Чтение онлайн

Как папские грамоты IX века, так и житие Ансгария называют славянские земли в это время частью бременско-гамбургского диоцеза. Однако отсутствие сообщений о предпринятых франками в это время реальных шагах для христианизации ободритских земель – ни об основании там церквей, ни даже об отсылках туда христианских миссий и проповедников, как всё это было известно для данов и шведов – указывает на то, что, несмотря на формальное принятие христианства вместе с вассальной зависимостью Рориком/Барухом, ободритские земли продолжали оставаться ещё полностью языческими. Принятие христианства в таком случае должно было быть чистой формальностью, знаком подчинения и лояльности императору франков. Скорее всего, до основания разорённому в 845 году Гамбургскому епископству, в связи с необходимостью восстановления христианства в первую очередь в самой метрополии и Нордальбингии, а также занятостью главных церковных деятелей скандинавской миссией, в это время было попросту не до ободритов. Возможно, это обстоятельство и сделало возможным установление мира между франками и ободритами почти на 10 лет.

Мир этот был прерван в 858 году, под которым Фульдские анналы снова сообщают о большом, по всей видимости, общем восстании всех зависимых от франков славян. Для подавления их Людвиг II отправил сразу три отряда: маркграфа Такульфа на восставших лужицких сербов, и двоих своих сыновей, старшего, Карломана – на моравов, а среднего, Людвига III – на отпавших в очередной раз ободритов и линонов. На рубеже 860-х у ободритов должна была произойти смена правителя. В источниках не осталось информации о том, что привело к смене правителя между 845 и 862 гг. Он мог быть убит в ходе похода Людвига 858 года, умереть своей смертью, или же, формально считаясь христианином, либо же быть смещен своими же в 858 году в ходе всеобщего славянского языческого восстания. Так или иначе, в 862 году Фульдские анналы сообщают об отпадении от франков ободритов под предводительством уже другого их князя – Табомысла. Людвиг II совершил на него поход, подавил мятеж и взял в числе заложников сына Табомысла. Следующие столкновения с ободритами известны в 867 и 889 годах. Возможно, ободриты принимали участие и в уже упоминавшемся выше нападении норманнов на Саксонию в 880 году, в ходе которого было убито много саксонской знати и 2 епископа. Хильдесхаймские анналы приписывают убийство хильдесхаймского епископа, произошедшее в ходе вышеназванного нападения на Саксонию, славянам, а не норманнам, хотя и датируют его ошибочно вместо 880-го, 875 годом. Об участии славян в нападении 880 года могут говорить и саксонские легенды, записанные как раз в округе Ильцен, неподалёку от которого находился и монастырь Эбсторф. Ниже приведём две из них (Osten 1978):

I. Камень Эльверта [10]

Когда впервые пришедшие с востока славяне, также называемые гуннами (Hunnen), великанами, язычниками или вендами, были побеждены саксами, или христианами, в великой битве на поле Циляйтц и через город Ханштедт были отброшены далеко к Эльбе и даже за неё, а их святыню – камни – привезли к первой христианской церквушке на скале в Ханштедте или Йоханисштедте, прошли долгие годы. Когда же внезапно, после того как из Ольденштедта христианизация вендской границы уже существенно продвинулась, сюда снова явилось войско язычников, разрушило церкви, в том числе и церквушку в Ханштедте, до самого основания, и вознамерилось продвинуться через Ильменау в христианские саксонские земли. Тогда один знатный саксонец или саксонский князь по имени Эльверт поспешил собрать войско и выступить навстречу неприятелю. Придя на поле возле Мере, саксы увидели приближающееся со стороны Ханштедта во многом превышающее их силы войско язычников. И видя превосходство противника, некоторые воины почувствовали, что маленькое саксонское войско проиграет. Когда князь Эльверт заметил это отчаяние, он попросил Господа подать знак, и со словами: «Так же ясно, как подковы моего коня отпечатаются на этом жертвенном камне, так же ясно пребудет с нами Бог!» – перескочил на коне через камень. И тогда стали видны следы конских подков, глубоко отпечатавшиеся на камне. Возликовало тогда маленькое войско, обрушилось на грозного противника, и, победив, заставило его отступить. Напрасно приказал Лукавый затем своей демонической рати танцевать на этом камне дьявольские танцы в Иванову ночь, чтобы стереть следы божественного чуда. Этого у него не вышло, лишь только следы копыт его нечистой братии нашли потом рядом со конскими следами, отпечатанными в камне.

