Чтение онлайн

(16) Затем на греческой земле началась большая Пелопоннесская война, которую описал Фукидид; она началась примерно через триста двадцать два года после основания Рима. [1090] (17) В эту пору диктатором в Риме был Ол Постумий Туберт, который убил ударом топора собственного сына, так как тот вопреки его приказу вступил в бой с врагом. [1091] А врагами римского народа были тогда жители Фиден и эквы. [1092] (18) В то время прославились и получили известность поэты-трагики — Софокл и вслед за ним Еврипид, медик Гиппократ и философ Демокрит; [1093] бесспорно, Сократ Афинский родился позже них, однако [все они] в какой-то период были современниками. [1094]

(19) Затем, когда в римском государстве правили военные трибуны с консульской властью, примерно в триста сорок седьмом году от основания Города, тридцать тиранов были поставлены спартанцами во главе Афин; [1095] и немногими годами после того, как Сократ в Афинах был приговорен к смертной казни и умерщвлен в тюрьме ядом, тиран Дионисий Старший получил власть в Сицилии. [1096] (20) Примерно в это самое время в Риме был диктатором Марк Фурий Камилл, взявший Вейи; (21) а немного позже была война с сенонами, (22) когда галлы захватили Рим, за исключением Капитолия.

(23) Немногим позже этого времени астролог Евдокс [1097] обрел известность в греческой земле; афиняне, возглавляемые Формионом, одержали победу над спартанцами у Коринфа, [1098] (24) а в Риме Марк Манлий, отразивший галлов, во время осады Капитолия подкрадывавшихся по крутым [скалам], был уличен в намерении захвата власти и приговорен к смерти через сбрасывание с Тарпейской скалы, как говорит Марк Варрон; однако же, как написал Корнелий Непот, он был до смерти засечен розгами; [1099] (25) в тот же самый год, который был седьмым годом после освобождения Города, как сохранилось в памяти [людей], родился философ Аристотель. [1100]

(26) Через несколько лет после войны с сенонами фиванцы под предводительством Эпаминонда разбили спартанцев при Левктрах. [1101] (27) Вскоре после этого в городе Риме по закону Лициния Столона консулов стали выбирать даже из плебеев, тогда как раньше не было разрешено избрать консулом [того], кто не происходил из патрицианских родов. [1102]

(28) Затем, в районе четырехсотого года после основания Города, Филипп сын Аминты, отец Александра, занял царский престол в Македонии, и примерно в это же время родился Александр, [1103] (29) а через несколько лет после этого философ Платон отправился к тирану Сицилии Дионисию Младшему; [1104] (30) некоторое время спустя Филипп разбил афинян в большом сражении у Херонеи. [1105] (31) Тогда во время этой битвы оратор Демосфен нашел спасение в бегстве, и когда его упрекали в том, что он бежал [с поля боя], он парировал этим известнейшим стихом:

(32) Затем Филипп был убит в результате заговора и Александр, получив царство, переправился в Азию и на Восток для подчинения персов.

(33) Другой же Александр, прозвание которого было Молосский, [1107] прибыл в Италию с намерением воевать против римского народа — уже тогда молва о доблести и успехах римлян стала доходить до зарубежных народов, — но умер, прежде чем начал войну. Мы узнали, что этот Александр Молосский, когда двигался в Италию, сказал, что он идет к римлянам, как в андронитий, [1108] тогда как Македонец идет к персам, как в гинекей. [1109] (34) Затем Александр Македонский, подчинив большую часть Востока, встретил смерть, процарствовав одиннадцать лет. [1110] (35) Немногим позже этого ушел из жизни философ Аристотель, а затем Демосфен. [1111] (36) Примерно в те же годы римский народ столкнулся в тяжелой и длительной войне с самнитами. Консулов Тиберия Ветурия и Спурия Постумия, окруженных в неблагоприятном месте около Кавдия [и попавших в плен], прогнали под ярмом и после подписания постыдного мира отпустили. [1112] По этой причине на основе решения народного собрания те, кто сдались самнитам, по приказу фециалов не были допущены [обратно в Город].

