Чтение онлайн

Правда, сказались в этом не только усилия германских асов, но и неравноценная выучка летного состава (большое количество новобранцев] и неотработанность взаимодействия отдельных групп и одиночных самолетов.

Непосредственное сопровождение бомбардировщиков и окаймление района их боевых действий барражирующими истребительными группами оказалось неэффективным. Четыре английские бомбардировочные эскадрильи, наносившие в этот день сосредоточенный бомбовый удар, подверглись безнаказанному нападению германских истребителей, потому что 50 английских истребителей сопровождения и 74 английских истребителя, патрулировавшие воздух, просто потеряли свои бомбардировщики из виду.

Союзники, небывалое дело, начинают нести неоправданные боевые потери из-за избытка сил. Командование еще не способно четко организовать такую массу одновременно действующих самолетов.

На своем боевом самолете SVA.5 летает над Видином (Северная Болгария] славный военный летчик Габриеле д’Аннунцио и разбрасывает листовки с воззванием об окончании войны.

10 августа – Французское наступление продолжает развиваться, в наступление переходит 3-я французская армия. Французы продолжают продвигаться вперед.

11 августа – В ночь германский воздушный крейсер № 43 отправился бомбить Дюллен (25 км за линией фронта] и с задания не вернулся. Большая группа «Гота» вполне успешно атаковала Этапль, расположенный неподалеку от Булони.

Одиночный самолет из эскадрильи Лафайета летал в немецких тылах и внезапно подвергся нападению семи немецких самолетов, однако смог уйти.

12 августа – В ночь германский воздушный крейсер № 52 отправился бомбардировать расположенный в 50-ти км за линией фронта небольшой городок Бове. Ввиду отсутствия противовоздушной обороны городка, крейсер успешно отбомбился, однако, на обратном пути потерпел катастрофу и сгорел; весь экипаж (командир и 4 пилота] погибли.

13 августа – Французское наступление, наткнувшись на сильное сопротивление германских войск, застопорилось.

14 августа – В Германии в Спа состоялся государственный совет, решивший приступить к мирным переговорам.

Фонк сразил три немецких самолета в одном лобовом заходе за десять секунд. Его жертвы упали на расстоянии около 100 метров друг от друга.

К этому дню на счету всей истребительной группы «Аистов» было уже 652 сбитых германских самолета (из них 347 официально зарегистрированных). Однако и французские летчики несли потери; 30 пилотов погибло и 26 пропало без вести.

15 августа – Амьенская операция Антанты завершена. В итоге операции англо-французские войска продвинулись за 8 суток на глубину 23 км.

Амьенская наступательная операция является крупнейшей за всю войну по количеству применявшейся в ней техники.

Но при этом выявились недостатки в слаженности и взаимодействии различных видов авиации и особенно авиации и танков; радиосвязь была неудовлетворительной, а связь самолетов с танками посредством вымпелов не оправдала себя.

Также, несмотря на мощный моральный эффект, малоэффективными оказались и бомбардировки переправ и железнодорожных узлов из-за применения слабых бомб (не более 50 кг).

Тем не менее, ни та, ни другая сторона не собирается отдыхать.

16 августа – В ночь 10 немецких самолетов бомбардировали Францию; зенитчики истратили 924 снаряда и не добились успеха.

17 августа – 10-я французская армия переходит в наступление с задачей развить успех Амьенской операции; ее поддерживают 3-я и 1-я английские армии. Союзники последовательными и упорными ударами в последующие недели неуклонно теснят германцев, заставляя германский штаб отводить войска от р. Скарп до р. Вель – на позиции Зигфрида.

18 августа – Вновь добивается победы Фонк. Этот день замечателен тем, что за год, с 18 августа 1917 г. до сего дня, Фонк одержал ровно 50 побед.

19 августа – Возвращается к боевой работе замечательный германский летчик Удет.

Удет: «Все предшествующие дни английские самолеты огневой поддержки ежедневно штурмовали наши позиции. Каждый вечер с восьми до девяти часов два „Сопвич Кемела“ сбрасывают листовки. Кто-то показывает мне одну из них. У листовки черно-красно-желтая кайма. Дезертиры призывают солдат в окопах последовать их примеру. „С восьми до девяти, говорите?“ – Я сливаю немного горючего с самолетов моих товарищей и взлетаю. Солнце совсем низко на западе, оно окаймляет облака бледно-золотым. К югу от Фукокура я встречаю двоих. Один тут же летит на запад, другой остается и продолжает сбрасывать листовки. Мы маневрируем. На своем маленьком и более легком самолете он может делать более крутые виражи, чем я на тяжелом – „Фоккерс D VII“. Но я держусь за ним. Он пытается сбросить меня с хвоста и начинает петлю на высоте всего ста метров. Я следую за ним по пятам и в верхней точке петли чувствую легкий удар, а когда снова смотрю вниз, то вижу, как он с трудом выбирается из-под обломков своего самолета. Немецкие солдаты берут его в плен. Я не знаю, что произошло. Наверное, я протаранил его, когда пролетал над ним. Сегодня это уже мой третий полет. На часах 8:40».

