Чтение онлайн

Сидя в своем кресле и закурив свою любимую марку сигарет, Остапов анализировал варианты, чье появление было сопряжено именно с последними событиями. Он ругал себя за недосмотр, хотя и понимал невозможность учесть и предвидеть все до последней мелочи. В конце концов, он разведчик и должен был оперировать фактами, а не домыслами. Это в пустом теоретизировании можно выстраивать любые схемы и затем неистово в них верить. В разведке же предположение способно в конечном итоге лечь в основу принятия важного государственного решения и в ней нет места пустым фантазиям. Узколобым фантазерам никогда не приходилось принимать ответственные решения, поэтому они столь вольно обходились с информацией, не перепроверяя ее и с легкостью отказываясь от своих предыдущих мнений, как только находили что-то более занимательное. В реальной работе такая легкомысленность и наивность недопустимы. Однако какими бы ни были весомыми аргументы в свою защиту, Остапов не снимал с себя ответственности. Генерал еще раз прокрутил в голове ход своих рассуждений, связанных с анализом событий вокруг поднимающегося ветра войны на Ближнем Востоке. Особое место в нем занимал наиболее крупный космический проект Пентагона и части разведывательного сообщества США, связанный с запуском спутников военно-разведывательного назначения в преддверии военной кампании против Ирана, о чем в ГРУ были отлично осведомлены. Но, как чаще всего бывает, в таких играх не хватало самого главного - знания времени и конкретного способа удара. В остальном же ГРУ фиксировало огромное количество информации, так или иначе связанной с текущими приготовлениями к войне. К ним относился и запуск целой плеяды спутников связи, без которых не могла обойтись ни одна современная армия и, разумеется, конфликт. Замена старой группировки спутников давно входила в планы военного командования США, но выбить из Конгресса денег на эту весьма дорогостоящую процедуру как всегда оказалось делом небыстрым и тернистым. Только с принятием политического решения о готовности вступить в войну и фактически возглавить антииранскую коалицию военным удалось добиться выделения четырех с половиной миллиардов долларов на весь проект. Правда впоследствии смета увеличилась почти в два раза, но деваться было не куда и, скрипя зубами, в Сенате после третьего чтения приняли большинством голосов законопроект о выделении дополнительных средств на него. Была ли во всем этом связь с событиями в Зоне и конкретно с обнаружением пси-источника, Остапов точно не знал. Ему был нужен дополнительный источник сведений для придания позиции Управления весомости, как в глазах министра обороны, так и на заседании Совбеза в Кремле. Возможно, подумал генерал, сидя вечером в своем кабинете, схожим образом рассуждали Клюев с Селезневым, но проверить свои предположения они не могли.

Зато у него был такой способ.

Поэтому полчаса назад он набрал запрос, закодировав его своим личным шифром. Полученный набор цифр был передан в соответствующее управление в здании штаб-квартиры ГРУ, с которого через систему спутниковой связи ответственный офицер отослал сжатым импульсом сообщение на спутник, ретранслированное за тысячи километров. Офицер не имел представления ни о содержании сообщения, но о том, чьим шифром оно было закодировано. Ему были известны только крайняя срочность и конечный пункт сообщения. Кто на другом конце планеты его прочитает, офицер также не знал.

Глядя на выпущенную струю дыма, генерал услышал вибро-звонок своего телефона - звонила его жена. Остапов бросил взгляд на часы и тут же упрекнул себя: у них была годовщина - тридцать лет вместе, а он из-за постоянной занятости об этом напрочь забыл. Он поднял трубку, но вместо криков и упреков неожиданно услышал: "Дорогой, как ты там?". Какой же все-таки она у него была большой умницей, подумал Остапов и извинился за свою забывчивость. Жена разведчика все понимала и не стала закатывать истерику и просто сказала о том, как она его любит. Спасибо, дорогая, я тебя тоже. Мы обязательно отпразднуем, вот только разберусь с делами... Кстати, сын звонил, обещал приехать... Да, это здорово. Спасибо тебе... Целую.

