Чтение онлайн

Технофэнтези. Мир техномагии в декорациях научной фантастики. Опционально настраиваемые расы — эволюционировавшие из круга-реалма «Фэнтези», прямое смешение магии и высоких технологий.

Дополнительно:

Реальная повседневность. Только для личного кабинета пользователя виртуальной метавселенной.

Дочитав, я вернул бумагу Григорию, аккуратно убравшему ее в свою пухлую папку.

— Реалм на другой стороне портала в Темной горе представляет собой сеттинг «Фэнтези», — заговорил Воропаев. — Ты уже догадался, полагаю, по облику встреченных тебе эльфов. И таких кластеров как с обратной стороны — с порталами, совсем мало, не больше девяти штук на круг-реалм, при том что в каждом из них кластеров больше двадцати тысяч. Как я уже сказал, почти над всеми известными порталами мы контроль вчера потеряли. Над Темной горой контроль не утрачен, но и не сохранен — дело в том, что одним из убитых вчера был правитель кластера. И убив его в схватке, теоретически ты сам получил возможность стать правителем…

— Теоретически?

— Да. Дальше вообще все теоретически, потому что после диверсии и акта саботажа доступа к Кодексу у нас нет, а информация получена в основном из допросов двух захваченных вчера групп. Одна из них твои клиенты, — выразительно глянул на меня Бульдозер, и я вспомнил замотанных скотчем эльфов. — Вторая группа у американцев, они в Аргентине сразу семерых повязали. И есть нюанс, — по тону Воропаева я понял, что прямо сейчас будет озвучен прямо всем нюансам нюанс.

— Сегодня третье мая, а значит последний день, когда светлое отражение активно на пике и вход в портале Темной горы доступен, дальше два месяца ожидания. И еще сегодня до полуночи в портале Темной горы возможна регистрация для участия в сражении формата все против всех, победитель которого станет новым правителем. Максимальное количество участников двенадцать, но одно место зарезервировано для тебя системными правилами Кодекса или богом-покровителем кластера.

— Важно понимать, что в этом сражении всех против всех можно сдаваться, — добавил Григорий. — И, если до полуночи не зарегистрироваться и не принять участие, остальные участники все сдадутся выбранному победителю, оставив власть в ключевом для нас кластере за Саботажем.

— А если я зарегистрируюсь, то выйду один против одиннадцати участников.

— Да, — не стал отрицать Воропаев. — Но у тебя есть серьезное преимущество в выучке и готовности, таких умелых противников среди Саботажа просто нет. Кроме того, твой индекс СС девяносто семь, а это значит всего трехпроцентный шанс погибнуть окончательно в случае смерти в зоне светлого отражения.

— Это как?

— Если ты со скалы упал, три процента вероятности что умрешь навсегда, девяносто семь — что возродишься в свете у ближайшего алтаря. Если же тебя кто-то убил, то вероятность окончательной смерти высчитывается исходя из соотношения ваших рейтингов совместимости. Те двое, которых ты обслужил в поселке, умерли окончательно и навсегда.

Ну те двое для меня сразу окончательно и навсегда умерли, сюрпризом не стало, но вот остальное заставляло задуматься.

— Если я, допустим, выиграю, то через два месяца мне опять выходить на арену против новой толпы претендентов?

Воропаев посмотрел на консультанта Григория, а тот покачал головой отрицательно.

— Подобные гладиаторские бои предусмотрены только при военной диктатуре в случае гибели правителя, причем военная диктатура устанавливается всеобщим анонимным голосованием, где не должно быть ни единого голоса против.

Да, творцы-основатели конечно со справедливостью красиво загнули. Военная диктатура, устанавливая единодушным всеобщим волеизъявлением, вот это ирония.

— Для того, чтобы совершить акт саботажа и диверсию, эльфы во всех контролируемых поселениях установили режим военной диктатуры, иначе некоторые параграфы Кодекса было не обойти. В норме же управление городом-поселением происходит со взаимными ограничениями и для правителя, и для населения, так что в случае успеха никаких больше гладиаторских боев не предвидится.

— Так там уже целый город?

— Пока лишь поселок, размерами аналогичный Темной горе. Группа из Саботажа, выбравшая принадлежность к расе ночных эльфов, живет там уже около двух недель. Если сегодня упустить момент, поселение будет расширено улучшением уровня и после этого его уже не получится захватить, используя механику королевской битвы.

— Если вообще получится, — вставил комментарий Воропаев.

— Да, к сожалению есть вариант, что если ни мы, ни американцы в Аргентине успехов не достигнем, мировое правительство может утратить вообще всякий контроль над иными реальностями, — ровным голосом произнес консультант Григорий, хотя я был уверен, что неожиданной честностью Воропаева он недоволен. — Останется только один шанс на то, что власть в поселениях возьмут перерождающиеся там в посмертии люди, но этот вариант ненадежен.

— Такие люди там уже появляются?

— Да. Природа новых миров такова, что перерожденные появляются там раз в неделю на седьмой день. Вчера в поселении с обратной стороны Темной горы кроме эльфов из Саботажа оказалось около полутора сотен новых реинкарнантов, которые за предыдущую неделю умерли здесь, на Земле.

— Сколько там всего сейчас?

— Сейчас в поселении с другой стороны портала почти три сотни человек — примерно сотня эльфов из Саботажа, полторы сотни новых реинкарнантов и около полусотни пленников, в основном обслуживающий персонал.

— А зачем им эти пленные были нужны?

— В отличие от других рас, у ночных эльфов есть лишь единственное условие для повышения уровня города — необходимое количество населения. Для того, чтобы завтра поднять ранг поселения им не хватало около полусотни человек, поэтому они собрали обслуживающей персонал управляющей компании под предлогом праздничного мероприятия и пленив большинство, отправили их в свой гексагон через портал.

После этих слов Григория я внимательно посмотрел на Воропаева, ничего не говоря.

— Если ты спасешь Эрику, я буду безмерно признателен, — отреагировал все же Бульдозер, не глядя на меня. Переживает, хотя не показывает.

— Если я выиграю королевскую битву сегодня, тяжело мне будет со всеми там договариваться.

— Если ты возьмешь власть, форма правления по умолчанию вернется к норме от военной диктатуры. И договариваться тебе придется только со жрецами и гильдейскими начальниками. С ними же все максимально просто — кнут и пряник.

— Какой пряник я могу предложить тем, что ушел в иной мир?

— Не знаю, с этим сам разберешься, — сказал как отрезал Бульдозер. — Зато я знаю, какой кнут ты им можешь предложить. Если уничтожить поселение-столицу в центральном гексе, развитие кластера можно начать заново, перезагрузить. И если у тебя не будет должной лояльности, ты можешь обещать строптивым управленцам, что к ним скоро придет армия темных и сравняет их сраный эльфийский город с землей, а после отстроит на этом месте другой город с более лояльными жителями или вовсе солью посыплет и уйдет.

— Аргумент, — кивнул я озадаченно.

Надо же, об этом совсем не подумал — мне казалось, что Бульдозер в виде кнута предложит что-то вроде административного давления на родственников реинкарнантов здесь на Земле, а оказалась буквально история соперничества Рима и Карфагена.

— Так что, ты готов попробовать? — спросил Воропаев.

— Что? — отвлекся я от мыслей. — А, так да, конечно. Или у меня выбор есть?

Воропаев отвечать не стал, просто нахмурился с тяжелым вздохом.