Чтение онлайн

Итак, она описала в подробностях следующее:

Относительное положение двери, кровати, окна, камина, умывальника, комода и туалетного столика.

То, что окно состояло из числа небольших секций вместо более обычных больших секций.

То, что я лежал, с открытыми глазами, на левой половине двуспальной кровати (я никогда не говорил ей, что она двуспальная) и выглядел потрясённым.

Старомодную подушечку для иголок, - необычный предмет в мужской комнате.

Чёрную японскую шкатулку, облицованную красными резблёнными фигурками.

Обшитую кожей чертёжную доску, наверху с позолоченной вдавленной пластиной для ручки, которая располагалась на комоде. Она описала, как она пробежалась пальцами вдоль выступающей планки на лицевой стороне доски.

«Ты не права только в одном, — сказал я позже. — То, что ты приняла за планку, было позолоченной полоской на коже. Никакой выступающей планки там нет».

«Есть, - утвердительно сказала Элси, — говорю же тебе, я её чувствовала».

«Дорогая моя девочка, — запротестовал я, — не думаешь ли ты, что я не знаю свою собственную доску?»

«Мне все равно! — ответила она. — Когда ты придешь домой посмотри на неё, и ты найдешь позолоченную планку на лицевой стороне».

Я последовал её совету. Доска располагалась лицом к стене, и петли (о которых я совершенно забыл) продолжались в позолоченную планку именно так, как она и описала. Из-за её положения, она естественно ошибочно приняла тыльную сторону доски за лицевую. Хотя она и была воодушевлена своим успехом, всё же продолжала утверждать, что такие эксперименты были «грешны» и я так никогда и не смог убедить её прийти ко мне снова.

Я уверен, что Элси никогда не видела моей комнаты своими телесными глазами, так как она никогда не приходила ко мне домой; не могла она также получить описание от кого бы то ни было из моих друзей. Также я вполне уверен, что никогда не говорил ей о подушечке для иголок, японской шкатулке и доске. Возможно, лучше мне следует сказать, что отчёт об этой проекции был опубликован анонимно в «Weekly Tale-Teller» за 11 июля 1914 года.

Утверждение Элси, что мои глаза были открытыми, поднимает интересный вопрос: «Были ли они действительно открытыми или ей так только показалось?» Мои телесные глаза определённо были закрыты во время оцепенения, поскольку в этом состоянии я был слеп, не считая свет, проникающий сквозь веки. В других случаях транса, я уже описывал, как мне казалось, что глаза были открыты, но, по причине, которую я приведу позже, я думаю, что мои телесные глаза были всё-таки закрыты. В действительности они открывались в тот самый момент, когда прерывался транс, так что я оказывался смотрящим в темноту. Элси, вероятно, видела открытые глаза моей астральной или, быть может, эфирной копии.

Я никогда не перестану быть благодарным дорогой Элси за то, что хотя бы разок она таки «согрешила». По правде говоря, хотя несколько моих друзей и разделяли мои устремления, мир отказывался изумляться моему великому открытию, или даже просто принимать его всерьёз. Когда я попытался напечататься, один издатель серьёзно намекнул в вежливо-грубой форме, что у меня не все дома. Так что последующие годы явились периодами реакции и откровенного скептицизма. В конце концов, было ли что-нибудь реальное в моих исследованиях? Не могли ли мои внетелесные приключения быть чисто субъективными — просто игрой воображения или сновидениями? Но каждый раз, когда я вспоминал проекцию Элси — я воодушевлялся. Я открыл нечто огромной важности, но время ещё не пришло, чтобы представить это миру. Я знал, и знаю до сих пор, что той ночью Элси была в моей комнате в своём духе, тогда как её тело находилось в мили оттуда. У Элси была душа или дух, а это означало, что она есть и у меня, и если я действительно обладал душой, то тогда моя душа не была в моём теле, когда я был «заточённым» на побережье [в сновидении, приведенном в третьей главе]. И если душа может покидать тело при жизни, не служит ли это основанием к предположению, что в человеке есть бессмертный дух? Наверное, никакие строгие доказательства невозможны, но это делает намного более вероятным всё то, что относится к бессмертию, душе и Богу. Да, я должен продолжать. О трижды благословенная Элси! Ты так никогда и не узнала, как много сделала для меня той ночью.

