Чтение онлайн

Парус «Русалочьего жемчуга» поймал ветер и корабль начал медленно набирать скорость. Но тяжело нагруженный когг не мог соперничать с юрким пиратским судном. Несмотря на то, что морским разбойникам приходилось идти галсами против восточного ветра, они уверенно нагоняли торговца, взявшего курс на северо-запад, к побережью.

Видя неизбежность схватки, матросы «Русалочьего жемчуга» вооружились топорами и короткими мечами. Стрелки давно заняли места на кастлях — возвышениях на корме и носу корабля, огороженных прямоугольными деревянными зубцами, придававшими им сходство с крепостными стенами.

Принцесса обратила внимание, что ни моряки, ни лучники не пользуются доспехами. На их фоне они с рыцарем выделялись, словно черепахи среди кошек.

Усилия шкипера, лично ставшего к румпелю, лишь ненадолго отсрочили неминуемое. Вскоре пираты сумели приблизиться на расстояние выстрела. С обеих сторон полетели стрелы. Лучники «Русалочьего жемчуга» быстро и равномерно отправляли врагам поющую смерть, лишь Ук-Мак несколько выбивался из общего ритма.

Пираты прятались за круглыми щитами, защитники когга — за дубовым фальшбортом. Но оперённые вестники погибели всё равно находила добычу. Одному из стрелков «Русалочьего жемчуга» — Бринну, — стрела вонзилась в горло, когда он высунулся из-за зубца, чтобы прицелиться. Другому, Гэрину, попала в левое предплечье. Морские разбойники пострадали сильнее: четверых охранники торгового судна смогли убить и ещё троих — ранить. И если раньше пираты превосходили числом экипаж «Русалочьего жемчуга», то теперь количество людей, способных драться, на обоих кораблях примерно сравнялось.

Несмотря на потери, пираты не оставляли попыток настигнуть «Русалочий жемчуг». Преимущество в скорости позволило им до предела сократить дистанцию. И хотя манёвры шкипера Рупа затруднили нападающим подход к коггу, несколько разбойников ухитрились метнуть абордажные крючья. Всего три достигли цели, но и те сразу обрубили матросы «Русалочьего жемчуга».

Неудача не расхолодила пиратов: дождавшись удобного момента, они повторили попытку. На сей раз гораздо большее количество железных кошек зацепилось за фальшборт когга. Дружно навалившись, разбойники потянули за привязанные к ним тросы и корабли начали сближаться. Моряки торопливо рубили верёвки, но теперь, когда суда разделяли лишь несколько локтей пустого пространства, пираты принялись кидать кошки с цепями и ловить фальшборт «Русалочьего жемчуга» длинными абордажными баграми.

С громким стуком борта кораблей соприкоснулись. Издавая радостные и угрожающие вопли, пираты полезли на палубу когга. Их встретили моряки во главе с Бутузом. Помощник Рупа начал бой, метнув тяжёлый гарпун в первого оказавшегося на борту «Русалочьего жемчуга» разбойника. Пронзённый насквозь пират заорал от боли. Повалившись набок, он с жуткими звуками бился в конвульсиях, точно рыбина на остроге.

Лучники на кастлях стреляли в пиратов, не успевших перебраться на «Русалочий жемчуг». Им удалось убить двоих, а нескольких — ранить. После стрелки присоединились к матросам, не рискнув выцеливать врагов в общей свалке.

Нападавшие не оставались в долгу. Абордажная команда первым же натиском сумела оттеснить экипаж когга от борта. Несколько матросов, истекая кровью, упали под ноги товарищам. Кто-то из раненых жалобно просил о помощи, но помочь было некому. Клинки звенели, слышались крики гнева и боли. Люди, охваченные безумием схватки, изо всех сил старались убить или покалечить друг друга, скользя на залитой кровью палубе. А с высоты мачты пиратского корабля за жуткой картиной бесстрастно наблюдал выбеленный солнцем и ветрами череп, со вставленными в глазницы золотыми монетами.