II. Колокольный пруд у Ханштедта

Менее чем в двух километрах от Ханштедта, в нескольких сотнях шагов в левую сторону от нашей дороги, в поле был расположен небольшой водоём, называемый колокольным прудом. Этот маленький пруд так же, как и вышеназванный, несколько больший, был окружён кустарником… Этот колокольный пруд также имел свою легенду. Когда венды-язычники снова разрушили первую христианскую часовню на холме в Ханштедте, они украли из этой церквушки колокола и попытались увезти их по полю на запряжённой двумя белыми быками повозке. Но тут внезапно разыгралась непогода. Молния ударила в повозку, и возчик вместе со всем остальным провалились под землю. На месте этого чуда образовался колокольный пруд. В полночь Иванова дня одинокие прохожие могут услышать колокольный звон из глубины пруда, а также увидеть призрачных белых быков, пасущихся у его берега, которые, по прошествии этого часа духов, снова исчезают в глубинах вод. Однако тот, кто увидит этих животных, не должен звать их, иначе от власти злых сил его уже не спасти.

Эти предания содержат несколько сюжетов, некоторые из которых очень распространены в бывших славянских землях северо-восточной Германии. Так, в Поморье известно и практически идентичное предание о войне саксонцев и славян, лишь акценты смещены на противоположные. Захватчиками, нападающими на славян и похищающими колокола из их церкви, там выступают именно саксонцы. В целом же, сюжет совершенно идентичен и также заканчивается тем, что захватчики тонут вместе с колоколами и рассказом о том, что звон этих колоколов слышен из глубины каждый год в Иванов день (Temme 1840, Nr. 282). Другая часть предания, о чудесным образом запечатлевшихся на камне отпечатках копыт, также имеет многочисленные параллели, только уже в Саксонии, где она обычно связывается с походами Карла Великого на саксов и обращения их в христианство (Wegewitz, 1988, S. 186, 187). Учитывая это, можно скорее предположить «народное», а не «книжное» происхождение этих легенд. Время сложения самих мотивов, на которые впоследствии наплеталось всё больше деталей, в таком случае должно было прийтись на раннее средневековье, так как в преданиях славяне предстают ещё как значительная военная сила в регионе и даже как агрессоры, а не как мирные соседи немцев более поздних времён. Разумеется, нет возможности отождествить эти предания именно с событиями 880 года. Однако кажется крайне любопытным, что, в то время, как франкские летописцы не особенно стремились различать нападавших на Саксонию язычников, называя их по обыкновению язычниками или норманнами, в самой народной памяти саксов именно славяне запомнились, как нападавшие на саксов-христиан язычники. Такая картина наблюдается уже в средневековье (Хильдесхаймские анналы) и прослеживается через позднее Средневековье (Сказание об эбсторфских мучениках) до приведённых выше легенд, записанных у саксонских крестьян уже в XIX веке.