Выключив телефон, он сделал вызов по защищенному каналу, на другом конце которого трубку поднял министр обороны. Они проговорили несколько минут, договорившись встретиться перед завтрашним совещанием Совбеза и обсудить некоторые детали, которые нельзя было доверить даже высокозащищенным линиям связи. После разговора начальник ГРУ еще раз посмотрел на часы с надеждой, что ответ на запрос поступит до его встречи с министром. В противном случае шансы убедить высшее руководство в необходимости проведения операции в Зоне существенно снижались.

***

Почти в восьми тысячах километрах адресат после расшифровки прочитал следующее:

ВНЕ ОЧЕРЕДИ

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

РЕЗИДЕНТУ В ВАШИНГТОНЕ

Ш И Ф Р О Г Р А М М А

ПРИКАЗЫВАЮ ЗАДЕЙСТВОВАТЬ ВСЕ ИМЕЮЩИЕСЯ В ВАШЕМ РАСПОРЯЖЕНИИ ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ УТОЧНЕННЫХ СВЕДЕНИЙ О ПРОЕКТЕ "АБЕЛЬ". ОБРАТИТЬ ОСОБОЕ ВНИМАНИЕ НА ЛЮБЫЕ ВНЕСЕННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ. СРОЧНОСТЬ ИСПОЛНЕНИЯ - КРИТИЧЕСКАЯ. ПРИ ПОЛУЧЕНИИ УКАЗАННЫХ СВЕДЕНИЙ ИНФОРМИРОВАТЬ ЦЕНТР НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО.

ПОДПИСЬ: ОСТАПОВ

Приказ начальника ГРУ не сказать, что застал резидента врасплох, но был достаточно неожиданным. Особенно его срочность. Перечитав еще раз шифрограмму, резидент из здания российского посольства отправил другое сообщение в город на Тихоокеанском побережье. Его принял офицер ГРУ, залегендированный как сотрудник военного атташата при российском посольстве в США, который выехал из арендованного российской дипломатической миссией двухэтажного дома на окраине Саннивейла - одного из крупнейших городов Силиконовой долины - и направился в ближайший супермаркет якобы закупить продукты питания. Зная о возможной слежке, он быстро завернул на своем "Форде" в переулок и целый час потратил на ее выявление. Не заметив никаких признаков чего-либо подобного, "сотрудник военного атташата" отправился на Запад-Ивлин-авеню, залитую из-за сильного утреннего дождя. Остановившись на красный свет, он использовал одноразовый телефон с сим-картой, с которого было отправлено сообщение вполне безобидного содержания на телефон другого человека, собиравшегося тем временем на обед в здании компании "Локхид Мартин Спейс Системз". Не подозревая о том, какое конкретно сообщение пришло на телефон, сорокалетний лысеющий ведущий специалист с некоторым раздражением достал телефон из кармана своих брюк, поскольку он проспал из-за позднего матча местной бейсбольной команды, и чтобы успеть на работу, где очень жестко относились к опозданиям, ему пришлось пожертвовать завтраком. Мужчина открыл раздел сообщений на смартфоне и обомлел.

"Мистер О'Брайан, в ам пришла посылка"

В ту же секунду чувство голода куда-то исчезло, пульс участился, а глаза лихорадочно забегали. Он взглянул на часы и, не теряя времени, спешным шагом направился к основному выходу из главного корпуса, поприветствовав рукой знакомого охранника. Через три минуты О'Брайан уже выезжал из многоэтажного паркинга, где за ним было забронировано место как высокопоставленному сотруднику одного из четырех основных подразделений военно-промышленного гиганта "Локхид Мартин", а еще двадцать минут спустя он остановился напротив небольшого магазинчика, где купил сигареты (хотя половина предыдущей пачки у него оставалась в бардачке). Стоявший рядом с ним мужчина в плаще тут же покинул магазин, предварительно расплатившись наличными. О'Брайан понял, что прием сообщения произошел и спешно юркнул через дверь, оставив сдачу продавцу. К своей машине ему пришлось пробежаться из-за вновь начатого ливня и только внутри нее удалось прочитать сообщение.

