Чтение онлайн

Каждому человеку даётся лишь один шанс на земле, чтобы прожить свою жизнь так, как он сам пожелает.

Любовь — то самое чувство, которое преследует человека на протяжении всей его жизни. В детстве маленький ребёнок получает любовь со стороны родителей и родственников, и немного погодя сам понимает, что такое любовь, к кому он её чувствует и как её выражать.

Позже любовь ощущается к людям, которые имеют схожие интересы и мировоззрения. Потом человек ощущает настоящие любовные чувства к личности, которая им симпатизирует в особенном смысле, а после может и сам получить любовь от неё.

Любовь - это когда отдаёшь человеку себя без остатка. Любовь - это когда делаешь человека счастливым. Любовь дарит непередаваемые и безумные ощущения нечеловеческого счастья. Влюблённость — это короткая страсть. Любовь - это чувство страсти, уходящее в бесконечность. Любовь - это сострадание и переживание за человека Любовь - это глубокие чувства и ощущение человека, как близкого и родного по духу. Любовь - это когда чувствуешь человека как самого себя. Любовь – это потеря реальности мира. Когда встречаешь любовь, забываешь о том, что существует реальный мир и теряется вся связь с реальностью Любовь – это свобода. Свобода быть самим собой, рядом с тем, кто принимает тебя таким, какой ты есть. Когда приходит любовь человек обретает смысл своей жизни. Любовь - это страстные и счастливые мгновения ощущения близости человека…

Прикрывая себя масками поведения свою истинную сущность, мы не даём возможности развивать искренние отношения и не позволяем им открыться в полную силу. Со временем мы перестаём чувствовать друг друга и закрываем себя в себе, лишая себя возможности ощутить глубину любви. Сбрасывая с себя маски, мы открываем свою душу истинному восприятию родного и близкого человека. Открывая себя, мы позволяем любовной энергии литься не только через твоё тело, но и через тело любимого человека. Слияние двух открытых и невинной чистоты душ, пробуждает блаженную страсть любовного чувства.

Всю свою жизнь отказывался верить в любовь, чёрствое сердце не пропускало глубокое, нежное и такое сильное чувство, но встретив Наташку, осознал, что даже моя бесчувственная, огрубевшая сердечная мышца способна трепетать.

Рядом со своей любимой девочкой воспарил над землёй. И вот проклятье, потеряв её, лишился крыльев и сорвался в пропасть. Летел и летел, ожидая ужасного конца. Ещё немного и разобьюсь.

Мокрые листья то и дело срываются с веток и, кружа в осеннем вальсе, опускаются на безжизненный мраморный камень. Природа понимает, что это только начало, скоро придут холода и вьюги, которые заморозят, уничтожат яркие краски.

Быстрым движением открываю бутылку водки и залпом выпиваю горькую отраву. Огненная вода проникает в горло, не даря тепло, а лишь заглушая неистовую боль.

– Полный пи….ц,– слышу суровый голос Соколовского, который словно гром раздаётся за моей спиной.

Послышалось шуршание листвы, мужчина быстро подошёл ко мне и взяв меня за руку, помог подняться с колен.

Без единой эмоции смотрю в лицо друга, которое искажённо в злобной гримасе.

– Рома, давай без нравоучений, – с горькой усмешкой на лице, проговорил я.– Ты же знаешь, какой сегодня день, – поднимаю бутылку, но отпить мне не удаётся, Соколовский вырывает её из моих рук и со злостью отбрасывает в сторону.

Ромка яростно хватает меня за воротник куртки и сильно начинает трясти, при этом громко чеканя каждое слово, – да, приди ты в себя. Подумай, неужели бы Наташа, одобрила такое поведение. Б…ь, Лёха, ты чего добиваешься? Хочешь сдохнуть? У тебя же скоро печень откажет. Разве можно столько водки «жрать»?

Используя обе руки, произвожу нижний удар, с ловкостью выбиваю руки Романа и шатающейся походкой, тяжело дыша, отхожу от друга.

– Рома, твою мать, не делай так, – спокойно произношу я.– Не хочу причинять тебе вред, но…,– перевожу взгляд на памятник, на котором выгранена фотография Наташи.

Милая, яркая и улыбающаяся девочка с безжизненным взором смотрит на меня.

– «Дорогой и любимой дочери», – цитирую надпись на надгробие. – Уникальная, особенная надпись, правда. Вот и венок от близких друзей, – указываю рукой на недавно доставленный ритуальный атрибут. – Только от меня ничего нет, я был для неё никто, нелюбимый муж, недорогой жених, никто Рома, никто…

Озлобленно и обречённо поморщился. Принуждал. Подавлял. Жестоко и бессердечно ломал свою девочку. Проклятие! Сколько раз она просила меня отпустит её, даровать долгожданную свободу, но я был глух к мольбам любимой. Если бы я только знал…

Тогда верил, что если отпущу Наташу, то в тот же день умру! Эгоист. Чёртов эгоист.

Роман разводит руки и слегка приподнимая, а затем опуская плечи, произносит, – брат, но по факту, ты действительно чужой человек для этой девушки. Наташа не твоя жена. Не твоя девушка.

Повисла гробовая тишина, это атмосфера, должна погружать в светлые воспоминания о дорогом человеке. Но в моём сердце нет места для света, это пространство окружено печалью и грустью, мучащей меня скорбью. Подавлен отчаяньем, не могу принять смерть, признать это великое таинство природы. Обижен на несовершенство мироздания, озлоблен на весь мир, за то, что многие кто достойны смерти живут, а те, кто достойны жизни, мертвы.

– Выслушай меня, – робко произносит Роман и, опустив голову, носком обуви откидывает опавшие листья. – Понимаешь, мы тут случайно разговорились с Настей и она мне сообщила, что…,– замолкает и внимательно смотрит на изображение Наташи, как будто бы спрашивая разрешения.

– Рома, ты что сломался, давай переходи к заводским настройкам, – иронично заявляю я.– Или ты решил, громко помолчать.

Роман переводит взгляд, в котором читается неприкрытое сожаление, с виноватым подтекстом.

– Брат, там такое дело, – простонал Роман и беглым взглядом осмотрел кладбищенскую природу. – Ладно, смотри, патологоанатом выдал справку, согласно которой в крови Наташи был обнаружен алкоголь.

– Обнаружен, – грубо отвечаю я.– И что, она беспечно выпила вина и в результате оказалась в этой могиле, – указал пальцем на холодную землю.

Разъярённо сверкнул глазами. В моменты вспышки обессиленной, убийственной, неконтролируемой ярости, обвинял Наташку. Именно её винил, считая, что она собственными руками себя погубила. А вместе с ней погиб, и я…

– Беременная женщина решила напиться, а потом покататься с ветерком, – быстро, словно скороговорку, проговорил Роман. – Что-то не вяжется. А ты как считаешь?

Сильное эмоциональное душевное волнение накатывает на меня, накрывая волной. Лишаюсь возможности понимать значение своих действий, руководить ими.

За пару шагов преодолеваю расстояние между мной и Романом, не контролируя свои порывы, хватаю за плечи Соколовского и яростно начинаю требовать, – говори, дальше. Объясни, что значит, она была, беременна? Почему ты молчал?