Чтение онлайн

– Так стрелка никто не видел?

– Не о том думаешь, Антон. Тот факт, что его видел сторож на стройке, который подумал, что студент-скрипач забежал пописать, ничего не значит. Ведь внешний вид не более чем сочетание элементов маскировки. Есть описание, но это нам вряд ли даст что-то существенное. А думать тебе надо вот о чем. Расстояние от дульного среза винтовки до двери помещения, где вы находились в момент выстрела, по дальномеру составило триста восемьдесят семь метров. При современной оптике промахнуться тут мог только новичок, человек, который стрелял впервые в жизни. Это ты понимаешь?

– Прекрасно понимаю, – не очень весело ответил Антон.

– Теперь соотнеси цену вопроса, в смысле – проблемы, которую должен был решить киллер, и его самого. Сотни миллионов выгоды у дельцов и экономия на профессионализме снайпера? Такое возможно?

– Я и не сомневаюсь в том, что снайпер промахнулся умышленно, – проговорил Антон. – Я бы даже сказал, что он отличный стрелок, раз никого из нас не зацепил. Дверной проем маленький, а голов там было целых три. Пуле негде пролететь.

– Тогда давай рассуждать дальше, – согласился Быков. – Кому это, на хрен, надо? И почему?

– Последнее предупреждение. А еще человек, который нанял киллера, считает, что он хорошо знает Веденского, его характер, может предугадать реакцию. Но вот тут этот тип ошибся. Если они убьют жену Веденского, то, боюсь, добьются совсем не того, чего хотят. Он не кинется со страху сотрудничать с ними, а поступит наоборот. Терять ему будет уже нечего, а мстить он станет, не щадя никого.

– Уже хорошо, – поощрил Быков. – Теперь все внимание контактам Веденского. Мы, например, не зафиксировали никаких новых встреч, тем более тайных. Скорее всего, контакты происходят в ходе текущей работы, в рамках самых выгодных контрактов фирмы Веденского, заключенных с Министерством обороны. Криминал идет оттуда, и личность Николая Васильевича Сутолкина нас в этом смысле не смущает. Аферист известный.

– Но нас ведь не Министерство обороны интересует, – проговорил Антон. – А я пока не могу установить, кто из полиции сотрудничает с ними. Вы по-прежнему уверены в том, что грязную работу выполняют сотрудники полиции, за которыми стоит кто-то из старших офицеров?

– Убежден. Слишком хорошо знакомая схема организации давления и степень влияния на текущие дела следствия. У них есть возможность расстановки своих людей на всех вертикалях органов.

Сон Антона был чутким. Он толком не спал уже третью ночь, но и сегодняшняя не была для него спокойной. Он думал, что прямо с утра должен будет увидеться с Юрием Сергеевичем и с Кариной. Слишком серьезные слова придется сказать им, много потребовать. Шутки кончились.

Первым делом Антон намеревался поговорить с Кариной в присутствии мужа и потребовать от нее полного послушания и выполнения его распоряжений. Потом ему придется побеседовать с самим Веденским. Нужно совершенно точно знать, кто противостоит бизнесмену.

С этими мыслями Антон уснул, с ними же он и проснулся. Точнее, его разбудили крики и топот ног.

С самыми нехорошими предчувствиями Антон откинул одеяло, вскочил с кровати и принялся натягивать джинсы. Возле комнаты Карины он застал Веденского, Наташу и двух охранников.

«Только бы не беда, только бы не беда!» – мысленно повторял Антон, но хмурый вид охранников и безумные глаза хозяина дома ничего хорошего не сулили.

– Она пропала! – Веденский схватил Антона за грудки: – Понимаешь? Исчезла прямо из своей комнаты. Ее украли, похитили! Теперь все… Это конец!

– Прекратите истерику! – Антон стряхнул с себя руки Веденского, отстранил его и вошел в комнату.

Кровать выглядела так, как будто на ней ночью никто не спал. Карина начала разбирать постель, но потом ее что-то остановило или отвлекло. Но нет следов борьбы или поспешных сборов. Хозяйка комнаты решила лечь спать, но почему-то передумала, вышла из комнаты и не вернулась.

Вчера Карина была в джинсах, серой блузе и черной куртке. В таком виде она отправилась на дачу своей подруги и была привезена назад. Этой одежды в шкафу и вообще в комнате не было. Женщина не переодевалась?

– Как и во сколько вы с Кариной вчера расстались? – потребовал Антон ответа у Веденского.

– Когда мы приехали, я поднялся с ней сюда, – с тоской в голосе ответил супруг. – Я ее успокаивал, мы поговорили немного, потом она попросила меня оставить ее одну.

– Вы сразу ушли? Мы приехали около двенадцати ночи.

– Нет… не знаю. Не сразу, я пытался поговорить с ней, как-то воздействовать, но она опять стала агрессивной, возбужденной. Я решил, что и в самом деле лучше оставить ее одну. Выспится, отдохнет. Успокоится.

– Как все глупо! – не сдержался Антон.

Он едва не начал бросать Веденскому упреки в том, что тот не знает своей жены, не умеет обращаться с перепуганными женщинами. Кто же так с ними разговаривает! Это именно он снова возбудил ее психику, растравил прошлые страхи. Выкрали ее или она опять сбежала?

И тут в голову Антону пришла одна мысль. Он подошел к двери, которая вела в санузел, примыкающий к спальне Карины, открыл ее и сразу понял, что сюда никто не заходил уже минимум сутки. Ни запаха моющих средств, ни капелек на внутренней поверхности душевой кабины. Отдельно стоящая роскошная ванная тоже была сухой. Женщина, сутки пропадавшая на чужой даче, вернулась домой и не отправилась мыться, хотя должна была сделать это в первую очередь.

– Вы что видели? – Антон подошел к охранникам и уставился им в глаза.

Здоровенные парни посмотрели друг на друга и начали вразнобой рассказывать, как закончился вчерашний день и прошла ночь. Антону сразу стало ясно, что они настроены на то, чтобы максимально оправдаться и отвести вину от себя. У них даже не возникало желания понять, что и как тут произошло, было ли это похищение. Профессионалы!

Итак, эти тоже ничего не видели. Они глазели на мониторы камер наружного наблюдения, поочередно делали обходы территории через каждые два часа. Ничего подозрительного парни не заметили, не видели и не слышали. Мистика какая-то.

Растолкав присутствующих, в комнату вошел представитель охранного агентства. Парень лет тридцати с мощным бритым затылком, в темных очках, задранных на темя, сразу повел себя агрессивно. Он представился Алексеем Вороновым и смотрел на всех и в самом деле как ворон. Непонятно, на кого злился этот субъект, кому и что хотел доказать, но он сразу принялся выяснять, как была поставлена задача, оформлен договор и что в нем было сказано о действиях охраны. Этого типа дело тоже не интересовало. Он пытался выгородить честь фирмы и своих подчиненных.