(37) Затем, примерно через четыреста шестьдесят девять лет после основания Города, началась война с царем Пирром. [1113] (38) В это время афинянин Эпикур [1114] и Зенон из Китиона [1115] были первыми величинами в философии. (39) Тогда же Гай Фабриций Люсцин [1116] и Квинт Эмилий Пап были цензорами в Риме и исключили из сената Публия Корнелия Руфина, который дважды был консулом и диктатором, указав в качестве причины этого решения [следующее]: стало известно, что тот обладал десятью фунтами посуды чеканного серебра. [1117]

(40) Затем, примерно в четыреста восемьдесят девятом году после основания Рима, в консульство Аппия Клавдия, прозвище которого было Кавдекс (брата знаменитого Аппия Клавдия Цека), и Марка Фульвия Флакка началась первая война против пунийцев, [1118] (41) а немногим позже поэт Каллимах из Кирены [1119] был отмечен славой в Александрии при дворе царя Птолемея.

(42) Затем чуть более чем через двадцать лет, когда был заключен мир с пунийцами, в консульство Гая Клавдия Центона, сына Аппия Клавдия Цека, и Марка Семпрония Тудитана, [1120] поэт Луций Ливий первым из всех начал ставить в Риме театральные пьесы — более чем через сто шестьдесят лет после смерти Софокла и Еврипида и примерно через пятьдесят два года после смерти Менандра. [1121] (43) Клавдия и Тудитана сменили консулы Квинт Валерий и Гай Мамилий, при которых, как написал Марк Варрон [1122] в первой книге „О поэтах“, родился поэт Квинт Энний. [1123] Когда ему было шестьдесят семь лет, он написал двенадцатую книгу своих „Анналов“. Так говорит сам Энний в этой книге.

(44) Затем, в пятьсот девятнадцатом году после основания Рима, Спурий Карвилий Руга по совету друзей развелся с женой из-за ее бесплодия и данной перед цензорами клятвы взять жену ради того, чтобы иметь детей, [1124] (45) и в тот же год поэт Гней Невий [1125] представил [свои] пьесы перед народом. Марк Варрон в первой книге „О поэтах“ говорит, что во время Первой Пунической войны он состоял на военной службе, и сам Невий говорит то же самое в поэме, которую он написал об этой войне. Однако Порций Лицин [1126] утверждал, что поэзия в Риме появилась позже, в следующих стихах:

(46) Затем, примерно пятнадцатью годами позже, война против пунийцев возобновилась, [1128] (47) и вскоре после этого прославились оратор Марк Катон — в политике и поэт Плавт — в театре; [1129] (48) в то же самое время стоик Диоген, последователь академического учения Карнеад и перипатетик Критолай были отправлены афинянами к сенату римского народа для решения государственных дел в качестве послов. [1130] (49) Незначительное время спустя жили поэты Квинт Энний и сразу же после — Цецилий и Теренций, за которыми тут же [последовали] Пакувий и — когда Пакувий был уже стар — Акций, а также более известный тогда как критик сочинений последних Луцилий. [1131]

(50) Однако мы продвинулись уже слишком далеко, так как предложили в качестве конца этих небольших заметок Вторую Пуническую войну.

Диспут, произошедший между философом-стоиком и перипатетиком при посредничестве Фаворина в качестве арбитра, в котором они спорили между собой о том, насколько важна для обретения счастливой жизни сила добродетели и насколько значимо то, что называется „внешними обстоятельствами“ (extranea)

(1) У Фаворина [1132] было двое близких знакомых, достаточно известных в городе Риме философа. Один из них являлся последователем перипатетического учения, другой — стоического. (2) Я присутствовал при том, как они яростно спорили между собой, защищая свои идеи, когда мы все вместе были в Остии с Фаворином. (3) Мы гуляли по берегу в начале теплого времени года; уже вечерело.

(4) Стоик стал излагать свое мнение о том, что человеческая жизнь может стать счастливой только вследствие добродетели души и самой несчастной — только по причине порочности (malitia), даже если все прочие блага, которые называются телесными и внешними, отсутствуют у добродетели, но наличествуют у порочности. (5) Перипатетик же со своей стороны соглашался, что жизненные беды происходят исключительно из-за дурных наклонностей души и порочности, однако он считал, что для восполнения всех элементов счастливой жизни одной только добродетели совершенно недостаточно, так как для того чтобы сделать жизнь счастливой, представляются необходимыми здоровье, телесная чистота, благородная внешность, благосостояние, хорошая репутация и все прочие блага, имеющие отношение к телу и счастливой судьбе.