– Твою же мать!
– минутой позже сдавленно прошипел он и хлопнул рукой по рулю автомобиля, прочитав несколько строк на своем смартфоне. Ему не нравилась такая срочность. Срочность - всегда риск, и это было им усвоено давно и как следует. Но в этот раз спешность объяснялась чем-то экстраординарным. Теперь его просят снова воспользоваться своим допуском, как уже было парой месяцев ранее и при одной мысли об этом ему стало дурно. В какой-то момент возникла дерзкая мысль послать все к черту и отказаться. Да как так можно?!
– вскипятился О'Брайан. Одна ошибка и - бац!
– его поймает служба безопасности. Что тогда? Эти русские вытащат его из лап ФБР? Вот же скотство! Унять себя удалось не сразу и О'Брайан с силой зажмурился.

" Спокойно, Дэвид, спокойно. Ты уже делал такое, значит, и еще раз сможешь "

Открыв глаза, он удалил сообщение и понадобилось дополнительно пять минут на приведение своих нервов в порядок и еще четверть часа, чтобы добраться до места его работы - к счастью пробок практически не было. Взяв из своего бардачка другие очки - идентичные с виду тем, которые обычно носил О'Брайан из-за своей дальнозоркости, - он вышел из машины и пошел в сторону главного входа. Прохождение через турникет не вызвало никаких проблем и О'Брайан направился прямиком к специальному залу, перед которым располагался пункт контроля и безопасности. Представив карту-удостоверение, он сдал секьюрити телефон, при этом выдавив из себя максимально естественную улыбку и почувствовал, как взмокла его спина, а полосатый галстук показался тугой удавкой. Знакомый чернокожий сотрудник отдела внутренней безопасности профессионально-недоверчиво глянул в сторону знакомого посетителя, которому его собственная улыбка в этот момент показалась на редкость идиотской.

– Что-то срочное, мистер О'Брайан?
– поинтересовался охранник, смотря на монитор, где высветилась личная информация на посетителя в местной базе данных. Просто необходимая формальность с учетом того, что личность посетителя была хорошо известна.

– Ничего такого, - махнул рукой Дэвид, - хочу кое-что проверить перед отчетом.

Охранник автоматически кивнул головой - ему было глубоко плевать на цель визита и вопрос задал лишь из вежливости. Впрочем, данное обстоятельство не сказывалось на дотошности местных секьюрити. Сотрудник службы безопасности учтиво указал рукой в сторону металлодетектора и посетитель, ответив вежливым кивком, прошел через него. Послышался характерный писк, от которого у Дэвида едва не выпрыгнуло сердце. Второй сотрудник безопасности попросил его выйти назад и уже с помощью портативного металлоискателя произвел более тщательный досмотр. Проводя прибором от ног и выше, тот вдруг пикнул возле левой руки О'Брайана. Он хлопнул себя по лбу и, изображая растерянность, показал свои часы.

– Снова я забыл, - упрекнул себя Дэвид, виновато покачав головой.
– Металлический корпус. Мне их снять?

Охранник внимательно посмотрел на его наручные часы и отрицательно покачал головой, показывая, что можно идти. Его коллега за стойкой увидел разрешительный жест напарника и нажал на соответствующую кнопку. Послышался щелчок, когда электромагнитный замок разблокировал вход в зону ограниченного доступа.

– Благодарю, - выдавил из себя О'Брайан, получив назад свою карту-пропуск, и вошел внутрь в надежде, что испарина на лбу и дрожь в руках не была заметна на камерах видеонаблюдения.