Чтение онлайн

– Коньяк?
– поинтересовался "тучный", взяв в руки с резного стола изящный графин с темным напитком.
– Помнится, вы любите именно его?

Секретарь кивнул, снимая пиджак и вешая его на спинку одного и кожаных кресел, стоявших позади массивного бильярдного стола, но тут же добавил: - У вас хорошая память, Валерий Степанович, но не забывайте - у меня сегодня еще одна очень важная встреча. Лучше простой воды.

– Вы правы, - "тучный" хлопнул себя по лбу, - проклятая рассеянность. Никто не против, если я закурю? Отлично, - произнес он, доставая из кармана пачку каких-то дорогих сигарет и поднеся поближе массивную бронзовую пепельницу в форме фрагмента из охоты на кабана. Тем временем "Стройный" взял один из киев на столе и внимательно осмотрел его.

– Поскольку среди нас троих только мы с тобой, Владимир Васильевич, умеем прилично играть в бильярд, то наш общий друг будет болеть за кого-нибудь из нас, верно?
– "стройный" повернулся в сторону "тучного", выпустившего в воздух клубочек дыма.

– Я буду болеть за вас обоих. С учетом темы нашей встречи такой выбор с моей стороны наиболее оправдан. Не так ли?

– Совсем забыл, каким здравомыслящим ты бываешь, - ехидно заметил "стройный".
– Вот если бы ты был таким еще и во время купли-продажи акций...

– Человеку свойственно ошибаться, - философски отозвался "тучный" и грузно воссел в итальянское кресло. Его туфли поблескивали в тусклом свете зала.

– Ну да, ну да, - скептически хмыкнул "стройный".
– Но мы собрались не для этого, верно, Владимир Васильевич?
– обратился он к Харламову. Последнего раздражала странная манера хозяина особняка обращаться к нему по имени-отчеству, но на "ты". Со временем Харламов привык к ней - чего не стерпишь ради знакомого, которого знаешь еще со времен университета? Секретарь тщательно натер кий, легко поворачивая его с небольшим наклоном к кубику мела, ловя на себе внимательные взгляды двоих остальных.

– Начнем?
– спросил Харламов.

– Как гостю, первый удар принадлежит тебе, Владимир Васильевич, - "стройный" указал рукой на пирамиду из шаров.

– Благодарю, - отозвался Харламов и аккуратно нацелился кием. Клапштос - и биток разбил пирамиду, от которой шары разлетелись в разные стороны. Двое из них залетели в лузы.

– Очень неплохо, Владимир Васильевич - признался "стройный" и похлопал в ладони.
– Сразу виден удар профессионала. Но не будем терять время и перейдем к делу. Должен признаться, наши с Валерием Степановичем партнеры были весьма взволнованы последними сообщениями о намерениях Президента и ряда его помощников оказать массированную военную помощь Ирану для недопущения начала войны против него.

Секретарь нанес очередной результативный удар и поднял подозрительный взгляд на хозяина особняка.

– Мы уже обсуждали эту тему. Наш Верховный не определился на этот счет, хотя и склоняется к мнению о высоких рисках при начале войны с персами.

– А каково ваше мнение на этот счет?
– поинтересовался "тучный", следя за действиями за бильярдным столом Харламова, который в ответ хмыкнул и добавил:

– Насколько мне известно, кое-кто из его администрации предлагает поднять рейтинг главе государства независимо от того, как пойдут события на Ближнем Востоке. Начнется война - выступим миротворцами, не начнется - то же самое. Поэтому с точки зрения политической целесообразности, будет мир или война - непринципиально. Всему виной ряд военных и спецслужбистов - как всегда пугают страшилками о наплыве террористов, но, похоже, Президент склонен прислушаться к их мнению.

"Стройный", как бы выражая понимание ситуации, покачал головой, приглядываясь к расстановке на столе. Для Харламова шары встали не очень удобно; он попытался правым боковиком закрутить биток и срезать играемый шар в лузу, но удар прошелся чуть выше задуманного и в результате оба шара отскочили от борта, создав неплохие условия для отыгрыша сопернику. "Стройный" про себя ухмыльнулся. Секретарь что-то недовольно буркнул про себя и отошел от стола, натирая кий мелком, пока его соперник изучал расстановку шаров.

– Чем обусловлена сегодняшняя встреча?
– спросил он, прицеливаясь в биток.

– Скажем так, есть мнения, что в Зоне намечается нечто такое, способное серьезным образом повлиять на текущие геополитические расклады.

Удар - и шар влетел в лузу.

– Вот даже как?
– удивился "стройный" и выпрямился. События такого масштаба случались не каждый день.
– И чем же Зона вновь решила озадачить нас?

– Не знаю, а даже если бы и обладал подобной информацией, то не смог бы ей поделиться с вами.
– Харламов почувствовал на себе внимание двух пристальных взглядов со стороны бизнесменов. Помявшись, он постарался разъяснить.

– Не нужно сверлить меня взглядом, господа. Мне действительно мало, что известно о происходящем. Наша разведка на днях была чем-то встревожена, даже меня не ставили в известность. Такая секретность не бывает на ровном месте, да и слухи довольно трудно удержать - пускай косвенно, но кто-то да взболтнет пару слов. Но и все - в остальном все словно в рот воды набрали.

– Так что же тебе стало известно, Владимир Васильевич?
– с нажимом уточнил "стройный", выдав роскошный дуплет от двух бортов. Харламов замялся, словно не хотел распространяться о чем-то неприличном. "Стройный" выпрямился и на его худощавом лице отобразились сильно сжатые скулы.

– Военные что-то планируют в Зоне, - выдавил из себя секретарь.
– Может, спецоперацию, а может еще что. Хрен их знает. Детали мне неизвестны. Единственное, чем я располагаю, так это признаками какого-то нетипичного шевеления нескольких разных и влиятельных структур. Мои источники утверждают, будто в Зоне появилось нечто, представляющее угрозу государственной безопасности. Так это или нет - доподлинно неизвестно, но, думаю, источники не ошибаются.

Налив в свой большой бокал из тонкого стекла изысканный коньяк, к разговору подключился "тучный".

– Вы считаете исход операции - или чего там планируют военные - способен повлиять на мнение Президента относительно ближневосточных процессов в преддверии выборов в США?

Харламов задумался, пытаясь собрать все мысли, которые у него были на этот счет.

– Возможно, - с некоторым сомнением в голосе ответил он, разглядывая свой кий и одновременно следя за ударами "стройного".
– Во всяком случае, такую возможность я бы не стал исключать.

– Владимир Васильевич, ты еще не на заседании Совбеза, брось свои финты!
– с некоторой резкостью вспылил "стройный", совершив досадный промах; до победы в партии ему осталось забить всего один шар. Впрочем, позиция шаров была крайне неудобной.

Продемонстрировав натренированную на высокопоставленных собраниях выдержку, Харламов слово не обратил внимания на тональность слов собеседника. Он нарочито медленно подошел к столу и тщательно подготовился пробить, зная что "стройный" уважает игру и терпеливо дождется, пока соперник нанесет удар. На столе осталось два шара, будучи разведенными "стройным" таким образом, чтобы шар-мишень оказался на "губе" - скошенной части борта, расположенной в створе лузы. Ситуация оказалась очень сложной и любой отыгрыш мог дать подставку, то есть не противнику усложнить задачу, а самому невольно изменить позицию шара, тем самым упрощая задачу сопернику. Харламов напрягся, выцеливая под нужным углом и - удар! Биток ударился о шар-мишень, а последний сам отразился от битка и уже от этого удара свалился в лузу. Сложнейший контртуш принес Харламову победу.