Бархатный дьявол
Шрифт:
— Это правда, — мягко говорит он.
— Не волнуйся, я не обольщаю себя тем, что ты хотел чего-то большего, чем быстрый трах.
— Кто сказал что-нибудь о быстроте?
Я смотрю на него. — Почему бы нам просто не насладиться сельской местностью и не говорить?
Он смеется себе под нос. Я могу только сжать руки на груди и ждать, когда этот драйв закончится. Я хочу спросить, сколько еще времени потребуется, чтобы добраться до его дома, но это нарушит правило «не разговаривать», которое я только что установила.
К счастью, мне не нужно спрашивать, потому что через несколько минут дорога, по которой мы едем, огибает холм и переходит в гравий. В то же время я замечаю вдалеке сооружение с башней.
— Боже мой! — Я задыхаюсь, садясь. — Я заснула и проснулась в Нарнии?
— Добро пожаловать в замок Маклауд, — только и говорит Исаак.
— Замок. Ты только что сказал «замок».
Он улыбается. — Это всего лишь маленький.
— Верно, — говорю я. — Маленький замок. Это безумие.
И это действительно так. Лондонское поместье Исаака было большим и роскошным. Но шотландский замок — это совсем другое.
Этот находится на вершине самого высокого холма в этом районе, в окружении пышной зелени и густых лесных массивов. Башни, кажется, царапают лазурное небо. Мох и лианы взмывают на вершины башен, а вороны слетаются по краям стен.
Ворота распахиваются, когда мы приближаемся к какому-то скрытому механизму. Исаак ведет нас. Оттуда нам потребуется целых четыре минуты, чтобы добраться до парадного входа в замок. Почти столько же времени мне требуется, чтобы снова обрести голос.
— Восемнадцатый век? — спрашиваю я, пока мы паркуемся.
— Вообще-то семнадцатый, — говорит Исаак. — Но в восемнадцатом веке было несколько реставраций, поэтому в нем есть определенные намеки на эпоху.
— Это потрясающе. Бьюсь об заклад, библиотека великолепна.
Моя дверь распахивается. Я выхожу с энтузиазмом. Я так занята, глядя на впечатляющий фасад замка, что даже не помню, чтобы признать человека, который только что открыл мою дверь.
— Камила, — подсказывает Исаак, — это Аластер Фрейзер. Он ухаживал за этой собственностью последние двадцать семь лет.
Я поворачиваюсь к мужчине постарше, чьи роскошные белые усы настолько велики, что полностью закрывают верхнюю губу. Он также одет в традиционную шотландскую одежду, килт и все такое.
— Аластер, — говорю я, протягивая ему руку. — Мне жаль. Я просто немного отвлеклась.
Он дарит мне легкую улыбку. — Она красавица, не так ли? — Его тон теплый и наполнен любовью. Но это не имеет ко мне никакого отношения. Понятно, что мужчина влюблен в саму недвижимость.
— Великолепно, — горячо говорю я. — Я бы хотела тур.
— Аластер вскоре может дать тебе один, — вмешивается Исаак, проводя меня в замок.
Его рука задерживается на моей пояснице. Я не могу отрицать, что я не ненавижу его там.
— Между прочим, я Камила, — говорю я Аластеру, когда он следует за нами с сумками в руках.
— Конечно, я знаю, кто вы, мэм. Мы все были рады приветствовать дома хозяйку замка Маклеод.
Мой рот безмолвно открывается, и я упираюсь пятками в него.
Исаак усмехается. — Прости ее, Аластер. Она не привыкла к титулам. Где расставлены закуски?
— В парадной гостиной, сэр. Я подумал, что юной мадам понравится смотреть на французские гобелены, которые у нас выставлены.
Я смутно осознаю, что Исаак разговаривает с Аластером позади меня, но не обращаю внимания ни на одного из них.
Несколько минут спустя я чувствую Исаака у своего плеча.
— Это невероятно, — шепчу я.
— Не думал, что тебя так легко впечатлить.
— Я имею в виду все это, а не только гобелены. Не могу поверить, что у тебя есть замок.
— Это была первая крупная покупка моего отца после того, как он восстановил репутацию Братвы. Он хотел символ своей власти.
— Значит, он только что купил целый чертов замок? — с благоговением спрашиваю я.
Исаак пожимает плечами. — Он хотел хорошую инвестицию.
— Вау, — выдыхаю я. — Я буквально потеряла дар речи.
Он смеется от удовольствия. — Тебе следует поесть.
Снова кладя руку мне на поясницу, он ведет меня к богато украшенному столику, ожидающему у окна. Он наполнен ассортиментом различных вкусностей, каждая из которых выглядит и пахнет лучше, чем предыдущая.
Мы садимся вместе, и я беру крошечный шотландский пирог, который идеально помещается в моей ладони.
— Что в нем? — Я спрашиваю. — На самом деле, неважно. Мне все равно. — Я откусываю большой кусок и вздыхаю с удовлетворением. — Черт возьми, это хорошо.
Исаак просто сидит и улыбается.
— Ты ничего не будешь есть? — спрашиваю я с набитым ртом.
— Не голоден.
— Грубо смотреть, как ест другой человек.
Он пожимает плечами. — Я не против быть грубым.
Я закатываю глаза. — Расскажи мне что-нибудь, чего я не знаю.
Продолжая жевать, я оборачиваюсь, любуясь видом из огромных арочных окон. Замок выходит на небольшой ручеек, струящийся между зелеными холмами. Деревья здесь выглядят древними и корявыми, старше самого времени. Легко потеряться, глядя на эту потустороннюю перспективу.
Но когда я возвращаюсь за едой, Исаак смотрит на меня.
— Что теперь? — Я спрашиваю.
— Приятно видеть, что ты немного развлекаешься.
Я качаю головой. Как я могу объяснить ему, что наслаждение неволей похоже на то, что может получить удовольствие только фундаментально сломленный человек? Что в каком-то смысле — во многом — я ненавижу себя за это?
Но в одном он прав: я получаю удовольствие и явно плохо это скрываю.
— Аластер позаботится о тебе, пока меня не будет.
— Ты сейчас уходишь? — спрашиваю я, стараясь не показаться слишком разочарованной.
— Я пообещал, что встречусь с семьей Лахлана, как только приеду. Я просто хотел сначала тебя устроить.
Это хороший жест. Мило, на самом деле, но опять же, я боюсь читать слишком много. Вероятно, где-то глубоко зарыт скрытый мотив. С Исааком всегда так.
И я увижу это только тогда, когда убежусь в том, что между нами есть нечто большее, чем просто план мести.
— Все будет хорошо. Иди и повидайся с семьей Лахлана.