* *

Тем же летом 1905 года, совершенно непреднамеренно, я до смерти напугал Элси. Она проснулась ярким солнечным утром и увидела меня, полностью одетым только без шапки, стоящим возле её кровати. Я выглядел таким телесным и реальным, что она никогда не сомневалась в том, что я был там телесно. Она спала с широко открытым окном, и подумала, что я решил сыграть Ромео и выбрал для этого самое неподходящее время. Она слышала, как её брат весело насвистывает в соседней комнате, а её мама поднимается к ней вверх по лестнице, посмотреть, как обычно, встала ли она. Бедняжка Элси была в ужасном положении. Она так отчаянно хотела предупредить меня, что разоблачение было делом нескольких секунд, но не могла ни двигаться, ни говорить, так как, кажется, была в оцепенении. Я просто стоял там телесно, с невозмутимым серьёзным видом и молчал. Затем, как только повернулась дверная ручка, я исчез, и вошла её мать. Я уверен, что Элси дала мне правдивый отчет о тех событиях, как они ей казались, но она определённо была в состоянии транса. Я удостоверился, что спал в то время, но никаких воспоминаний о случившемся у меня не было.

* *

Иногда, после Ложного Пробуждения, со мной происходило пугающее явление — ощущение прикосновения или хватания, производимые «телесной» рукой. Когда я лежал в темноте, я удостоверялся относительно положения моих рук — они находились под покрывалом, и всё же какая-то третья рука давила мне на лоб. Однажды, меня схватили «стальные» руки и сжимали пока, как мне казалось, я не стал задыхаться. Наконец, мне удалось закричать, и как только транс был прерван, я увидел туманную белую фигуру, рассеивающуюся в темноте. Однажды меня особенно впечатлил один нечеловеческого вида призрак; тогда я, «отважный» первопроходец, издал такой вопль, от которого транс тотчас же прервался. Мой гость напоминал конусоподобную массу искрящегося инея и почти достигал потолка. На нём не было никаких примет, только два горящих голубых глаза дополняли картину. Когда я преодолел свой страх, я пришёл к выводу, что эта странная фигура не желала зла и, вероятно, реально существовала на своём плане проявления. Теперь я склонен думать, что она принадлежала Миру Девов, впрочем, читатель может рассматривать это просто как иллюзию, пережитую в Трансовом Состоянии.

Также я слышал, находясь в этом состоянии, в дополнение к реальным звукам, и некоторые странные звуки, а именно: потрескивание, напоминающее электрическое искрение; рёв и жужжание, как от огромных машин; особое щёлканье, напоминающее звук приводных ремней, используемых в цехах; звуки, как от вздымающихся волн на море и от порывов ветра; и иногда зовущие голоса. Некоторые из этих звуков могли быть вызваны пульсацией крови в сосудах, но я не думаю, что всех их можно объяснить таким образом.

* *

К концу моего обучения в колледже, результаты моих исследований вкратце сводились к следующим:

Осознанные Сновидения и особые силы, которые нам в них предоставляются.

Раздвоение Сознания.

Предостерегающая Боль.

Каталептическое Состояние.

Ложное Пробуждение.

Состояние Транса, призраки, звуки и другие явления связанные с ним.

Итак, прощай Forest View и тот дом, что возле римской стены. Саутгемптон изменился почти до неузнаваемости. Западное Побережье — теперь сплошная полоса из фабрик и огромных доков, но старая серая башня всё ещё стоит как часовой возле Forty Steps, пока вдали медленно проплывает великолепный могущественный силуэт Queen Mary. Только на полотне Вечных Хроник воды залива Bletchingden ещё блестят в лучах солнца, и сентиментальный молодой человек, «заточённый» в своём сновидении, всё ещё бродит там.

Когда я планировал эту книгу, я решил ограничиться предметом Астральной Проекции и делать лишь короткие упоминания, где это необходимо, о моих исследованиях в других областях оккультизма. Также казалось желательным исключить все автобиографические подробности, не имеющие прямого отношения к рассматриваемому предмету. Тем не менее, только для того чтобы объяснить почему моё продвижение было столь медленным, очень краткий отчёт о моей мирской деятельности, думаю, можно себе позволить; он послужит своего рода задним планом для этой хроники.

Ко времени окончания моих трёхгодичных курсов, я пришёл к выводу, что мне не по душе рабочая сторона инженерного дела, но очень привлекала лабораторная исследовательская работа. Представившийся случай получить конкретную работу по этой линии я упустил в последний момент, а другой такой случай не представился. Так что, к великому сожалению моего деда, я собрал свои пожитки и вступил в весьма забавную театральную труппу. Также я проводил небольшую «исследовательскую работу» - изменения в сознании, вызванные поглощением различных видов алкогольных напитков. Когда я вступил в совершеннолетие, при мне оказалось почти 300 фунтов — остаток наследства, с которым можно было бы чувствовать себя вполне удобно, если бы такой вещи как Liberator smash никогда не случилось. Однако для меня это, кажется, было судьбой, так что я оставил драматическое искусство и сразу же женился — возможно, мудрейший поступок изо всех мною совершённых. Затем последовали два неуспешных рискованных предприятия, после которых я решил стать писателем. И в конце концов, я таки стал им, в некотором роде, и стал влачить приятно-ленивое, но очень шаткое существование в качестве писателя журнальных рассказов пока не разразилась Великая Война.