Чтение онлайн

Как я уже говорил в самом начале, за лоском родного дома я не был готов увидеть социальную яму на другой планете, населённой теми же представителями Homo Sapiens, что и я, и это пошатнуло мои идеалистические воззрения на качества людей нашей эпохи. Здесь я научился: с опаской смотреть наверх, проходя под строящимися (и не только) зданиями, обходить лужи, чтобы не быть обрызганным, ругаться бранными словами, в конце концов, ненавидеть людей. Я всячески отказывался верить, что это и будет тем опытом, о котором толковал Советник. Всякий раз, когда я видел что-либо непонятное: в людях, в городской архитектуре, в манерах – я обращался к Аркадию за разъяснениями. Для него мои вопросы тоже оказались неожиданными, и поначалу он усердно скрывал раздражение, видимо, видя в них издёвки, но потом убедился в моей искренней заинтересованности и отвечал спокойнее и полнее. И всякий его ответ порождал во мне целое древо новых вопросов. Надо признать: мне с ним повезло – Флакк выполнял любое моё пожелание, договаривался о встречах с нужными людьми, помогал обеспечить доступ в любое место, которое мне требовалось и, естественно, был моим гидом в этом

Так же я узнал много нового об антах, и это новое меня и удивило, и раздосадовало одновременно. Удивило тем, что на Гордиане это были вполне нормальные люди (говоря «люди», я подразумеваю представителей вида Homo Anticus – Человек Антский), с которыми можно вести вполне содержательную и вежливую беседу, а раздосадовало тем, что приходилось менять свои расовые взгляды, столь усердно подпитываемые все предыдущие годы негативным отношением к ним в столице.

Единственное, чего я действительно не мог понять, так это то, о какой параллельности идеологического курса говорил Вер при нашем знакомстве у Лициния. Либо он тогда намеренно искажал действительность (зачем?), либо он настолько оторван от народа (почему?), что не видит очевидных вещей. В любом случае, по возвращении я буду рекомендовать Правительству задать ему определённые вопросы.

…Сегодня, под конец четвёртой недели моей командировки, меня ждала центральная прокуратура – интересовал вопрос процентного соотношения совершаемых антами преступлений. И вот мы едем по мокрой улице, всё вокруг серо, и, такое ощущение, сама погода давит, заставляя людей сутулиться и, не разбирая дороги, торопиться по своим делам. Тут мой взгляд зацепился за странной конструкции здание и разношёрстную толпу людей возле него. Я повернул голову к Аркадию.

– Что это такое? Митинг, что ли, какой?

Мой спутник посмотрел, куда я указывал, и ответил:

– Это храм, люди проводят традиционное торжество в честь Непобедимого Солнца. Это достаточно интересное празднество, которое объединяет разные группы населения. Знаешь ли, среди невзгод, среди… эээ… всего прочего… ну, ты видишь, какая у нас тут погода, – пытался косноязычно донести до меня свою мысль Аркадий, подкрепляя слова размахиванием ладоней. – В общем, уставшим после работы людям нужно как-то отвлечься, и они участвуют, вот…

Я не знаю, звучало ли оправдание или сожаление в его голосе, но я сделал вид, что остался равнодушным.

– А, понятно, – а сам в очередной раз испытал шок. Я уже думал, что дно на этой планете давно достигнуто, но нет! – раздался стук снизу. Они, кажется, возрождают религию или оккультизм – не знаю, как это правильнее назвать. Но всё же не выдержал: – Это вместо искусства, что ли?

– Зря ты так, Марк, это ведь дань древним традициям, – видимо, я всё же его обидел.

– Ладно, ваше дело.

Через 10 минут мы были у прокуратуры, и я, сменив задумчивость на привычную маску непроницаемости, пошёл заниматься делами. За всё время я ни разу не испытал сложностей с получением того, о чём просил. Как правило, я представлялся начинающим госслужащим или стажёром, направленным с целью повышения квалификации или сбора материалов для научной деятельности. Лишь пару раз мне всё же пришлось подкрепить вопрос «Может быть, я чем-то смогу помочь?» известной денежной суммой. Как и наказывал Август, я запоминал этих паразитов. И один-единственный раз я не прошёл дальше порога – в Академии Гвардии. Это был центр по подготовке спецназа для дворцовой службы и принадлежал он… антам! Как пояснил Аркадий, правительство Анты на законных основаниях арендовало соответствующие площади для тренировки собственных бойцов, но где они потом служили, он уже ответить не смог. Думаю, я тогда поступил оправданно, не став упорствовать в стремлении разузнать, как возможен сам факт такого рода международных взаимоотношений.

