Чтение онлайн

О аллах! Пошли мне еще какое-нибудь решение. Подскажи мне выход!.

Араб отвлекся от своих размышлений. Его внимание привлекло что-то странное, торчавшее на ушах белого. Какие-то черные круглые чашечки. И это, блестящее и круглое, мелькавшее в небе, тоже отвлекало внимание. Что это? Оно будто живое, носится над нами и даже чуть слышно сопит.

Дик устало откинулся на мешок. В миниатюрных наушниках-радиостанциях стоял треск, врывался разговор комментатора телекомпании Эр-би-си, какая-то музыка. Дик никак не мог понять, почему же молчит Хименс. Он же должен видеть, в какой переплет они попали с арабом. Да и зависший над ними телерс передает туда изображение. А где же второй? Где-то носится над фашистами. Оттуда доносится беспорядочная стрельба. По-видимому, стреляют по тому телерсу, кретины. А этот вон опускается еще ниже, завращал объективами. Тоже ему любопытно увидеть, как меня здесь прикончат эти ублюдки.

И ему тоже почему-то вдруг захотелось направить пулемет на телерс и выпустить по нему очередь. Ведь он надеялся получить от этого летающего телеробота какую-нибудь помощь. Но где же она? И как бы сообщить профессору, что им с арабом нужны патроны. И еще, не мешало бы передать людям «Дже» координаты, где спрятаны интересующие их материалы на Ральфа Хилдбера. Тоже, конечно, сейчас, наблюдают эту комедию, за животы берутся, помирают со смеху. Как же, «Лорд» устроил небольшое военное шоу…

Красная физиономия комментатора Брюса Дженки снова заполнила собой весь экран.

— Как вы видели, леди и джентльмены, разыскиваемый полицией Дик Ричардсон сражается сейчас в песках Африки! Да, дорогие мои соотечественники, вы не ослышались — в песках Африки! Наша передача ведется не из студии Голливуда, как многие из вас подумали, а прямо с места событий! Вот она, сенсация века! Смотрите же, леди и джентльмены! Впервые в мире телекомпания Эр-би-си ведет репортаж из прошлого века! Это пустыня Сахара! Год — 1942! Солдаты экспедиционного корпуса известного генерал-фельдмаршала Э. Роммеля штурмуют эту высотку, которую удерживает наш, что ни на есть, простой, обычный парень! Да, ему не повезло малость. Они штурмуют ее уже более тридцати минут!.. А теперь уступаю экран нашим телерсам. Кто знает, чем закончится это сражение. Возможно, Ричардсон и погибнет. Тогда вопрос о его поимке разрешается сам собой.

Желтая пустыня внизу. Вверху голубое небо. Опять пустыня, мешки, полуразрушенное какое-то укрепление, два человека, один полураздетый с перевязанной чем-то белым головой. Второй вытянулся на животе у пулемета. Тоже уже полураздетый. Голая спина блестит от пота. А там, в стороне, зеленые солдатики перебежками приближаются к этой высотке. Человек за пулеметом не стреляет, он выжидает, медлит. Вот он поднял лицо к телерсу, что-то злобно орет, скаля зубы, тычет пальцем в какую-то пустую деревянную коробку, трясет затем в воздухе какой-то металлической лентой. Увеличили громкость, и из динамиков телевизоров неистово раздалось:

— Патроны!.. Патроны давайте!.. Скорее, Хименс!

Телерс опять подал крупным планом пустую коробку, — потом выдал на экран глаза преступника, бешеные, затуманенные, злые. Казалось, не человек, воспитанный и цивилизованный глядит на вас, а какое-то доисторическое животное, почувствовавшее, что ему грозит верная гибель. И вот оно, это животное, в отчаянии взывает к нам, просит, требует, чтобы ему помогли. Такой, без сомнения, и убить может, совершить преступление, недаром же он скрывается от полиции в какой-то там Африке в какие-то там далекие времена.

Крик звучит в динамиках, крик отчаяния, бессвязная речь, порой и непристойная ругань. К счастью, этот Ричардсон вскоре затихает, снова поворачивается к своему пулемету, смотрит на приближающихся к нему солдат с расстегнутыми рубашками.

Преступник снова резко поворачивается к летавшему низко телерсу, и опять же лицо его вызывает отталкивающее впечатление, перекошенное не то от злобы, не то со страху. Он что-то опять кричит, но, слава богу, телекомментатор убирает звук.

