Чтение онлайн

В киношном «Антикиллере» был Крест. И в Иркутске есть свой Крест по имени Назаров Андрей. Откинувшись и насмотревшись, чем заканчиваются разногласия со Скрипой, он временно затих, разрешая спорные вопросы уровня на порядок ниже в своем любимом кафе «Бриз». Кресты - они мудрые: и авторитет сохранил, и не бедствует, и в живых остался;

Словом, расколотил Скрипа бунтарей, и в страхе отбежали они в леса. Тюрик расспросил Скрипу о житье иркутском, а после наградил его подарками. Нельзя сказать, чтобы, Скрипе это затмило разум. Он прекрасно помнил, как Пэрш получил назначение в Москву после того как в свой день рождения был застрелен любимец братских - Гамерник [103] . Все правильно: в мутной воде акулы ещё опасней.

А потом количество собранных оперативных материалов в отношении братских наконец перешло в качество и в Иркутске оперативники УБОПа и ФСБ Иркутской области арестовали Скрипника, а вместе с ним целую группу товарищей. Всем им было предъявлено обвинение в создании преступного сообщества и вооруженной устойчивой группы, а также в многочисленных делишках попроще, как то: вымогательства, грабежи, разбои и убийства. В конечном итоге материалы этого дела составили порядка шестидесяти томов, в которых фигурировали два десятка потерпевших и более сотни свидетелей.

Самым громким, пожалуй, стал эпизод о вымогательстве полутора миллионов долларов у крупного сибирского бизнесмена Светлова. Тот платить отказался и вскоре пропал. Дело приостановили. А затем в Иркутске были задержаны братские стрелки, по показаниям которых труп Светлова было найден в тайге. Скрипнику же вменяется и организация расстрела Паши Киселя, когда вместе с ним погибли ещё семь человек.

Как сообщали газеты, за время следствия в СИЗО повесились двое из задержанных, которые начали давать показания, в Том числе и против Скрипника. Их адвокаты обвинили в смерти своих подзащитных оперативников и следователей прокуратуры, завалив жалобами Генпрокуратуру, ГУБОП и ГУСБ. «Их цель - отвести все подозрения от Скрипника, поэтому они пытаются доказать, что все показания их клиенты давали под давлением следствия», - писали «Аргументы и факты», ссылаясь на своего источника в Иркутской прокуратуре. Странная это была история. Взять хотя бы тот факт, что перед смертью один из погибших написал письмо, в котором просил руководство изолятора не переводить его (по требованию его же адвоката!) в одиночную камеру. Но защита тогда настояла на своем, и через несколько дней парня нашли в одиночке повешенным [104] . Кстати, о защите: защитником самого Скрипника на процессе выступил известный адвокат, вице-президент Фонда развития политических и избирательных технологий «Практика» Сергей Беляк между прочим, личный адвокат Владимира Вольфовича Жириновского). А интересы ещё одного из обвиняемых - некоего Зырянова (следствие считало, что именно он подвозил к месту киллеров, расстрелявших Павла Киселева) взялся защищать депутат Государственной Думы РФ от ЛДПР от Иркутской области Николай Курьянович. Примечательно, что господин Курьянович в самом начале процесса заявил, что выступить в защиту Олега Зырянова его побудило письмо обвиняемого с просьбой о помощи.

«Он мирный парень, из простого народа, - подчеркнул Николай Курьянович, - вы посмотрите - у большинства обвиняемых сразу по несколько адвокатов, а у моего подзащитного один». При этом депутат подчеркнул, что дело господина Скрипника и его подельников в большей степени «не уголовное, а политическое». [105] А вот это настолько банально, что даже уже не смешно. «Указ 7/8 шьешь, начальник?» И во всем-то у нас большая политика замешана. Куда ни ступи - тут же вляпаешься в политическое дело…

Под самый занавес уходящего 2006 года Иркутский областной суд огласил обвинительный приговор по делу группировки Михаила Скрипника, занимавшейся заказными убийствами. Сам лидер группировки был приговорен к 23 годам колонии строгого режима. (Забавно, что в середине 90-х Куйбышевский районный суд г. Иркутска удовлетворил иск Скрипника о защите чести и достоинства к редакции газеты «Советская молодежь». В опубликованной газетой статье, ставшей предметом иска, журналист называл Михаила Скрипника «положением» города Братска. Адвокаты Скрипника сумели доказать в суде что тот не только не является «положением», но даже и не представляет, что означает это слово.) Остальные члены банды (доказать организацию преступного сообщества не удалось) получили от 7 лет до пожизненного заключения. На пожизненное ушел Михаил Захаров - на суде было доказано его участие в убийстве девяти человек.

