Автобиография йога
Шрифт:
– Уникальная пульсация жизни во всех творениях природы могла казаться лишь поэтическими образами до вашего появления, профессор! Я знал одного святого, который никогда не срывал цветы. «Зачем мне лишать этот куст роз его самолюбия из-за его красоты? Зачем мне жестоко оскорблять его достоинство грубым изъятием бутонов?» Ваши открытия буквально подтверждают его чуткие слова!
– Поэт тесно связан с истиной, в то время как ученый приближается к ней неуклюже, как к чему-то неизведанному. Приходите как-нибудь в мою лабораторию и посмотрите на четкие показания крескографа.
Рис. 9. Я в возрасте шести лет
Я с благодарностью принял приглашение и откланялся. Позже я услышал, что этот ботаник покинул Президентский колледж и планировал основать исследовательский центр в Калькутте.
Я присутствовал на церемонии открытия Института Боса. Сотни восторженных людей прогуливались по помещению. Я был очарован художественностью и духовной символикой нового храма науки. Я заметил, что его главные ворота были столетней реликвией из далекого святилища. За фонтаном в форме лотоса [56] находилась скульптура женщины с факелом, символизирующая характерное для народа Индии уважение к женщине как к бессмертной хранительнице света. В саду возвели небольшой храм, посвященный Ноумену вне рамок чувственного восприятия. На мысль о бестелесности божества наводило отсутствие какого-либо алтарного изображения.
56
Цветок лотоса – древний божественный символ в Индии. Его раскрывающиеся лепестки символизируют развитие души. Его чистая красота, произрастающая из грязи, где она зародилась, несет в себе благодатное религиозное обещание.
Рис. 10. Джагдиш Чандра Бос. Великий индийский физик, ботаник и изобретатель крескографа
Речь, произнесенная Босом по этому торжественному случаю, могла бы прозвучать из уст одного из вдохновленных древних риши:
«Сегодня я открываю этот Институт не только как исследовательский центр, но и как храм, – его благоговейная торжественность, словно невидимый плащ, окутала переполненный зал. – В ходе своих исследований я невольно оказался на границе физики и физиологии. К своему изумлению, я обнаружил, что рубежи исчезают и появляются точки соприкосновения между царствами живого и неживого. Неорганическая материя оказалась далеко не инертной, на самом деле она вибрировала под действием многочисленных сил.
Схожая реакция на раздражители, казалось, привела металлы, растения и животных к общим законам существования. Все они демонстрировали, в сущности, одни и те же проявления усталости и депрессии с возможностями восстановления и активации сил, а также устойчивую потерю реакции, которую можно назвать смертью. Преисполненный благоговения перед этим грандиозным обобщением, я с большой надеждой объявил перед Королевским обществом о результатах, полученных в ходе экспериментов. Но присутствующие на выступлении физиологи посоветовали мне ограничиться исследованиями в области физики, где я уже успешно себя зарекомендовал, а не вторгаться в их владения. Я невольно забрел во владения незнакомой мне кастовой системы и тем самым нарушил ее этикет.
В моих оппонентах также говорила бессознательная теологическая предвзятость, которая путает невежество с верой. Люди часто забывают, что Тот, кто окружил нас этой постоянно развивающейся тайной творения, также вселил в нас желание задавать вопросы и постигать знания. Долгие годы сталкиваясь с недопониманием, я пришел к осознанию того, что жизнь приверженца науки неизбежно наполнена бесконечной борьбой. Он должен отдать свою жизнь как пылкое подношение – воспринимая приобретения и потери, успех и неудачу как единое целое.
Со временем ведущие научные общества мира приняли мои теории и результаты исследований и признали важность вклада Индии в науку [57] . Может ли разум индийского народа удовлетвориться чем-то маленьким или ограниченным? Благодаря неизменно живым традициям и присущей ей способности к восстановлению эта страна прошла через многочисленные трансформации. В народе всегда появлялись те, кто отказывался от сиюминутной и заманчивой кратковременной выгоды и стремился к реализации высших идеалов в жизни – не через пассивное отречение, а через активную борьбу. Слабак, который старался избежать конфликта, ничего не приобрел, и ему не от чего отказываться. Только тот, кто боролся и одержал верх, может обогатить мир, даруя плоды своего победоносного опыта.
57
«В настоящее время только самая незначительная случайность приводит к тому, что Индия попадает в поле зрения студента американского колледжа. В восьми университетах (Гарвард, Йель, Колумбия, Принстон, Джонс Хопкинс, Пенсильвания, Чикаго и Калифорния) есть кафедры индологии или санскрита, но Индия практически не представлена на факультетах истории, философии, изобразительных искусств, политологии, социологии или любых других факультетах, где изучают сферы интеллектуального опыта, в которые, как мы видели, Индия внесла огромный вклад… Следовательно, мы полагаем, что ни один научный факультет, особенно гуманитарный, в каком-либо крупном университете не может считаться полностью оснащенным без специалиста, должным образом подготовленного по основным достижениям Индии в этой дисциплине. Мы также полагаем, что каждый колледж, который стремится подготовить своих выпускников к научной работе в мире, в котором им предстоит жить, должен иметь в своем штате ученого, компетентного в истории развития Индийской цивилизации». Это отрывок из статьи профессора У. Нормана Брауна из Пенсильванского университета, напечатанной в майском выпуске «Периодического Издания Американского совета научных обществ» за 1939 год. Этот выпуск (№ 28) содержит более 100 страниц «Базовой библиографии по индийским исследованиям».
