Авиация великой войны
Шрифт:
В русле осуществления этих планов в конце июня происходит Томашевское сражение, а с 1 по 8 июля Красникское. 13 июля для содействия ударной группе Макензена начала свое наступление у Прасныша армейская группа Гальвица.
Русские отчаянно сопротивлялись, ведя военные действия в трудных условиях, при недостатке оружия и боеприпасов; русские батареи за неимением снарядов практически молчали, солдаты отгоняли батареи противника, выдвигая вперед группы пулеметчиков.
Что касается авиации, то здесь происходили следующие изменения.
Начиная с середины 1915 г. невооруженный самолет уже считался неполноценной боевой машиной.
На первых боевых самолетах наблюдатель сидел впереди, а летчик сзади. Тактика воздушного боя заставила изменить положение и перенести штурвал управления вперед, а пулеметную турель назад.
Для одноместного истребителя было важным, чтобы капот двигателя не мешал обзору. Сиденье пилота пришлось поднять, на фюзеляже возник так называемый горб.
Главному конструктору французской фирмы «Депердюссен» инженеру Бешеро удалось построить истребитель «СПАД», который имел вместо ферменного фюзеляжа коковый, выклеенный из тополевого шпона. Хорошие аэродинамические формы машины и двигатель «Рено» мощностью 220 л. с. позволили ей развивать скорость свыше 170 км/час!
В середине 1915 г. русским летчикам пришлось столкнуться с немецкими самолетами, стрелявшими через винт. Это были главным образом двухместные монопланы «Фоккер», представлявшие собой почти точную копию французских «Моранов».
Обхваты, передвижения и остановки русской армии при ее отступлении после прорыва германской армии у Горлице беспрерывно отслеживались германскими летчиками.
31-й германский авиаотряд достиг того, что его самолеты находились в воздухе беспрерывно с 3-х часов утра до 8-ми вечера, возвращаясь на аэродром исключительно для пополнения горючего.
Русские летчики, летавшие в основном на самолетах с толкающими винтами, поскольку только на них возможно было установить пулемет спереди, оказались фактически безоружными из-за большой мертвой зоны сзади. Большие потери в авиаотрядах ставили под угрозу срыва важнейшие военные операции и вынудили командование фронтов и армий забить тревогу. В Ставку поступали многочисленные запросы и требования.
Однако Россия, оказавшись в более стесненных условиях, возможно, вынужденно опережала противника в способах применения авиации; в этом месяце произошло одно, на первый взгляд, незначительное, но имевшее большие последствия событие. Русский летчик Солодовников провел на самолете «Ньюпор» эксперимент бомбометания с пикирования. Он попал под интенсивный обстрел наземных войск. Снарядом был поврежден винт и сорван капот двигателя. Аппарат резко перешел в пикирование. В этот момент русский летчик увидел прямо под собой германскую батарею и потянул на себя рукоятку бомбосбрасывателя. Бомба точно попала в цель, причинив большие разрушения батарее.
В этом же месяце в Галиции русский авиатор 30-го авиационного отряда Шадский, также летавший на самолете «Ньюпор», повторил подобный прием. Он обнаружил в районе Черновиц австрийский змейковый аэростат. Спикировав на цель с высоты 1200 м, Шадский тремя 16-ти-кг бомбами уничтожил аэростат, затем выровнял самолет и спланировал к русским окопам.
2 июля – Русский флот выполняет свою главную задачу – недопущение прорыва немцев в Финский залив; у острова Готланд в Балтийском море происходит морской бой между русскими и германскими крейсерами. Русские крейсера выводят из строя германский минный заградитель «Альбатрос». В бою у Готланда штаб Балтийского флота впервые применяет радио для наведения своих сил на крейсера противника; радиопеленгованием командование флота обнаруживает в районе действий русских крейсеров крейсера противника, устанавливает за ними наблюдение и наводит на них свои крейсера.
Попытки Германии большими силами флота оказать содействие приморскому флангу своих войск в Рижском заливе успеха не имели. Балтийский флот развернул действия подводных лодок в сочетании с действиями надводных кораблей по нарушению морских сообщений противника. Германцы для защиты своих военных и торговых перевозок на Балтийском море усиливают противолодочную оборону, используя для этой цели не только силы военно-морского флота, но и авиацию.
3 июля – Французский военный летчик Брокар сбивает свой первый самолет противника.
В 5 час. 20 мин. утра среди разрывов снарядов, выпускаемых французской артиллерией был замечен германский «Альбатрос», который шел в направлении Беллемантуар. Брокар на «Ньюпоре», вооруженном пулеметом, имея при себе карабин и маузер, вылетел на перехват. Он настиг германский самолет на высоте 2500 м недалеко от Компьена и с расстояния 200 м открыл огонь из пулемета. Пулемет заело.
