Чтение онлайн

Его графитовые глаза были серьезны.

— Рин.

Она не перестала точить лезвие, только скосила на него глаза:

— Что там, Академик? Снова кто-то из мажоров попытался съесть ядовитую жабу?

— Хуже, — Кай активировал голограмму. Над планшетом развернулась карта местности вокруг крейсера. — Группа из десяти человек покинула безопасный периметр корабля. Они вооружены плазменными винтовками, которые мы не успели заблокировать. Они двигаются на восток.

Рин перестала водить точильным камнем по металлу.

— На восток? — она нахмурилась. — На восток только джунгли и...

— И старые охотничьи угодья Слушающих Песок, — закончил Кай. — Пришельцы оставили там молодняк на сезон инициации. Мажоры пересекутся с ними через двое суток. Эти идиоты с Земли стреляют во всё, что движется. Они убьют детей.

Рин медленно поднялась. Мачете со свистом рассекло воздух, и она привычным движением вложила его в ножны за спиной. В ее янтарных глазах, ставших за два года по-настоящему волчьими, загорелся холодный, расчетливый огонь.

Она посмотрела на свои руки — сильные, покрытые мелкой вязью ритуальных татуировок из сока местных ягод, которые ей нанесли пришельцы. Затем перевела взгляд на горизонт, туда, где за стеной зеленого ада лежал разбитый корабль.

— Собираемся? — Кай уже проверял заряд в своей винтовке.

— Бери только легкую броню и парализующие гранаты, — улыбнулась Рин, поправляя пояс с оружием. — Мы не будем их убивать. Мы просто покажем "золотым мальчикам", кто настоящие хозяева этой планеты. Пора преподать элите урок хороших манер.

Капсула номер 001 находилась не в общем отсеке, а за титановой переборкой с автономным контуром питания.

Когда система жизнеобеспечения «Азур-Элит» окончательно сошла с ума и запустила экстренный протокол разморозки, трубки, питавшие эту капсулу, остались сухими. Никакого пурпурного экстракта «тишины воды». Никакого яда забвения. Только чистый медицинский адреналин и кислород.

Стекло с шипением ушло вверх.

Человек внутри открыл глаза. Они были пронзительно-синими, как лед на полюсах Земли, и абсолютно осмысленными с первой же секунды.

Лексу Ардженту было двадцать три года. По документам он числился наследником оборонного концерна, типичным представителем элиты. По факту — он был офицером спецназа службы корпоративной безопасности, прикрепленным к этому рейсу с одной задачей: в случае ЧП обеспечить сохранность генофонда и технологий.

Он сел, с хрустом разминая широкие плечи. Три года в криосне не оставили на его теле ни грамма лишнего жира — только литые мышцы, покрытые сетью мелких, старых шрамов от боевых симуляторов и реальных зачисток в нижних секторах. Он был хорош собой: резкие, хищные скулы, волевой подбородок и темные волосы, сейчас слегка влажные от крио-геля.

Лекс перекинул длинные ноги через борт капсулы, спрыгнул на металлический пол и первым делом проверил нейро-интерфейс на запястье.

Связи с Землей не было. Глухо, как в танке.

Он быстро натянул черный тактический комбинезон, защелкнул магнитные крепления тяжелых ботинок и вышел в главный трюм.

То, что он там увидел, заставило его остановиться и скептически изогнуть бровь.

Главный ангар разбитого крейсера напоминал помесь лагеря хиппи и детского сада для умственно отсталых. Человек пятьдесят парней, которых Лекс помнил по Земле как высокомерных, агрессивных ублюдков, сейчас занимались... творчеством.

Наследник платинового синдиката, Ричард, сидел на полу в позе лотоса и с блаженной улыбкой плел венок из каких-то местных лопухов. Рядом с ним сын медиа-магната сосредоточенно пытался вырезать дудочку из куска пластика.

— Эй, — рявкнул Лекс, его глубокий, командный баритон эхом разнесся по ангару.

Ричард медленно повернул голову. Его глаза были стеклянными, пустыми и невыносимо добрыми.

— Здравствуй, брат по металлическому семени, — пропел Ричард, протягивая Лексу свой кривой венок. — Ты проснулся, чтобы обнять этот мир? Лес любит нас. Хочешь ягодку? Она дарит покой.

Лекс смерил Ричарда таким взглядом, от которого на Земле люди обычно падали в обморок.

— Я хочу, чтобы ты закрыл рот, Дикки, пока я не засунул этот венок тебе в глотку, — холодно процедил Арджент. — Где экипаж? Кто командир? Почему не работает протокол эвакуации?

Ричард только радостно хихикнул.

— Оружие — это боль. Те, кто ищут боли, ушли на восход солнца. Их было десять. Они взяли громкие палки и ушли злиться в зеленые объятия. А мы остались слушать тишину.

Лекс брезгливо перешагнул через чьи-то сплетенные из травы сандалии и направился к лифту в рубку управления. Ему хватило двух минут, чтобы поставить диагноз: часть мажоров превратилась в безвольных, обдолбанных овощей. Те, кто сохранил агрессию — идиоты с винтовками — зачем-то поперлись в неизвестные джунгли. Пусть идут. Без тактики и разведки они там сдохнут через день. Лексу на них было плевать.

Его интересовало другое. Кто всё это устроил?

В рубке царил хаос, но центральный терминал работал. Лекс подключил свой офицерский дешифратор, обойдя базовую защиту, которую Кай оставил для отвода глаз.

Пальцы Лекса летали по сенсорам. Он не был инженером, но его допуски позволяли вскрыть логи черных ящиков.

Через полчаса картина начала проясняться.

— Значит, мы грохнулись. А старший инженер, сопляк по имени Кай... переписал протоколы, отрубил связь и сбежал, — Лекс читал логи, хмурясь всё сильнее. — Один.

О Рин в системе не было ни слова. Для Лекса на планете был только один разумный враг — инженер-предатель.

Но почему Кай сбежал? Почему не дождался пробуждения элиты, чтобы стать спасителем?

Лекс ввел свой высший код доступа «Омега-Красный» и углубился в личное досье Кая, скрытое под слоями корпоративного шифра.

Когда файл открылся, Лекс тихо, невесело усмехнулся.

Кай, девятнадцатилетний гений из Академии, оказался не таким уж чистым мальчиком. Официальная легенда гласила, что он выиграл грант на обслуживание крейсера.