— Леди и джентльмены! Это захватывающее зрелище происходит у вас на глазах. Для вас оно так же реально, как и для этого парня, для сотрудника лаборатории профессора Хименса. От вашего имени — я возьму на себя такую ответственность — передаю ему следующие слова:

«Мы рады за вас, мистер Ричардсон! Вы не струсили в данной ситуации! Вы настоящий мужчина Америки! И я не солгу, не преувеличу, если скажу, что вся Америка желает вам выбраться из этой новой западни, в которую вы снова угодили».

Брюс сделал nayзy, вытянул трубочкой губы:

— Удивительно, леди и джентльмены, как это получается. Есть же на свете такие у нас люди, которым часто не везет. Они… — он почему-то скривился, поморщился, голос его стал глохнуть, кто-то его глушил, перебивал.

Вдруг послышался чей-то другой голос, хрипловатый. Кто-то, видимо, взял на себя управление телепередачей.

— Заткнитесь там, на телестудии Эр-би-си! Заткнитесь на тридцать секунд! Это говорю я, Грегори Волкер, круглик из лаборатории Перри Хименса!

— Но… позвольте… я протестую, я… — Брюс Дженки открывал и закрывал рот, но Волкер, уловив его шоковое состояние, уже полностью вклинился в передачу.

— Слушай, Дик! Этот трепач из Эр-би-си тебе ничем не поможет! Это говорю я, Грегори Волкер! Продержись еще пять минут! Эдкок уже взялся за это дело!

— Я понял тебя, Грегори. Постараюсь продержаться. Но эти ублюдки, — прошипел тихо Дик, так тихо, что вся Америка могла услышать — эти подонки, эти педерасты прут на высотку уже сорок минут! У нас нет патронов! Хотя бы одну ленту, Грегори! Одну, образца где-то 1940 года, для пулемета системы Браунинг!.. И почему вы меня не перебросите в другое место? Чем там занят Хименс?

— Дик, Тони уже везет патроны! Он достал их! Достал! Его машина внизу. У нас сломался координатор пространств. Джойс устраняет поломки!.. Дик! Осторожно! Эти свиньи обходят вас справа!.. Что с арабом?

— Я их вижу, Грегори. Нас им пока не взять. Араб ранен в голову. Уже очухался. Его нельзя оставлять здесь!..

Профессор сидел недоволен, мрачен. Он лихорадочно думал, как выпутаться из этой истории, боялся взглянуть на Кэти. Выходка такого всегда сдержанного и благоразумного сотрудника, выходка Грегори Волкера, ему не понравилась. Но он в то же время понимал, что тот и не мог поступить иначе. Вот только мог бы быть чуточку посдержаннее, повежливее. И надо же такому случиться? Заклинило пространственный координатор. А все это его, я так это не оставлю, этого полисмена, шуточки. Но и Дик тоже хорош! Нет бы обойти стороной араба, так вмешался в его дела. Мало ему своих забот, мало ему авантюрных приключений в Гаррисберге! Да и чего вмешиваться-то? История уже давно сделана. И пусть там, в прошлом, арабы сами решают свои проблемы. Может быть, резонно сдаться ему в плен?… Но пойдет ли на это Ричардсон?…

Вбежал запыхавшийся Тони Эдкок с портфелем, извлек из него две ленты с патронами и тут же опустил в капсулу. Бранту не нужно было отдавать приказы. И Волкеру тоже. Они делали свое дело точно, аккуратно. Брант сверил с ЭВМ режим работы ГМП, та подтвердила все параметры. Волкер следил за накопляемой энергией. И когда стрелка коснулась требуемой цифры, нажал на кнопку и тут же снял блокировку сигналов телекомпании Эр-би-си.

Тевид на столике трещал звонком уже минуты две, не переставая. Никто не подходил к нему. Хименс знал, что могут последовать санкции концерна «Реклама и бизнес», но его теперь этим уже не запугаешь. В душе он был все же чуть-чуть доволен происходящим. Реклама их изобретения, реклама достижений фирмы «Хименс и Электроника», шла полным ходом. Телекомпания Эр-би-си зарабатывала миллионы. Но и они уже могли подсчитывать дивиденды. Телетайпы отстукивали запросы ряда организаций, предложения на заключение выгодных контрактов. Уже запахло миллионными, а то и миллиардными прибылями.