20 августа – Сброшено 6 бомб на Восточную станцию в Тионвиле, 2 из них не разорвались, 1 разрушила железнодорожные пути.

В истребительной группе «Аистов» появляется легендарный Гарро, бежавший из германского плена, в который он попал еще весной 1915 г. Легендарный летчик вновь начинает учиться летать, поскольку техника за это время ушла далеко вперед. Обучает его командир эскадрильи капитан де Севен. Гарро летает в очках по причине плохого зрения.

Гарро обучается не только у де Севена; с ним обсуждает проблемы современного воздушного боя Фонк, который советует Гарро подниматься повыше, на высоту 6000 м и искать врага там.

– А если противник будет летать на 2000 м, вы будете его атаковать или нет?

– Если он летает у себя, за своими линиями, то с ним не надо связываться. Нужно искать, начиная с 4–4,5 тысяч метров, так как это самолеты-разведчики, и маневрировать таким образом, чтобы заманить их за свои линии, а затем отрезать путь к отступлению.

Удет: «С каждым днем воевать все тяжелее. Когда взлетает один наш самолет, с той стороны поднимается в воздух пять. И когда один из них падает рядом с нами, мы набрасываемся на него и снимаем все что можно, потому что нам никогда не хватает таких замечательных инструментов, сияющих никелем и медью. Этому изобилию мы не можем противопоставить ничего, кроме нашего чувства долга и четырехлетнего опыта. Каждый взлет означает непременный воздушный бой, а мы взлетаем часто. С третьего по двадцать пятое августа я сбиваю двадцать самолетов противника. На одном из мертвых найден мой портрет, вырезанный из газеты с надписью: „Ас из асов“. Капитан мертв и у меня теперь – самый большой счет. Вечером восьмого числа приходит приказ всем исправным машинам переместиться выше по течению Соммы. Здесь англичане уже несколько дней накапливаются для прорыва. Ситуация становится для нас критической. Четырьмя четверками, как хищные птицы мы летим на север».

22 августа – В ночь наблюдалась повышенная активность германской бомбардировочной авиации. Многие летчики за одну ночь совершили по 6 нападений.

Удет: «Взволнованный голос в телефонной трубке: „У нас только что сбиты два аэростата. Вражеская эскадрилья все еще кружит над нашими позициями“. Мы тотчас взлетаем и направляемся к Брийе на высоте около 1000 м. Под нами цепь немецких аэростатов, прямо над нами – британская эскадрилья, пять SE-5. Мы остаемся под ними и ждем их следующей атаки. Но они медлят и, похоже, избегают боя. Неожиданно один из них стрелой проносится мимо меня по направлению к аэростатам. Я иду за ним. Это их командир. Я вижу узкий вымпел на боку. Я иду вниз, вниз, вниз. Ветер свистит в ветровом щитке. Я должен настигнуть его, не дать ему подойти к аэростатам. Слишком поздно! Тень его самолета проносится по туго натянутой коже аэростата, как рыба по мелководью. Наружу выбивается маленький голубоватый язычок пламени и медленно ползет по боку. В следующий момент фонтан огня выбрасывается там, где всего лишь мгновение назад желто-золотой мешок плыл в шелковистом солнечном сиянии… Солдаты, обслуживавшие кабель аэростата разбегаются в разные стороны, но SE-5 уже выровнялся и несется на запад над самой землей. Он так низко, что машина сливается со своей тенью. Но я уже повис на его хвосте и начинается дикая гонка всего в трех метрах над землей. Мы перепрыгиваем через телеграфные столбы и огибаем деревья. Могучий прыжок над шпилем церкви в Марекуре, но я лечу за ним как приклеенный. Я не собираюсь его отпускать. Главная дорога на Аррас. Обсаженная зелеными деревьями, она тянется через ландшафт как зеленая стена. Он летит справа от деревьев, я – слева. Каждый раз, когда между деревьями разрыв, я стреляю. Вдоль дороги, на лугу, укрепилась немецкая пехота. Хотя я у него на хвосте, он начинает стрелять в них. Это его ошибка.