Чтение онлайн

Я обалдело оглянулся - Тверской поднялся следом и включил фонарик.

– Выруби, - попросил я.
– И не свети им перед инопланетянином. Настучит - нам несдобровать.

– А если и настучит, плевать, - проворчал Яр.
– Это их проблемы, что не доглядели. Я внимательно читал пункт три дробь тридцать девять. Там говорится, что если что-то было найдено на планете или иным другим образом попало к участникам, то виноват инспектор.

– Интересный пункт, - согласился я.
– Отмазывает нас.

– Именно, - согласился Яр.
– Кстати, у меня и плохие новости есть. Я разбил прибор, так что осталась надежда только на маячок Рика. С радиацией тоже непонятно как, так что больше я из нашего убежища ни ногой.

– Где этот сетриец то?
– уточнил я.

– Прямо, - указал Яр и тут же дернулся - кошка подкралась к нам совершенно бесшумно (я то ее слышал и решил подшутить над полковником) и издала за спиной приглушенный рык.

– Мать твою, - переведя дыхание, подвел итог Яр.
– Напугала то как, стервозина! Держи галету.

Я заметил, что руки Тверского после испуга слегка дрожат. Адреналин, приятель, что уж тут поделаешь?!

Я прошел по тропе, прорубленной Тверским, и сразу же увидел и дерево и пленника. Он лежал, распластавшись, и, кажется, ждал конца. Заслышав наши шаги, приподнялся. У него участилось дыхание, сердце колотилось как бешеное, и я отчетливо различал его биение. А, может, для него это нормальная физиология? Или у него два сердца? Не понять, бухает, словно лошадь на галопе копытами перебирает.

– Как тебя зовут?
– присаживаясь рядом, мирно спросил я.
– Кто ты?

– Я с планеты Сетра, я помощник капитана, зовут Иунозенерик, капитан погиб, - затараторил инопланетянин. Произношение у него и вправду было чудовищное.

– Антон Доров, - с достоинством представился я.
– Объединенная Земля, капитан корабля Шквал. Сейчас мы тебя освободим. Маяк остался?

– Конечно остался, - согласился сетриец.

– Доров, не делай этого, он прирежет нас ночью, пока мы будем спать, - заволновался полковник.

– Успокойся уже, а?
– с раздражением потребовал я.
– Ты ведь будешь себя вести цивилизовано, не так ли, Иуно...з... я буду называть тебя коротко, и не сочти за оскорбление, мы, люди, бываем немного диковаты.

– Ничего страшного!
– оживился пленник.
– Спасибо за великодушие, капитан.

– Мы поможем тебе, но и ты нам окажешь услугу, - продолжал говорить я.
– У тебя есть то, что нужно нам - маяк. Не пугайся, я не хочу его у тебя отобрать. Я предлагаю временный союз. Ты останешься с нами, у нас тут есть довольно безопасное убежище, а потом мы по твоему маяку выберемся с этой планеты. Признаться, она мне уже до чертиков надоела!

– Да, капитан, - согласился сетриец.

– Видишь, Тверской, мы пришли к соглашению, - усмехнулся я.

– Он скажет тебе все, что угодно, лишь бы его освободили, - заметил полковник.
– Можно подумать, ты бы поступил на его месте иначе.

– Нет, конечно, - согласился я.
– Но я бы испытывал к своим спасителям благодарность.

– Это потому, что ты дурак, Доров, - процедил Тверской.

– Зато я никогда не иду против совести, - с сарказмом сообщил я, думая о том, что совесть у меня - штука весьма избирательная.
– Ты мне поможешь поднять ствол?

Сетриец оказался каким-то замороченным. Оказалось, что ничего ему дерево не переломало, потому что у населения планеты Сетра гибкий скелет. Он бы и сам из-под дерева выбрался, да кости встали как-то не так, заклинило его, так что пленник испытывал к нам искреннюю благодарность. Поправочка - ко мне. На Твреского он косился с болезненным испугом.

Я отвел Иуно в наше убежище, потому что оставаться на поверхности было опасно, да еще рой насекомых налетел, и последние метры мы, отчаянно плюнув на все предосторожности, просто бежали сломя голову.

В закрытом помещении звон влетевшего вместе с нами гнуса казался оглушительным и действовал на нервы, но по сравнению с поверхностью тут их было по пальцам пересчитать, хотя они и пикировали, подобно летчика камикадзе в лицо и уши.

Потом полковник по второму разу выслушал историю про гибнущую планету. Ядро Сетры было настолько старо, что по каким-то причинам стало терять магнетические свойства. Траектория движения планеты вокруг местной звезды начала меняться, катаклизмы следовали один за другим. Землетрясения, жуткие извержения, отравлявшие атмосферу продуктами выбросов; изменение температуры, потому что солнце скрылось за постоянной гарью.

Всем было ясно, что планета доживает последние свои витки, и никто не мог с точностью сказать, сколько ей еще осталось: десятки лет или один единственный день.

Проводились самые передовые исследования, бурилисьскважины, в попытке понять причину и добавить катализатор, но все было безуспешно. Планета оказалась слишком стара, и каждый сетриец с рождения знал: настанет момент, когда его любимая планета стряхнет все живое со своей поверхности, и станет бесполезным куском израненной плоти в темноте космоса.

Душещипательная история, надо сказать. У Сетры была веская причина, чтобы победить в галактическом Сафари, но, если копнуть глубже, я уверен: у каждого из участников был свой повод, чтобы рискнуть жизнью. Достаточно веский повод, иначе кто пойдет на смерть?

Глава 9. Счастливое спасение

День седьмой. Планета Мэй.

Я не спал, наслаждаясь неожиданным облегчением. Жар спал, голова стала легкой, словно я отоспался и отдохнул. Биостимулятор и вправду оказался "эликсиром жизни".

Прикрыв глаза, я вслушивался в спокойное дыхание моих спутников и размышлял.

Как мы решаем, - думал я, - кому жить, а кому умереть? Как выбираем время и место? Случайно ли я застрелил тех, других, в зарослях? Одна пара представляла для нас угрозу, они напали первыми и мое убийство, таким образом, оказалось оправданным перед совестью. Я защищался.

Вторую пару я застрелил потому, что не было другого выбора. Мне нужно было лекарство.

Итак: две жизни за шанс получить инъекцию. Много это или мало? В истории мира убивали и за меньшее, но в моем случае снова вступает в игру разум, прикрывающийся вескими доводами. Уверен, любой убийца найдет себе оправдание, любой преступник мотивирует свой поступок со всей логичностью, доступной ему.