Азербайджанские тюркские сказки
Шрифт:
поколотили их и выгнали из города.
Рассердившись, народ" пришел, положили кечаля в
мешок, завязали его, отнесли его на берег
моря и оставили там, чтобы затем притти
и убить кечаля.
Кечаль посмотрел и увидел, что идет какое-
то стадо. Услышав голос пастуха, он также
стал орать в мешке:
— Чего же вы хотите от меня? Не женюсь,
хоть умру, не женюсь.
Пастух услышал его голос, пришел и
спросил его, отчего он орет. Кечаль же ответил
ему, что царь насильно хочет выдать за него
свою дочь, но что он не хочет на ней жениться
и вот, чтобы насильно добиться от него
согласия, его положили в мешок.
Пастух стал его упрекать, отчего он не
женится на дочери царя и выпускает из рук
своих столько богатства. Кечаль же ответил
ему, что он не желает на ней жениться, если
же он, пастух, имеет к этому склонность, то
пусть он влезет в мешок, так как сейчас придут
люди царя, которым он и скажет, что он
согласен и пусть выдают за него дочь царя.
Согласившись на это, пастух вытащил из
мешка кечаля, сам оделся в его платье, кечалю
же дал надеть свое платье и влез в мешок.
Кечаль же крепко завязал мешок.
Спустя немного времени пришел народ и,
приняв бедного пастуха за кечаля, без всяких
разговоров бросил его в море.
Меж#у тем кечаль забрал с собой баранов
и вернулся в деревню. Когда же народ,
увидев его со стадом, спросил, где он купил этих
баранов, кечаль ответил, что когда его
бросили в воду, он увидел, что там много баранов,
и вот он, собрав их, привел с собою, что, если
они хотят, пусть пойдут и приведут себе тоже.
Часть народа, в надежде вывести из моря
баранов, пошла, бросилась в воду и, вместо того,
чтобы найти баранов, погибла.
Остальные же увидели, что с кечалем
ничего нельзя поделать, отстали от него. После
этого кечаль стал спокойно жить.
одного старика был сын с
паршой на голове. Каждый
день мальчик приносил
На деньги, вырученные от
этого, они и содержали себя.
Однажды, по случаю большого холода, кечаль
не мог пойти в лес. И в этот день они остались
голодными. На следующий день опять было
холодно. И опять кечаль не мог пойти за
дровами. Но у отца кечаля было три гуся. Поймав
одного из них, отец дал его кечалю и сказал,
чтобы он понес его на базар, там продал
его, а на вырученные деньги купил и принес
хлеба.
Когда же кечаль шел с гусем, он встретился
с жившим по соседству с ними одним богатым
человеком. И тот спросил его: —Эй, кечаль, за
сколько продашь эту курицу?
Но сколько кечаль ни говорил ему:—Это не
курица, а гусь,—сосед настаивал, что это имен*
но курица и, убедив в этом кечаля, купил у
него за пятнадцать копеек гуся и понес домой^
Кечаль же купил на пятнадцать копеек хлеба,
вернулся к себе домой, отдал хлеб отцу, а сам
вышел на улицу. Подойдя к дому, где жил
человек, которому он продал гуся, он
посмотрел через дверь и услышал, что он говорит
своему повару:
— Зарежь этого гуся и приготовь хороший
плов. В полдень я пришлю из лавки одного
мальчика. Когда он придет и, став перед тобой,
поднимет палец, положи плов в посуду, а
поверх его —гуся и отдай их ему на меджмаи,
чтобы он принес его ко мне.
Сказав это, сосед опять вернулся в лавку»
Кечаль же дождался того времени, когда плов
был готов, вошел в дом и, подняв палец перед
поваром, стал дожидаться. Повар наложил плов
в посуду, поставил ее на меджмаи и, приняв
кечаля за присланного его барином, отдал ему
меджмаи с пловом. Кечаль взял меджмаи и
понес его прямо домой.
Спустя некоторое время пришел присланный
соседом мальчик, но сколько он ни стоял перед
поваром, подняв свой палец, повар не
поднимал головы и не смотрел на него. Между тем
сосед, не дождавшись мальчика в лавке и
недоумевая, куда мог деваться мальчик с
пловом, пришел наконец сам. Когда же он стал
сердиться на повара, отчего тот не прислал
ему плова, повар рассказал ему, что незадолго
перед тем какой-то мальчик с паршой на го-
лове, пришел к нему и поднял свой палец и
он, положив плов в посуду, послал его с ним.
Сосед понял, что за его хитрость кечаль
хитростью же отплатил ему и, ни слова не
сказав, вернулся в свою лавку.
ил один крестьянин.
Каждый день, когда он
приходил домой, жена
с солью. Однажды он
сказал своей жене: —
Сухой хлеб поранил мой рот,—Жена на это
сказала:—Я же не виновата, что твоя сестра,
которая живет в Багдаде, чихнула, и потому
твое богатство ветер унес—Мужу надоело так
бедствовать, и вот однажды он взял кусок
хлеба и отправился в Багдад к своей сестре.
Сестра приветливо его встретила, обняла и
сказала:—Давно тебя я не видела! —Брат
вынул хлеб из-за пазухи, положил в сторонке
и сказал:—Если бы ты меня любила, то не
согласилась бы на то, чтобы я ел сухой хлеб
и поранил себе рот,—Сестра воскликнула с