Да, а что же, собственно, сам Тюрик? Выражаясь штампованным журналистским языком, нынешние «сведения о нем крайне расплывчаты и противоречивы». Известно, что сразу после серии громких задержаний и арестов Тюрик объявился в столице, где старательно пытался убедить некоторых обитателей здания на Охотном Ряду, что против него инициируется ни много ни мало… Что? Правильно, опять-таки «политический процесс». «Это ты, брат, загнул!» - ответил ему глава одной из фракций после консультации, на которой ему посоветовали: «Не лезь, а то горя хватишь!» Хороший знакомый и деловой партнер Тюрика - самый известный и богатый вор в законе Шакро-молодой - посоветовал ему переехать в Испанию, откуда сам Шакро не вылезает уже несколько лет (видно, чего-то опасается). Легко сказать: «Переезжай в Испанию!» А хозяйство на кого бросить - в окружении одни рыси! Да и пограничники наверняка ждут.

И всё же поговаривают, что внял-таки Тюрик совету своего коллеги. Потому как не та ситуация, когда следует на международном роуминге экономить. Тем более что Испания уже давно фактически нашенская земля.

«Полковники Генштаба не убегают, они уезжают в командировку»,- так, кажется, говорил полковник Тальберг в «Днях Турбиных», Так-то оно так, вот только поди объясни это представителям воровского «генералитета». А то ведь враз сочтут за дезертира - и тогда погоны с плеч долой. У них там очередь за полковничьими званиями на много лет вперед расписана…

Явление третье и последнее. Разговор с человеком из Кемерова

Куда только ни забрасывает работа сотрудников Агентства журналистских расследований! Центр России, Урал, Север, Казахстан, Киев, Крым. Во время журналистского расследования в городах Сибири очередная командировка привела нас в Кемерово - столицу Кузбасса.

Добрались мы до города лишь поздно вечером, заселились в гостиницу, любезно подсказанную нам местным жителем, и решили наконец-то поужинать. Благо совсем рядом, на набережной Томи, как мы успели заметить, располагался чуть ли не десяток всевозможных летних кафе. Время уже было довольно позднее, но здесь, на набережной, город ещё не спал: прогуливались влюбленные парочки, сидели на скамейках старички, облюбовали кафешки любили пива и студенты, отмечающие сдачу экзаменов и зачетов.

Первое, что нас поразило, это многочисленные патрули - милиционеры и… люди с красными повязками на рукавах (да, те самые, уже подзабытые нами дружинники). Рядом с нами в кафе расположилась компания молодых людей: достали водку, принялись разливать её в пластиковые стаканчики. Неожиданно как из-под земли вырос милиционер. Представился, отдал честь и потребовал немедленно убрать спиртное. Парни, уже изрядно подогретые, к нашему удивлению, не стали качать права, а, напротив, извинившись, быстренько спрятали бутылку в сумку. Самое удивительное, инцидент был исчерпан. Затем внимание милицейского сержанта переключилось на мужчину, который кинул пустую смятую пачку сигарет на набережную.

«Поднимите, пожалуйста, рядом же есть урна». И снова - никаких конфликтов, человек безропотно подчинился, милиционер отправился дальше. Мы переглянулись: ну и дела!

Утром нас ждало ещё одно потрясение. Нам нужно было перейти дорогу, по которой шел довольно плотный поток машин. Светофора не было - лишь обозначение пешеходного перехода. Но стоило нам поставить ногу на проезжую часть, как все машины, в том числе и самые крутые, немедленно остановились. Мы начали было крутить головами, надеясь увидеть поблизости сурового гаишника, но его не было. Перешли дорогу - машины двинулись дальше. «Прямо как в Европе!»

Позже мы спросили таксиста: не опасно ли бродить приезжим по ночному Кемерову? Он рассмеялся и ответил, что в отличие от «всяких там Новосибирское, Красноярсков и Москвы» в Кемерове можно гулять совершенно спокойно - когда угодно и где угодно. «Кстати, ночью у нас на улицах, - добавил он, - ментов полным-полно».

Почему же Кемерово так отличается от других виденных нами сибирских городов (да и не только сибирских)? Этот вопрос нас так заинтриговал, что мы попытались в нем разобраться, хоть это изначально и не входило в планы нашей командировки.