Чтение онлайн

Мне нравятся местные условности — здесь оружие в руках как-то само работает не ниже определенного уровня, так что попаданий большинство. Да и физика в этом мире все же отличается из-за воздействия магии — массивные, почти двухметрового роста фигуры отлетали и падали словно кегли в боулинге при касании тяжелого шара.

Довольно неожиданно один из гноллов оказался шаманом — что-то взвыв, он поставил рядом с собой два тотема, отчего сразу вокруг него возникла защитная полусфера. Я уже хотел бежать ближе, чтобы разбить ее глефой, но в шамана прилетело сразу три стрелы, оставляя за собой серебристые росчерки. Усиленные слезой Элуны, Варрон говорил, что выдавал дозорным несколько таких. Магические стрелы легко преодолели выставленную защиту, и шаман закончил камлание на середине воя со стрелой в лобастой башке.

Выставленные тотемы взорвались с гулким хлопком, рычание и лай сменились булькающими хрипами, свист стрел прекратился. Еще немного и наступила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев. До меня не добежала ни одна человекособака, все гноллы легли компактно на расстоянии метрах в тридцати.

Раздался голос раздающего команды Рози — он отправлял двух бойцов к Лизе на наблюдательный пункт, узнать не вышла ли из лагеря следующая группа. Не договорил даже, осекся на полуслове — из земли на месте гибели гноллов вдруг потянулись тонкие корни, обхватывая тела и впиваясь в них многочисленными щупальцами.

Плоть гноллов начала усыхать и распадаться — словно из нее вытягивали кровь и воду. Меньше чем через пять секунд в траве остались лежать только белеющие скелеты и немногочисленные трофеи — пояса, ожерелья из когтей, несколько грубых дубинок и подсвеченный посох шамана.

Глядя на происходящее, я только в этот момент полностью осознал, что весь лес, все вокруг по-настоящему живое. Даже возведение города, когда ожившие деревья и камни строили все сами я воспринял как фичу, а вот сейчас даже слегка испугался — осознание масштабов окружающего нас леса, как единого разума, впечатляли. И похоже, такие чувства сейчас были не только у меня — судя по виду многие бойцы тоже прониклись.

Рози все-таки отправил двоих наверх, откуда дали отмашку, что больше гноллов в сторону леса не выдвигается. Несколько особей еще рыскали по месту убийства вожака, но главное движение происходило в логове. Лай, суета, крики — похоже, выбирали нового лидера стаи. Под эти новости я взвалил Пьера обратно на тигра, позвал Лизу и саблезуб отправился в город — отвозить к Арине раненого.

Сам я не поехал, отправил красноволосую эльфийку — во-первых, она банально ездит на тигре быстрее. Во-вторых, если гноллы все-таки пойдут по следу, лучше с группой бойцов буду я, чем Лиза. Ну а в-третьих, Эрика будет вынуждена расспрашивать Лизу о произошедшем — и я надеюсь, это хоть как-то растопит лед между ними, вынудив начать общаться. Об этом Лизе, отправляя в город, упомянул дополнительно — дав задание сразу отправить тигра обратно, а Эрике все в подробностях рассказать про наш сегодняшний поход.

Через несколько минут после того как саблезуб с Лизой и перекинутым поперек раненым Пьером исчез вдали, бойцы закончили собирать трофеи, и мы выдвинулись в сторону города.

Настроение, несмотря на легкую победу, было очень так себе. Смарт-браслет никаких сигналов не подавал, дополнительных опций не появилось — хотя при изменении статуса города он давал знать о себе оповещением. И вот уверенно кажется мне, что нападение на нас как на дипломатическую миссию система просто не восприняла как агрессию.

Плюс только в том, что гноллы оказались вполне понятным противникам. Теперь с военным положением надежда только на северных тетеревов и ренегатов. Если же не случится, то с гноллами придется разбираться имеемым ресурсом, без дополнительных воинских специальностей и появляющейся в арсеналах экипировки.

