Чтение онлайн

Он проводил их в дом.

Зина вошла первой. Остановилась на пороге, обвела избу медленным, внимательным взглядом. Молчала. Потом прошлась, погладила ладонью стол, подоконник, прикоснулась к свежепобеленному косяку двери.

— Ох, — выдохнула она наконец, и это был тёплый, полный одобрения звук. — Похорошел дом-то... Ожил. Чувствуется рука.

Она заметила синие наличники. Замерла.

— Синие... — прошептала она — молодец, инвестор. Как новые.

Андрей пожал плечами:

— Да чего там. Случайно краску в сарае нашел. Синюю. Решил обновить цвет.

— Не случайно, — уверенно сказала Зина, качая головой. Улыбка тронула уголки её губ. — Ничего тут не бывает случайно. Дом сам подсказывает, если слушать. Вижу, ты начал слышать.

Она обошла всю избу, заглянула во все углы, открыла печную дверцу — будто проверяя дыхание старого друга. Потом её взгляд упал на чугунок, стоявший на загнетке.

— Каша? — удивилась она, подходя ближе. — Сам?

— Сам, — кивнул Андрей. — Учусь потихоньку.

Зина зачерпнула ложку, попробовала. Жевала не спеша, оценивая.

— С душой, — заключила она. — Не шедевр, но для начала — хорошо. Обучаемый ты, оказывается.

Андрей почувствовал неожиданную гордость от этой простой похвалы. Он провёл её к столу, где уже лежали тяжёлые ключи и сложенный договор.

Зина села на лавку. Взгляд её скользнул по ключам, по бумаге. Потом медленно поднялся на Андрея. В её глазах не было ни удивления, ни вопроса. Было тихое, усталое понимание. Как будто она ждала этого момента три недели. Как будто видела его ещё тогда, когда впервые протягивала ему эти ключи.

— Ну что, инвестор, — сказала она тихо, без тени иронии в голосе. — Дошёл?

Вопрос прозвучал так просто и прямо, что у Андрея перехватило дыхание.

— Дошёл, — ответил он так же тихо. — Дом ваш. Забирайте обратно.

Он отодвинул ключи к ней по столу. Зина не стала их сразу брать. Она положила руку на договор, потрогала шершавую бумагу.

— А я уж думала, придётся тебя выкуривать, — сказала она вдруг, и в её голосе прозвучала знакомая, чуть хрипловатая усмешка.

Андрей уставился на неё.

— Выкуривать?

— Ну да, — Зина наконец взяла ключи, сжала их в ладони. Тяжёлое железо мягко звякнуло. — Говорила Шнырю: «Давай, устрой ему чего-нибудь, чтоб прозрел побыстрее». А он: «Нет, пусть сам доходит. Так ценнее». Упертый дух, прямо как я.

Из печки донеслось обиженное фырканье:

— Я не упрямый! Я — педагог с трёхсотлетним стажем! Торопить — только портить!

Андрей обернулся к печке, потом снова посмотрел на Зину. Картинка сложилась в голове с щелчком.

— Так вы... вы с ним... заодно…разводили меня?

Зина и голос из печи ответили хором, с идеальной синхронностью:

— Воспитывали!

Андрей засмеялся. Долго. Искренне. До слёз.

— Ну вы и... педагоги, блин.

Зина похлопала его по плечу:

— Хорошие педагоги. Ты же научился. И кашу варить, и носки стирать, и с духами договариваться. Институт нервно курит в сторонке.

Андрей вытер глаза. Выдохнул.

— Только это... деньги пока не верну, — Зина сложила ключи в карман передника. — Я их Ваське одолжила. Корову покупал. Молодую, дойную. Обещал вернуть к весне.

— Не надо, — Андрей махнул рукой.

— Как не надо? Триста тысяч!

— Это как отпуск, — Андрей пожал плечами. — Люди на море тратят столько же. Остаются фотки и похмелье. А я потратил на курс по жизни. С домовым, котом и воронами. ROI — бесценен.

Зина смотрела на него долго. Потом кивнула:

— Дорогой курс вышел.

— Зато эффективный. В резюме напишу: «Опыт взаимодействия с паранормальными активами. Успешно завершённый проект управления конфликтами с нематериальными стейкхолдерами».

Зина засмеялась. Встала. Погладила стол ещё раз, печку, подоконник.

— Ну ты и молодец, инвестор. Главное понял — счастье не в том, чтобы всё держать, а в том, чтобы вовремя отпускать.

Она направилась к двери. На пороге остановилась. Обернулась:

— А ты куда теперь?

Андрей пожал плечами:

— Не знаю. Может, в Москву. Но не на старое место. Не хочу быть бизнес-коучем, который учит людей инвестировать в себя, а сам не живёт.

Зина кивнула:

— Правильно. Найдёшь себе дело по душе. Вижу — найдёшь.

Пауза.

— И гостем частым будешь, — добавила она. — Приезжай, когда захочешь.

— Обещаю.

Зина вышла на крыльцо. Игнат, стоявший у забора с пустым мешком, тут же ожил:

— Ну чё, Зин? Всё?

— Всё, Игнат. Пошли домой.

Они пошли вместе. Игнат семенил рядом, что-то бубнил, Зина кивала, отвечала коротко.

Андрей смотрел им вслед.

Потом вернулся в избу.

– --

Вечер. Последний вечер в доме.

Андрей сидел у печки. Смотрел на огонь — он просочился сквозь щели дверцы, плясал рыжими бликами на стенах.

— Шнырь, — позвал он тихо.

— Слушаю, инвестор.

— Ты меня запомнишь?

Шнырь фыркнул:

— Дурак. Конечно запомню. Ты первый, кто договор подписал. Это ж в анналы войдёт.

— В какие анналы?

— Домовьи. Мы летописи ведём. Устные, конечно, но ведём. У меня там целая глава будет: «Как я городского идиота разуму учил. Успешный кейс».

Андрей засмеялся:

— Спасибо за характеристику.

— Не за что. Ты хороший идиот. Обучаемый. Это редкость.

Пауза. Треск углей. Тихий вздох дома.

— И тебе спасибо, инвестор, — Шнырь стал серьёзнее. — Ты молодец.

— За что?

— За то, что не сдался. И договор подписал. И Зине дом вернул. И кашу научился варить. Ты хороший мужик получился. Я горжусь.

Андрей молчал. Смотрел на огонь. Чувствовал, как что-то сжимается в груди.

— Спокойной ночи, Шнырь.

— И тебе, инвестор. Спи. Завтра дорога.

– --

Утро встретило его солнцем, петухами и Тимофеем Котофеичем, лежащим на капоте Range Rover'а.

Андрей вынес рюкзак. Закинул в багажник. Обошёл машину, проверяя колёса (привычка). Кот наблюдал за ним с высоты капота, как царь за суетой простолюдинов.