В пылу битвы никто не заметил, как окреп ветер. Сизые грозовые тучи, растекаясь, заволокли небо. Море заволновалось, сверкнула молния, пошёл дождь. Из-за усилившейся качки люди оступались и падали, но не прекращали борьбы.

Словно возмущаясь бессмысленными убийствами, водное пространство вспучилось валами больших волн. Течение и воздушные потоки дружно потащили сцепленные корабли к берегу. Суда с треском и грохотом бились бортами. Несколько тросов лопнуло. Крючья кошек с цепями начали гнуться.

Некоторые пираты поспешили на свой корабль. Другие продолжали сражаться, надеясь овладеть «Русалочьим жемчугом».

Руп, в одиночку боровшийся с румпелем, пытался развернуть когг к волнам, но у него не хватало на это сил. Оба судна по-прежнему несло на скалы, туда где бесновался гигантский зверь с седой гривой — штормовой прибой.

Шкипер что-то кричал, но его никто не слышал. На палубе царила неразбериха: люди метались взад-вперёд, кто-то сражался, многие прыгали в пенные волны.

Двигаясь чуть ли не на четвереньках, Ук-Мак отыскал принцессу. Она пыталась устоять, одной рукой обхватывая мачту, а другой сжимая меч. Ещё мгновение назад Айрин обменивалась ударами с пиратом, а потом корабль тряхнуло и противник, вопя, укатился по резко накренившейся палубе. Рыцарь чуть было не последовал за ним, когда «Русалочий жемчуг» подпрыгнул на очередной волне. Принцесса, выпустив меч, удержала Дерела, вцепившись в край нагрудника.

— Ты не ранена? — прокричал Ук-Мак.

Айрин покачала головой.

— А ты?

— Задели пару раз. Ничего серьёзного.

Беседу прервала прокатившаяся по палубе волна. Схлынув, она оставила людей откашливаться и отплёвываться.

— Кажется, нам конец, — сказал рыцарь, ощущая солёный привкус на губах. — Нас несёт на камни. Я не мореход, но, по-моему, корабль обречён.

— Гибель судна — ещё не наша смерть, — упрямо отозвалась Айрин. — Прыгнем в воду, как другие. Быть может, повезёт и мы выплывем на берег.

— Не получится, — возразил Ук-Мак.

— Получится, вот увидишь. Для начала нужно избавиться от всего лишнего. Помоги снять гамбезон. Режь шнурки.

Оставив из-за сильной качки пару кровавых метин на коже девушки, рыцарь помог ей раздеться. Взяв меч, Айрин перерезала ремни, удерживавшие панцирь Дерела.

— Нам нужно что-нибудь плавучее, что позволит держаться на поверхности, — крикнула Айрин.

— В твоей каюте есть стол. Ещё на палубе бочонки из-под воды.

— Да! Это подойдёт.

Цепляясь за парусину и верёвки, удерживающие груз, рыцарь с принцессой перебрались к кормовой надстройке. На «Русалочьем жемчуге» уже почти никого не было, лишь у носового кастля виднелась пара фигур. По блестящей от воды палубе перекатывались тела убитых моряков и пиратов.

Почти у самых дверей, ведущих в каюты в полуюте, под натянутой сетью постукивали друг о друга пустые бочонки.

— Как здорово, Дерел! — в восторге воскликнула Айрин. — Это то, что нужно!

С кормовой надстройки послышался крик.

— Займись бочонками, а я гляну, — бросил Ук-Мак.

— Нет, нельзя разделяться. Пойдём вместе.

Поддерживая друг друга, Айрин и Дерел вскарабкались на кастль.

У румпеля, впившись в полированное дерево побелевшими, похожими на обнажившиеся кости пальцами, стоял Руп. Рядом топтался помощник. Правую сторону лица Бутуза заливала кровь, текущая из глубокого разреза на голове: удар пиратского меча прошёл вскользь, отделив часть скальпа от черепа. Не обращая внимания на рану, Бутуз пытался оторвать шкипера от рулевого рычага.