Сейчас же я впервые встретился с таким прекрасным человеческим качеством, как принципиальность, впрочем, в моей ситуации, весьма неуместным. Средних лет секретарь, с видимым усилием оторвав взгляд от своего планшета, надменно посмотрел на меня – я давно заметил, что местным сразу бросается в глаза мой необычный внешний вид (да, я был одет гораздо лучше их: более опрятно, строго и со вкусом) – и в очередной раз поймал на себе брезгливый взгляд. Попытки донести до служащего цель моего посещения натыкались на равнодушный отказ, что постепенно выводило меня из себя. В конце концов, наш диалог завершился примерно так:

– Слушай, стажёр, проваливай отсюда пока цел! – шипел секретарь, сначала ткнув в меня пальцем, а затем указав им же на дверь. – Хватит совать свой нос в чужие дела, тебе здесь не рады.

Пффф, эти существа не перестанут меня удивлять. Я почесал лоб, облекая свою мысль в наиболее едкую форму, попутно отыскивая в планшете гиперкома контакт нужного абонента.

– Хорошо, гражданин, я уйду и позвоню вот этому человеку, – произнёс я, глядя на него с презрением и показывая экран, на котором сияло фото и подпись «Тиберий Клавдий Крисп. Секретарь Консистория». – А завтра ты и твоё руководство собираете чемоданы и летите в столицу объясняться перед Консисторием 15 . Vale. 16

За то время, что этот нахал соображал, я успел развернуться, но был остановлен касанием дрожащей руки.

– Постой, уважаемый, не надо никому звонить, сейчас всё устроим, – промямлил он. – Сразу бы сказал, что ты по поручению Правительства.

Я вновь повернулся к нему.

– Когда мне потребуется твой совет, что говорить, я обращусь отдельно. Ты знаешь, что делать, – я кивнул и жестом велел ему вести меня.

Разумеется, я в определённой степени блефовал – вряд ли Тиберий Крисп был бы воодушевлён моим звонком и кинулся мне помогать (хотя кто знает?), но на местном уровне одно лишь его упоминание просто обязано было произвести нужный эффект. Однако, полагаю, именно тогда меня и вычислили, что в скором времени принесло мне колоссальные проблемы. Дело в том, что у меня появилось подозрение, будто местная Префектура не в курсе моего визита. Не сказать, что я стремился встретиться с гордианскими чиновниками, хоть с тем же Тарквинием Вером, но то, что за столько времени этого не произошло, меня порядком озадачивало. Как будто кто-то нарочно меня скрывал, старательно стирая следы моих действий.

«Изучение перечня дел, результатов правоохранительной деятельности и различной криминальной статистики (см. приложение) не выявило, на первый взгляд, каких-либо зависимостей. Уровень преступности оцениваю как высокий, процент преступлений, совершённых на Гордиане гуманоидами различных рас, составляет 44…»

…Я ехал в гостиницу, когда был уже поздний вечер, порядочно утомлённый. Флакк, как и всегда, исправно ждал, пока я делал дела, а после отвозил. С закрытыми глазами я сидел в полудрёме, стараясь при этом не заснуть. В целом, командировка оказалась не столь сложной, как предполагал я или Лициниан, нагнавший не малый страх рассказами о своём опыте, но была она до ужаса унылой и однообразной. К тому же, проблем с коммуникабельностью у меня не было никогда. Вначале было тоскливо всё время, затем тоска давала о себе знать только в нерабочее время, в рабочее же – я прям забывал обо всём и увлечённо занимался делами. Несколько дней назад в центре поинтересовались, когда я планирую завершить работу, чтобы, очевидно, подготовить маршрут и транспорт, и я вполне осознанно ответил, что считаю возвращение на тот момент нецелесообразным. В отсутствие обратной связи я совершенно не имел понятия, полезна или тщетна моя работа, и не знал, почему именно меня хотят вернуть, но чувство незавершённого дела превалировало над желанием скорее смыться домой.

У меня было несколько выходных: пару раз Аркадий вывозил меня полюбоваться живописными окрестностями (насколько они могли быть живописными в это время года), пару раз я гулял по городу, посещая местные культурные достопримечательности. И ни разу, повторюсь, я не встретился с представителями местной Префектуры, будто у Флакка не было любопытного начальства.

…Позвонила Ясна – невероятно милая и славная девушка с необычным антским именем, с которой я успел познакомиться здесь. Омут, в который меня затягивало.