, кем же был наставник и добрый друг этой крохи, если он не был человеком. Сейчас это не имело ровным счетом никакого значения. – Буду счастлив счесть твои слова за комплимент.

Саросса сделала шаг в сторону мужчины, оказалась в теплых объятиях. Ее не боялись. Наверное, это было именно тем, что ей сейчас было нужно. Почувствовать себя самой обычной, а не мирским чудовищем. Поэтому она и не смогла усидеть в своей комнате, потому и не смогла уснуть. После того чувства, которое в ней разбудил Хари-Хан днем по неосторожности или умышленно, когда дал ощутить такие простые отношения к окружающим, где они так веселились на приготовлении к предстоящему празднику, она не хотела вновь запираться в темной комнате в одиночестве.

– Я могу провести эту ночь с вами? – тихо попросила она.

Мягкая рубашка легко касалась щеки, от нее пахло чем-то приятным. Определить, чем именно, Саросса не взялась бы. Запах моря, запах костра, запах ягодного вина.

– Тебе не нужно просить об этом, - так же негромко откликнулся Хари-Хан, удерживая настоящее чудо в своих руках. И последний дурак или дураки те, кто не понимают, кто был рядом с ними все это время. Теперь же он не позволит ее обидеть, пусть только попробуют. – Любой ценитель прекрасного пола сам захочет тебя. И будет счастлив, едва увидит тебя на пороге своей комнаты. Не скажу, что я такой уж добропорядочный. Так что тебе стоит подумать, прежде чем соглашаться.

– Вы не белый и не пушистый, - внезапно рассмеялась Саросса. Ей было легко с этим человеком. Легко и хорошо. Не так, как с тем, другим. Чувства не те, но все равно хорошо. Пусть будет только этой ночью, но она хотела быть сейчас здесь. Это именно то, чего ей всегда недоставало. – Я знаю. И не буду завтра устраивать скандалов, обещаю.

– Мне будет достаточно слов, что ты не будешь бить меня тяжелым по голове, - ответил улыбкой на улыбку Хари-Хан. Он склонился к губам девушки, ощутил их вкус на своих. – А скандалы я как-нибудь переживу.

– Я постараюсь, - пробормотали ему в ответ.

Когда утром Саросса открыла глаза, в них светили первые лучи солнца, которые отражались от полированного бока вазы, что стояла на парапете балкона в углу. Красивое произведение искусства осталось незамеченным сегодня ночью. Вторая такая же ваза приютилась недалеко от кушетки, в которой лежала девушка. Сароссе удалось рассмотреть красивых нимф и деревья, что были изображены на ней. Действительно, очень красиво.