Чтение онлайн

Но на каждого водителя, который больше всего на свете любит мчаться на скорости по трассе, когда листва и асфальт теряют свои очертания за окном, приходится убежденный противник быстрой езды, который считает ее пустым проявлением эгоизма и бессмысленной угрозой для остальных. Предрассудки смешиваются с подлинной обеспокоенностью, и отличить одно от другого бывает сложно.

Но скептики не помешали самым быстрым автомобилям мира стать еще быстрее. В 1949 году Jaguar XK120 установил рекорд по максимальной скорости среди серийных автомобилей – 200 км/ч.

Самые быстрые серийные автомобили с 1949 года

В 1968 году Ferrari 365 GTB/4 Daytona смог разогнаться до 280 км/ч. Мне тогда было семь, и это событие меня очень впечатлило. В 1993 году McLaren F1 разогнался до 356 км/ч. Одиннадцать лет никто не мог побить этот рекорд. Производители изо всех сил старались увеличить максимальную скорость своих автомобилей. Сегодня эти машины служат образцом достижений, которых удалось добиться в автомобильной отрасли.

Последние модели суперкаров и гиперкаров самые быстрые. В 2017 году в Лас-Вегасе американская компания Hennessey Special Vehicles объявила о выходе нового суперкара Venom F5. В автомобиле установлен V– образный восьмицилиндровый двигатель объемом 7,6 литра. За счет него машина должна разгоняться до 484 км/ч. Разгон до 300 км/ч займет менее 10 секунд, а до 400 км/ч – менее 20. Планируется выпустить всего 24 автомобиля, поэтому покупателей будут отбирать «очень тщательно».

Предположим, что у вас достаточно денег для покупки машины, скорость которой превышает 300 км/ч. В таком случае выбор большой: от двухместных Lamborghini Huracan, Ferrari 488 и McLaren 570s Spider с откидным верхом до четырехместных Ferrari GTC4 Lusso, Aston Martin Rapide и Bentley Flying Spur. Для тех, кто ценит выгодные сделки, есть и такой вариант: модель BMW Alpina B5 за 89 900 фунтов, которая разгоняется до 330 км/ч.

На момент написания книги самой быстрой машиной в мире считается Koenigsegg Agera RS. Автомобиль шведской марки стоит 1,5 миллиона фунтов стерлингов. В 2018 году он установил рекорд на закрытом отрезке трассы в Лас-Вегасе: максимальная скорость составила 444,6 км/ч. Технология традиционная, но при этом мощная: пятилитровый двигатель V8 с двумя турбинами может похвастаться 1341 л. с.

Суперкары и гиперкары – название не меняет сути – проявление красоты форм и удивительной мощности, предназначенное для элиты. Их популярность только растет (по крайней мере, среди обеспеченных автолюбителей). За последние годы продажи суперкаров возросли. Это связано с тем, что в мире все больше увеличивается разрыв между бедными и богатыми. Представители второй группы хотят продемонстрировать свое состояние с помощью чего-то быстрого. Но переживут ли автомобили то время, когда проблемы экологии и безопасности выходят на первый план, а беспричинная демонстрация мощи и скорости, наоборот, порицается?

Я решил пообщаться с Саймоном Сондерсом из автомобильной компании Ariel, чтобы найти ответ на этот вопрос. Ariel получила такое название в 1999 году. Это отсылка к компании Джеймса Старли из Ковентри, который в 1870 году первым стал производить велосипеды и мотоциклы. Ariel, в первую очередь известна своей моделью Atom – невероятно легким спортивным автомобилем без крыши и окон. Он относится к машинам с самым быстрым разгоном. Конфигурация 2012 года с двигателем V8 разгонялась до 270 км/ч. Помимо этого, компания производит внедорожник Nomad, сконструированный по принципу Atom, а также «обнаженный» мотоцикл Ace с экзоскелетным дизайном.

Ярые противники говорят, что водить машины Ariel все равно что ездить на строительных лесах, но мне они всегда нравились – и как водителю, и как пассажиру. Завод Ariel расположен в городке Крукерн, графство Сомерсет, вдали от остальных производителей. И он чуть ли не трещит по швам. Внешне завод напоминает большой кирпичный фермерский дом, построенный вокруг двора. Я внимательно осмотрел светлый цех, где все лежит на своих местах. Здесь каждый работник собирает машину от начала и до конца, после чего ставит свое имя на готовый автомобиль. Атмосфера полной самоотдачи, царившая в помещении, произвела на меня впечатление.

В Ariel планируют выпустить свой суперкар – HIPERCAR. Название можно расшифровать как high-performance carbon reduction («высокоэффективное сокращение выбросов углерода»). Имя вполне подходящее, если учесть, что машина будто сошла со страниц научно-фантастической книги. Сондерс прекрасно понимает противоречия, которые связаны с суперкарами.

«Ситуация странная. Владельцы суперкаров ездят на них относительно медленно, но при этом пытаются обогнать других, стартуя со светофора, а кроме того, создают много шума. На днях к нам приезжал американец. Он спросил, где ему можно посмотреть на интересные машины. Я сказал, что лучшее место, пожалуй, – лондонский район Мэйфер. Там есть все. И Bugatti, и разные Lamborghini, и все модели Ferrari, Bentley и Rolls-Royce. В нашей стране все суперкары можно найти в столице. Я уверен, что и в других странах распределение машин такое же. В США на суперкарах ездят в Беверли-Хиллз. Автомобиль должен роскошно выглядеть, издавать характерный шум и быстро отрываться от остальных на светофорах».

Но мне кажется, что еще одна важная характеристика – отличные показатели на гоночном треке, хотя бы в теории. Все дело в престиже, максимальной скорости и времени прохождения круга.

«Производителей суперкаров оценивают по ходовым характеристикам машин. Мы стремимся к тому, чтобы журналисты и водители-испытатели проверили наши автомобили на треке. Неважно, работают они на журнал Autocar или программу Top Gear. И мы не можем отказаться, потому что отказ от проверки будет равносилен отрицательным результатам».

Сондерс переживает, что в конечном счете пузырь лопнет. Люди поймут, что такие автомобили практически невозможно использовать на полную мощь. «Возьмем для примера Bugatti Chiron. Машина разгоняется приблизительно до 400 км/ч. Но кто-нибудь из владельцев Bugatti хоть раз ездил на такой скорости? Да и где это разрешено? Это техническое достижение. Снимаю шляпу перед конструкторами. Но люди же покупают машину не ради этого. Они ездят по городу и показывают окружающим, что у них крутой автомобиль», – говорит Саймон.

Сондерс боится, что покупатели потеряют интерес к суперкарам, особенно сейчас, когда их стало так много. Ведь ездить на низких скоростях скучно.

«Недавно мы пошли на день испытаний и посмотрели на множество суперкаров. Звучит так, будто нам пришлось потрудиться! Но мы очень расстроились. Ferrari и Lamborghini стали гораздо лучше и надежнее. Их стало проще водить. Все Ferrari конструируют, собирают, а затем проверяют на трассе Фьорано. Машина хорошо покажет себя в Дансфолде, когда за рулем будет сидеть гонщик или журналист. Но в таких автомобилях нет души. То же самое говорят и о Porsche 911. Новые модели 911 невероятно быстрые. Но людям нравятся старые машины этой марки. Мир суперкаров полон странностей».