Чтение онлайн

Антон ругнулся и оставил Веденского разбираться с Ворониным.

– Наташа! – Он взял Мухину за локоть и потащил вниз по лестнице. – Ты-то хоть чего-нибудь слышала?

– Я легла и уснула как убитая. Такое облегчение было, что Карину нашли! Я сразу успокоилась и будто провалилась! А потом раз – уже утро, крики.

– Скажи, на взгляд женщины, это нормально, что Карина первым делом не отправилась в душ?

– А у них с Юрой что-то было этой ночью?

– Ты про секс? – в лоб спросил Антон. – Очень сомневаюсь. Полагаю, что Карина не думала об этом, ее состояние было далеко от чего-то подобного.

– Я, собственно, не к тому. – Мухина заметно смутилась. – А на твой вопрос я отвечу так. Карина была очень большой чистюлей…

Наташа вдруг отшатнулась к стене и зажала рот рукой. В ее глазах было столько страха, что Антон невольно обернулся, чтобы посмотреть, не привидение ли увидела эта девушка.

– Что же это я! Прости меня, Господи! Вот брякнула! Она же… Ничего пока не ясно, а я про нее сказала «была».

– Да уймись ты! – Антон затряс Мухину за плечи. – Ответь на мой вопрос.

– Да, конечно! Она первым делом отправилась бы в душ. Вода ведь успокаивает, смывает много всякого, а не только грязь. Но она ведь даже в душ не ходила, да? – Девушка обреченно посмотрела на Антона: – Это что же получается? Ее похитили сразу, как только Юра от нее вышел? Или она снова убежала?

– Не знаю, – проворчал Антон, оставил Наташу в покое и двинулся на улицу.

Обход территории ничего не дал. Нигде не было ни следов, ни повреждений периметра. Представитель охранного агентства допрашивал хмурого Шорохова, поглядывая на Антона. Его явно подмывало допросить и телохранителя хозяйки дома.

«Интересно, будет ли Веденский вызывать полицию? – подумал Антон. – С точки зрения активного розыска смысла в этом вообще никакого нет. У него просто заявление не примут. По закону должно пройти трое суток с момента пропажи, если нет признаков преступления. А в комнате все чистенько и опрятненько».

Какая-то мысль насчет комнаты Карины готова была всплыть в голове Антона, когда он стоял перед задними воротами. Они были сварены из труб квадратного сечения и обшиты профильным железом. Такие ворота имеются практически в каждом коттедже и загородном доме. Их ставят во время строительства. Они очень удобны, когда лицевая часть участка уже благоустроена, а внутренние работы в некоторых помещениях не закончены. Через эти ворота можно и материалы доставить на территорию, и мусор вывезти. Многие так и не снимают их после окончания всех работ. Вот и у Веденского они сохранились.

Антон похлопал себя по карманам, нашарил носовой платок, все еще глядя на небольшой простенький навесной замок, который лежал на земле рядом с воротами. Он казался очень старым. Возможно, что в последний раз им пользовались несколько лет назад.

Антон осторожно взялся за замок через платок, и дужка послушно откинулась. Он не был заперт. Антон присел на корточки. Две стальные проушины, в которые вдевалась дужка замка, сиротливо смотрели на него. Ворота в эту ночь оставались открытыми.

Антон снова посмотрел на землю. Дождь шел три дня назад, и за это время земля высохла. Под замком не осталось никакого следа. Но если бы он три дня назад лежал на земле во время дождя или был бы брошен сюда сразу после него, то след остался бы. Значит, замок лежит тут максимум два дня, минимум – одну ночь. Дурацкие камеры охватывают не всю территорию, не весь периметр дома. Подойди к дому можно, потому что у камер много мертвых зон. Запись посмотреть, конечно, надо будет, но надеяться особо не на что.

– Что? – За спиной Антона вырос Воронов.

Антон молча встал и толкнул рукой створку ворот. Она, вибрируя, со скрипом распахнулась, открывая вид на пустырь, ивы и спуск к реке. Грунтовая дорога, по которой когда-то сюда подвозили строительные материалы, совсем заросла травой. Следы тут искать было бесполезно.

– Собака нужна, – сказал Антон в пространство.

– Не вопрос, – тут же отозвался чоповец. – Собаку хоть через час привезут, только это уже отдельный вопрос, не отраженный в контракте. Если хозяин согласен доплачивать…

– Иначе он сам будет землю нюхать, – зло ответил Антон.

В этот момент он люто ненавидел Веденского и очень жалел Карину.

Повторный обход территории Антону ничего не дал, как и просмотр записи видеоматериалов с камер. Шорохов, стиснув зубы, ровным голосом ответил на все вопросы. В том числе и про замок.

– Ключ всегда висел в котельной. Ну, в помещении, где установлен котел. Это мы его так называем.

– Это родной ключ? Он от этого замка или, может, когда-то дубликат заказывали?

– При мне нет. – Шорохов пожал плечами. – При мне эти ворота отпирали только один раз, в прошлом году, когда зимой снег убирали. Я технику и людей нанимал.

К Антону неторопливо подошел охранник и позвал его наверх. В лице этого парня было нечто такое, что не понравилось Антону. В комнате Карины столбом стоял Воронов и смотрел на Антона с нескрываемым торжеством.

– Ты ничего не замечаешь? – спросил он.

Только тут Антон вспомнил, на что он в самом деле обратил внимание, когда утром зашел в комнату. Остатки какого-то тяжелого запаха. Карина курила, но это был не табак. Здесь смолили косячок. Антон поискал глазами и увидел кресло, торчавшее у открытой двери, ведущей на лоджию. Возле него на небольшом столике стояла пепельница. Окурок был классический, настоящий, но нет никакой сложности в том, чтобы вытрясти табак и набить сигарету чем-либо другим. Марихуаной, например.

Воронов куда-то вышел, а Антон присел на корточки перед пепельницей. Окурок пока трогать не стоило, но от него и так пахло вполне характерно.

Антон заметил одно маленькое «но». Карина курила тонкие «Вог» в голубой пачке, а в пепельнице лежала сигарета обычной классической толщины с белым фильтром.

«Неужели Карина сидела тут и дымила травкой? – размышлял Антон. – Могла ли она после такого нервного напряжения взяться за сигарету с марихуаной? Мог ли похититель одурманить ее и увести из дома безо всякого шума? Могла ли она сама, накурившись, опять уйти куда-то? Исключать все это никак нельзя! Проклятье! Что же все как-то не по-человечески происходит?

«Что такое марихуана? – думал Антон. – Вообще-то это конопля. Люди делают смесь из высушенных и измельченных стеблей, цветков, листьев и семян.

Все эти составы для курения, будь то марихуана, гашиш или план, являются наркотиками галлюциногенного действия. Они искривляют, искажают наше восприятие. Человек в сознании, но он видит окружающий мир не так и не таким.

Наружу извлекаются самые потаенные или, наоборот, горячо переживаемые события, ощущения, мысли. Накурившись, кто-то погружается в мир сексуальных иллюзий, кто-то проваливается в блаженную нирвану, кто-то летит над землей, парит, как облако. Сколько людей, исходных состояний, столько и видов реакции.