Германский пилот, заметив атакующего француза, сделал вираж влево и дал возможность своему наблюдателю открыть огонь по нападавшему французу. В результате первых выстрелов оба крыла «Ньюпора» оказались пробиты пулями. Брокар, приблизившись к противнику на 80 м, открыл огонь из карабина. Когда обе обоймы карабина по 9 патронов в каждой кончились, Брокар начал стрелять из маузера. Однако и в маузере патроны закончились, а результат так и не был достигнут. Брокар все же не сдавался, и когда вновь приблизился к противнику на 50 м, смог, наконец, открыть огонь из пулемета. Французский летчик расстрелял всю ленту, прежде чем «Альбатрос» завалился и начал пикировать.
На высоте около 1000 м германский наблюдатель вдруг встал и поднял руки вверх, делая при этом знаки с просьбой больше не стрелять. Брокар продолжал резко снижаться вслед за «Альбатросом» до высоты 400 м. Далее французу пришлось отстать; «Альбатрос» на малой высоте выровнялся и перетянул через линию фронта на свою территорию.
4 июля – Германские летчики обнаружили отход русских войск к р. Днестр.
Русский летчик Ткачев, производя воздушную разведку в районе рек Лины и Стыри, вскрыл сосредоточение сильной ударной германской группировки.
9 июля – В России все продолжали совершенствовать смертоносный авиационный груз.
Неплохой зажигательный снаряд для метания с аэропланов удалось изготовить инженеру Голубу. Первые зажигательные бомбы изготовлялись с применением белого фосфора. Острый дефицит этого химического элемента заставил искать заменители. Военно-промышленный комитет Москвы обратился к приват-доценту Московского университета Е. И. Шпитальскому с просьбой добиться получения белого фосфора из красного. Ученый изготовил 50 авиабомб небольшого размера, не требующих фосфора. 27 июня 1915 г. они были переданы в распоряжение командира авиаотряда при 1-й армии капитана Медведева.
Испытание авиабомб в боевой обстановке дало положительные результаты.
Заведующий авиацией и воздухоплаванием в действующей армии в июле 1915 г. обратился к профессору Жуковскому с просьбой изыскать способы изготовления зажигательных снарядов малого и большого калибра. Для организации опытов ГВТУ отпустило в его распоряжение 1500 рублей. К решению задачи Жуковский привлек своих учеников: Б. Н. Юрьева, Б. С. Стечкина, В. П. Ветчинкина и др. 14 сентября 1915 г. был составлен отчет об этих испытаниях.
Турецкий фронт
15 июля – Союзная авиация бомбардировала новый авиационный турецкий лагерь, расположенный к северу от Чанака (Дарданеллы], бросая бомбы в ангары и склады с бензином. Несколькими удачными попаданиями был вызван значительный пожар.
С началом войны в Турции не было своей авиации, однако в ходе войны Германия не только сделала все для того, чтобы Турция вступила в войну на ее стороне, но позаботилась и о вооружении союзника. С начала этого года в Константинополе начал строится авиационный завод, предназначенный для ремонта и строительства самолетов. Но это было не все; самолеты доставлялись также через Болгарию в поездах под красным крестом. Таким путем в мае в Константинополь было переправлено 18 германских самолетов, в июне 4 вагона с запчастями, еще 8 самолетов и 11 вагонов с бензином. Также различными путями, часто в штатских одеждах, в Константинополь пробирались германские летчики и технический персонал. К сентябрю в Турции насчитывалось уже около 150 германских летчиков и техников.
18 июля – Русский агент полковник Антонов отправил из Парижа донесение в ГВТУ о новом способе воздушного боя, примененном французами. В донесении подчеркивалось – французская военная авиация считает лучшим средством воздушного боя одноместный самолет, «обладающий возможно большей скоростью и вооруженный пулеметом, неподвижно закрепленном на самолете. Летчик при стрельбе прицеливается самим самолетом и стреляет, не обращая внимания на вращающийся винт. Такие аэропланы сделаны Мораном для летчиков Гарро и Жильбера и Ньюпором – для Пегу».
19 июля – Гийнемер сбивает на счет эскадрильи Брокара второй самолет противника, завоевывая свою первую победу.
Гийнемер поднялся с наблюдателем Гердером для поиска германского самолета, замеченного над Кевром и настиг его над Пьеррефондом. Выпущенные из пулемета 50 пуль не достигли цели, затем пулемет заклинило. Противник скрылся в направлении Ланжа.
На обратном пути в 10 час. 15 мин. утра французские летчики заметили германский «Авиатик», направлявшийся к Суассону. Гийнемер до самого города следовал за ним, затем спикировал и зашел сзади и чуть ниже германца, в его мертвом воздушном конусе. Гердер, успевший наладить пулемет, с 50 м открыл огонь. Наблюдатель с германского самолета ответил огнем из карабина. Одна из пуль попала Гердеру в правую руку, а вторая пробила шлем, едва не задев голову. Следующей очередью Гердера, германский летчик, по всей видимости, был убит. Германский наблюдатель поднял руки вверх, однако в следующий момент «Авиатик» загорелся, стал падать и развалился прямо в воздухе. На часах было 10 час. 25 мин.
В следующий момент по французским летчикам ударила германская артиллерия. Гийнемер поспешил к своей территории, однако из-за повреждений самолета до аэродрома не дотянул и посадил самолет в поле. При посадке самолет врезался в стог сена и сломал винт.