Работа, уже проведенная в лаборатории Боса над реакцией материи, и неожиданные открытия, касающиеся жизни растений, проложили дорогу для очень обширных исследований в физике, физиологии, медицине, сельском хозяйстве и даже в психологии. Проблемы, которые до сих пор считались неразрешимыми, теперь перенесены в сферу экспериментальных исследований.
Но большого успеха нельзя добиться без высокой точности. Поэтому вашему вниманию сегодня представлен целый ряд изобретенных мной сверхчувствительных приборов и приспособлений, размещенных в футлярах в фойе. Они поведают вам о продолжительных попытках разрушить обманчивые представления и проникнуть в реальность, которая остается невидимой, о непрерывном тяжелом труде, настойчивости и находчивости, призванных преодолеть границы человеческих возможностей. Все творческие ученые знают, что истинная лаборатория – это разум, где они срывают покров иллюзий с законов истины.
Проводимые здесь лекции не будут простым пересказом чужих знаний. Они возвестят о новых открытиях, впервые продемонстрированных в этих залах. Благодаря регулярной публикации работ Института весь мир узнает о вкладе индийских ученых в науку. Их открытия станут общественным достоянием – никакого оформления патентов. Дух нашей национальной культуры требует от нас навсегда отказаться от личной выгоды, чтобы не осквернять алчностью пользу научных знаний.
Я также желаю, чтобы доступ в помещения этого Института был открыт, насколько это возможно, научным сотрудникам любых стран. В этом я пытаюсь продолжить традиции моей страны. Еще двадцать пять веков назад Индия принимала в свои древние университеты в Наланде и Таксиле ученых со всех уголков мира.
Хотя наука не принадлежит ни Востоку, ни Западу, а скорее является по своему охвату международной, Индия все же имеет все шансы внести в нее особый вклад [58] . Пылкое творческое воображение индийцев, способное создать новый порядок из массы явно противоречивых фактов, сдерживает привычка к концентрации ума, что позволяет им с бесконечным терпением сосредотачиваться на поиске истины».
Слезы выступили у меня на глазах при заключительных словах ученого. Разве «терпение» на самом деле не синоним Индии, который приводит в тупик как время, так и историков?
58
Атомная структура материи была хорошо известна древним индусам. Одной из шести систем индийской философии является Вайшешика, от санскритского корня «вишешас», что означает «неповторимость атомных элементов». Одним из выдающихся толкователей Вайшешики был Аулукья, также называемый Канада, «пожиратель атомов», родившийся около 2800 лет назад. В статье журнала «Восток-Запад» (апрель 1934 года) краткое изложение научных знаний Вайшешики дано следующим образом: «Хотя современная „атомная теория“ в целом считается новым достижением науки, она давно была блестяще изложена Канадой, „пожирателем атомов“. Санскритское слово „ану“ допустимо перевести как „атом“, в буквальном смысле этого слова на древнегреческом – „неразрезанный“ или неделимый. Также в созданном до нашей эры Трактате Вайшешики описаны (1) движение игл к магнитам, (2) циркуляция воды в растениях, (3) акаш или эфир, инертный и бесструктурный, как основа для передачи тонких сил, (4) солнечное тепло как источник всех других форм тепла, (5) тепло как причина молекулярных изменений, (6) закон гравитации, основой которого является качество, присущее атомам Земли, благодаря которому они имеют силу притяжения или нисходящего притяжения, (7) кинетическая природа всей энергии: причинная связь всегда кроется в расходовании энергии или перераспределении движения, (8) всеобщее растворение через распад атомов, (9) излучение тепловыми и световыми лучами бесконечно малых частиц, разлетающихся во всех направлениях с невообразимой скоростью (современная теория „космических лучей“), (10) относительность времени и пространства. Вайшешика приписывает происхождение мира атомам, вечным по своей природе, то есть по их основным свойствам. Считалось, что эти атомы обладают непрерывным вибрационным движением… Недавнее открытие, согласно которому атом представляет собой солнечную систему в миниатюре, не стало бы новостью для древних последователей учения Вайшешики, которые также сводили время к самому простому математическому понятию, описав наименьшую единицу времени (калу) как период, необходимый атому, чтобы преодолеть свою собственную единицу пространства».
Вскоре после церемонии открытия я вновь посетил исследовательский центр. Выдающийся ботаник, помня о своем обещании, провел меня в тихую лабораторию.
– Я прикреплю крескограф к этому папоротнику – кратность увеличения будет огромная. Если ускорить движение улитки в той же пропорции, нам покажется, что она промелькнула мимо, как экспресс-поезд!
Я с энтузиазмом припал взглядом к экрану, на котором отражался увеличенный лист папоротника. Теперь можно было отчетливо различить мельчайшие перемены в развитии: зачарованный, я наблюдал, как растение очень медленно росло. Ученый прикоснулся к кончику папоротника маленьким металлическим стержнем. Рост растения резко остановился, но жизненные ритмы возобновились, как только стержень был извлечен.