Чтение онлайн

Вслед за Корневым Коля перебрался на крутую лесенку и вступил на туннельный комбайн. Исполинская машина походила на корабль. На ней было две палубы, виднелись иллюминаторы, имелся капитанский мостик, даже рубка...

В эту стеклянную рубку и ввел гостей Андрей Григорьевич.

За пультом перед бесчисленными приборами и экранами, на которых видно было, как укладываются один к другому тюбинги, как приближаются к ним огромные дугообразные электроды и вспыхивает ослепительная, обнимающая трубу дуга,-за этим пультом, нажимая кнопки, не спуская глаз с циферблатов, сидела маленькая девушка в сером комбинезоне. Коля видел светлое кольцо кос .на голове, нежный профиль, сосредоточенное выражение лица...

Наконец, девушка заметила начальника стройки, повернула штурвал-на пульте вспыхнула надпись "Автоматический режим", - и встала, смущенно улыбаясь.

– Знакомьтесь, вот наш рабочий класс, - сказал Андрей Корнев.
– Она у нас одна заменяет тысячу двести шестнадцать человек, которые были заняты на этой работе в Черноморском плавающем туннеле.

– Нина, - сказала девушка и протянула руку почему-то Коле.

У того сердце упало. Он покраснел, чувствуя в руке тепло ее ладони.

– Ну, не совсем так, - смущенно возразила Нина Корневу.
– Есть же еще механики, электрики, телемеханики, потом электросварщики...

– Электросварщики?- не удержался Коля.- Да разве у вас не машина сваривает?

– Конечно, комбайн. Но специалисты по сварке налаживают процесс, следят за ним, проверяют...

– Товарищи, вы меня простите... Товарищ Нина, товарищ Корнев... мне отец велел... вы поймите нас... порошок у нас есть, "макеевский"... Вы только дайте попробовать его на вашей машине. Ускорится сварка... Вы только попытайте, товарищ Нина, товарищ Корнев!..

Никифор Иванович смотрел на Колю с удивлением и укором, Нина с интересом, Андрей с улыбкой.

– Прежде чем применить ваш порошок в комбайне, придется вам самому заварить один пробный шов, - предложил Коле Андрей.

– Самому? Пробный шов? И чтоб он остался под водой!
– Коля не верил ушам...

Андрею Корневу понравился приезжий паренек. Когда-то он сам был таким, плавал на корабле, стоял на палубе вот с такой же, как Нина, девушкой, только косы у нее не лежали венцом на голове, а трепетали по ветру.

Все было - и ничего не осталось, кроме дока, туннеля, стройки...

Андрей распорядился, чтобы Нина выключила сварочную аппаратуру комбайна, оставила бы один шов незаваренным. И тут же разрешил Коле вручную заварить пропущенный шов.

Коля побледнел, стал серьезным, на Нину не смотрел, вытащил из кармана мешочек с заветным порошком.

Он думал, что Андрей Корнев сам будет наблюдать за ним, и немного разочаровался, когда услышал, что Андрей Григорьевич пригласил гостей на атомную электростанцию.

Ему тоже хотелось пойти с ними, но теперь нужно было показать себя, заварить желанный шов!

Андрей Григорьевич повел гостей по крутым трапам куда-то вниз. Они шли по цилиндрическим коридорам, спускались по наклонным патрубкам.

В одном из коридоров им встретился главный энергетик Арктического моста Сурен Авакян, приехавший вместе с гостями.

– О, товарищи попутчики! Посмотреть хотите нашу станцию? Очень интересно, только предупреждаю - ничего не видно! Пожалуйста, проходите.

Гости вошли в цилиндрическую комнату - в доке все было цилиндрическимтак легче выдерживалось наружное давление воды. Она чем-то напоминала рубку управления туннельным комбайном. Такой же пульт с полукруглой выемкой для оператора, оператор - женщина в белом халате, множество приборов перед ней.

– Капитана Немо помните?
– спрашивал Сурен гостей.
– Он говорил, что можно добывать энергию прямо из моря. Потом многие инженеры пытались использовать разницу температур верхних и нижних слоев морской воды. В нашей электростанции освобождается внутриядерная энергия воды, вернее не всей воды, а составляющей ее части - водорода. Только не так, как на Солнце, где при температуре в миллионы градусов водород превращается в гелий, излучая при этом огромную энергию, не так, как в водородной бомбе, где сначала атомным взрывом создается звездная температура и происходит термоядерная реакция превращения водорода в гелий...

– Неужто тут у,вас миллионы градусов?
– боязливо осведомился Никифор Иванович.

– В том-то и дело, что нет! Еще в 1954 году советский физик Зельдович предложил хитрый способ превращения водорода в гелий при обычной, комнатной температуре.

– Это что же, вроде холодного горения?

– Горение-пара пустяков! Тут холодный взрыв, что ли!.. Мы сейчас как поступаем? Мы не ломаем, как прежде, атомы, не заставляем их вслепую налетать друг на друга, сталкиваться, как прежде делали, а берем кирпичи, из которых атомы состоят, и строим из этих кирпичей новые атомы.

– Это как же? Поясните, пожалуйста, - попросил Никифор Иванович.

– А вот так. Раньше в старых атомных электростанциях, как и в атомных бомбах, маленькими снарядиками - нейтронами - пытались попасть в ядро тяжелого, атома, расколоть его... получалось два ядра поменьше, ну, и впридачу - энергия... А мы сейчас пользуемся кирпичиками промежуточной массы между электронами и нейтронами, так называемыми "мю-мезонами"... Механику нашего "атомного строительства" объяснять вам я не стану, она, конечно, посложнее, чем сборка труб туннеля из тюбингов, на которых вы ехали, но в принципе похожа.

Гости рассмеялись.

– Оно понятно, - сказал Никифор Иванович.
– Водой отапливаетесь, электроэнергию получаете, а жара нет.

– Слуший! Ты лее лучше меня рассказываешь!- хлопнул Сурeн по плечу Ниюифора Ивановича.

Андрей хотел пройти вместе с гостями в машинное отделение, но к нему подошел спустившийся из зала сменный инженер и что-то тихо сказал.

Андрей покраснел.

– Простите меня, - обратился он к гостям.
– Я вас попрошу... Вот Сурен Андроникович вам все покажет... А ко мне тут приехали... Еще раз простите.

Пробежав по лабиринту боковых цилиндров и переходов, Андрей остановился в центральном зале, едва переводя дыхание.

Туннельный комбайн передвинулся в глубь сборочного зала, оставив после себя двустволье уже готового туннеля.

На противоположной площадке, по ту сторону труб, Андрей увидел Степана Григорьевича и Аню.

Сердце колотилось, вероятно, от бега. Собственно, почему он так торопился?.. Два года, почти два года прошло с тех пор! А она все такая же... И словно не было никакого разрыва... Можно подбежать сзади, обнять... или закрыть ладонями глаза, как она когда-то, на ледоколе... Но нет! Андрей анал, что никогда уже этого не сделает...