Увеличения численности псоглавцев мне совершенно не нужно, чем их больше, тем они опаснее. И сокращать популяцию соседей нужно до конца этой недели, так что впереди еще один поход в саванну и скорая встреча с гноллами.

Уходя рано утром, в город вернуться сегодня не рассчитывал, но эльфийские эликсиры бодрости планы скорректировали. Пока мы шли опустилась темнота, но ночной лес мало отличался от дневного — просто чуть гуще полумрак, разбавленный сейчас не пробивающимся сквозь кроны солнечным, а серебристым лунным светом.

В ворота города прошли около полуночи, и нас встречали. Варрон и Арина бодрствовали, после горячих приветствий нас сразу повели к кухонному корпусу, где дежурили несколько филиппинок. Когда усталые бойцы расселись по столам, краем глаза я заметил, как из башни вышла, почти выбежала Эрика.

Судя по взволнованному виду, она собралась буквально прыгнуть мне на шею, поэтому пришлось встать так, что этому сначала помешал поднос в руках, а потом мой холодный взгляд. Мимоходом кивнув Эрике, я продолжил рассказывать Варрону об увиденном в лагере гноллов. И только договорив, вернулся вниманием к госпоже верховной жрице, предельно официальным тоном докладывая кратко о результатах похода.

Эрика слушала внимательно с бесстрастным каменным лицом, кивая в нужных местах. Но я чувствовал, что она внутренне ошарашена моим столь официальным поведением. Дослушав и поблагодарив за информацию, она степенно удалилась в башню. Закончив со ставшим сразу безвкусным ужином, я дал задание остальным быть готовыми завтра к новым подвигам и отправился следом за верховной жрицей.

Эрику обнаружил на третьем этаже, у окна. Подошел, взял за руку — едва не отдернула, глядя на меня с горьким разочарованием, но я мягко потянул за собой и усадил в кресло из корней. Сам сел рядом на широкий подлокотник, в качестве извинения поцеловал ей руку — глаза Эрики расширились, но было видно, что она не понимает происходящее.

— Здесь уже почти три сотни человек, — заговорил я негромко. — Каждый со своим мировоззрением, характером и амбициями. Скоро людей будет все больше и больше. Доверять при этом я могу только тебе и в некоторой степени Лизе. Так что, если тебе дороги наши жизнь и здоровье, даже не думай при других людях выказывать мне признаки симпатии или дружеских отношений. Официальное деловое общение, ничего больше, это реально вопрос жизни и смерти. Там, за границей, — увидев недоверчивый взгляд, показал я в сторону, — все достаточно просто. Можно выйти из леса, встретить противника и его убить. Здесь, в обществе, подобное поведение для решения проблем не подойдет.

Эрика смотрела на меня расширившимися глазами, пока отказываясь воспринимать информацию.

— Я не говорю, что кто-то из окружающих нас людей обязательно захочет сменить власть, начать саботировать приказы и прочее. Но, еще раз, здесь уже почти три сотни человек, у каждого есть характер и определенные амбиции. Я потому и сделал старшим в дозоре бывшего зэка, а главным пограничником полицейского, чтобы они быстро не сговорились против меня. Варрон — хороший человек, на первый взгляд, но ты поставишь на кон это знание, если от этого будет зависеть твоя жизнь и благополучие?

— Арина? — спросила Эрика.

— Арина давала клятву Гиппократа, у нее могут быть свои идеалы. Я ведь сегодня, по сути, отвел человека на убой, чтобы спровоцировать гноллов на атаку. И ей может быть все равно на мои мотивы размена одного бородатого эльфа на десяток ее искательниц в будущем, потому что убьют их собаки или нет это еще неизвестно, а порванный Пьер вот он лежит. Поэтому если кто-то придет к ней и скажет, что власть в городе плохая, она вполне может согласиться. И подобные аргументы могут найтись на каждого.