Начавшееся в 817 году и продлившиеся весь IX век противостояние ободритов и франков продолжились и в X веке, перейдя в противостояние ободритов и саксов. Очередная попытка заключения мира в 895 году не принесла результатов, и следующие нападения ободритов на Нордальбингию известны под 900 и 920 гг. Адам Бременский указывает, что славяне при этом снова действовали в союзе с данами (Адам, I, 55). В 915 году ободритами снова был разрушен Гамбург (Адам, I, 52). Кведлинбургские анналы сообщают о подчинении немецким королём Генрихом I Птицеловом ободритов и вильцев в 931 году. Видукинд Корвейский относит подчинение ободритов Генрихом к более раннему времени, ещё до поражения славян у столицы линонов Ленцен на Эльбе, то есть, до 929/930 года, однако, исходя из общего хода событий, более вероятным кажется подчинение ободритов после этой битвы. В современной историографии за дату подчинения ободритов Генрихом обычно принимается 931 или 934 гг. Эти события, ставшие первым значительным успехом саксов по подчинению южнобалтийских славян, имели свою предысторию.

В VIII – начале IX вв. к востоку от ободритских земель существовал большой и сильный союз славянских племён, известный как союз велетов или вильцев. В конце VIII века велетами контролировались территории к востоку от Эльбы, на севере доходящие до морского побережья, а на юге до реки Гаволы в районе современных городов Бранденбург и Берлин, гранича на юге с сербами. Как и было отмечено выше, события второй половины IX и самого начала X веков, происходившие в славянских землях к северу и востоку от Эльбы, отразились в источниках лишь фрагментарно и не позволяют детально реконструировать события тех лет. Несмотря на постоянные войны саксов и франков с ободритами и велетами, до подчинения этих земель немцами было ещё очень далеко. Вместе с тем, в собственно славянских землях в это время должны были произойти какие-то очень значительные события, повлекшие за собой существенные изменения. По какой-то причине большой союз велетских племён прекращает своё существование к концу IX века, распадаясь на южновелетские племена, подконтрольные князьям, правившим в крепости Бранденбург на реке Гаволе и северный союз велетских племён, в последующем известный как союз четырёх племён (хижан, чрезпенян, толлензян и редариев) лютичей. В начале X века саксы начинают проводить более осмысленную и планомерную политику, нацеленную на пошаговое завоевание всех славянских земель к востоку и северу от Эльбы. Подчинив в 928/929 годах находящиеся к югу от реки Гаволы отдельные славянские племена далеминцев и гаволян, саксонские войска двигаются дальше на север, где у города Ленцен на Эльбе в 929 году наносят сильное поражение войскам северных велетов, открывая себе путь в ободритские земли. В 931 или 934 году войска Генриха I наносят поражение ободритам, однако закрепиться на юге Балтики им тогда не удаётся.

«В это время поднялись ободриты, уничтожили наше войско и убили самого его предводителя по имени Гайка, – то король поэтому часто сам водил против них войско, которое во многих [сражениях] нанесло им ущерб, поражение и довело их до крайнего несчастья. Тем не менее они предпочитали войну, а не мир и пренебрегали любым бедствием ради дорогой свободы. Ибо это такой род людей: грубых, способных переносить лишения, привыкших к самой скудной пище, и то, что для наших обычно представляется тяжелым бременем, славяне считают неким удовольствием. В самом деле, прошло много дней, а они сражались с переменным успехом, те ради славы, за великую и обширную державу, эти за свободу, против угрозы величайшего рабства» (Видукинд, II, 20).

Это оценка боевого духа ободритов, являющаяся, по сути, первой формулировкой известной русской поговорки «что русскому хорошо, то немцу смерть» в немецком её варианте, тем более ценна, что оставлена хронистом, известным своими оценками исторических событий, возносящими и оправдывающими саксонские войны и правителей и стремившимися унизить и показать варварами славян.

Окончательному успеху в подчинении славян саксами способствовала смена тактики. По всей видимости, ещё во время взятия Бранденбурга в 928/929 гг. Генрих I пленил и заточил в темницу одного из велетских князей – Тугумира. Неизвестно, был ли такой выбор обоснован известностью Генриху слабого характера Тугумира, или же это выяснилось уже в заключении, но так или иначе, будучи в плену, Тугумир согласился предать свои земли во власть Генриха в обмен на свободу и некую денежную сумму. В тоже время ставленник Генриха в восточной марке, Геро, заманил около 30 славянских князей на пир, где, напоив, убил их всех (Видукинд, II, 21). Из имевших право на власть в южновелетских землях в живых теперь оставались лишь предатель Тугумир и его племянник. Тугумир был освобождён. Прибыв в свою столицу Бранденбург, он представил своё появление в городе как побег из немецкого плена и был возведён ничего не подозревающими и поверившими ему горожанами на княжеский престол. Пригласив в Бранденбург своего племянника, Тугумир поступил по той же схеме, что и маркграф Геро чуть ранее – «убил его хитростью», как сообщает Видукинд Корвейский. После чего, около 940 года передал все южно-велетские между реками Одрой на востоке, Эльбой на западе, Спреей и Гаволой на юге и Укрой на севере Генриху I. Решающее сражение между ободритами и саксами произошло в 955 году на реке Раксе (Ви-дукинд, III, 53), по всей видимости тождественной современной реке Рекниц в Мекленбурге. Ободритскими войсками командовали князья-братья Након и Стойгнев (Титмар, II, 12). Об участии в битве князей северных велетов не сообщается, однако можно предположить участие, по крайней мере, хижан, проживавших между реками Варнов и Рекниц на стороне ободритов. На стороне саксов в битве принимали участие рюгенские славяне, бывшие проводниками немецких войск. Они помогли вывести саксонскую конницу незаметно для ободритов первыми на поле боя, так что она оказалась противопоставлена утомлённым переходом ободритским пехотинцам, в то время как конница Стойгнева не успела подойти. Этим итог битвы был решён – ободритское войско было разбито, а сам Стойгнев пойман и обезглавлен. Такая же судьба постигла на следующее утро и 700 не убитых на поле боя и взятых в плен ободритских воинов (Видукинд III, 53–55).

О дальнейшей судьбе Накона известно не много. В X веке его княжество должно было быть очень значительным. Кроме хроники Видукинда Корвейского, упоминания о нём известны также и из хроники Титмара Мерзебургского. Еврейский купец Ибрагим-ибн-Якуб, посетивший государство Накона во время своей поездке по центральной Европе, называет его в числе 4 наиболее значительных славянских правителей своего времени, наряду с чешским князем Болеславом, польским князем Мешко и не названным по имени «королём болгар» и описывает его земли, как граничащие с «мерманами», из чего можно предположить, что Накону подчинялась и Вагрия. Войсками саксов в сражении с ободритами 955 года командовал герцог Герман Биллунг. Как Видукинд Корвейский, так и Титмар Мерзебургский передают ход сражения так, что из двух ободритских князей, Накона и Стойгнева, в 955 году был убит только Стойгнев. Принимается, что поездка ибн-Якуба состоялась во второй половине X века, в 960-х годах, из чего можно заключить, что после битвы на Раксе Након оставался правителем всех ободритов, включая Вагрию, по крайней мере до этого времени. Детально проследить историю ободритских земель далее несколько сложнее. Титмар Мерзебургский, сообщает, что «Геро, маркграф Восточной марки, подчинил императорской власти Лаузиц, Сельпули, а также Мешко с его подданными. Герцог Герман сделал Селибура и Мистуи, и их людей данниками императора» (Титмар, II, (9)).

Это сообщение в его хронике носит вставочный характер и относится ко времени около или после 963 года. Видукинд также сообщает о подчинении Германом двух ободритских князей: «Герцогу Герману подчинились два подкороля, наследовавшие от отцов взаимную вражду; одни [из них] назывался Селибур, другой – Мистов. Селибур стоял во главе варов, Мистов во главе ободритов. Они часто обвиняли друг друга, [наконец] Селибура признали виновным, и герцог присудил его [к уплате] 15 талантов серебра. [Селибур] тяжело воспринял приговор [и] был вынужден поднять оружие против герцога» (Видукинд, III, 68).