Чтение онлайн

– Пришло время снова нам тут поговорить, чтобы никто не слышал.

– Хорошо, – согласился Гиб Аянфаль, садясь напротив и поджимая по себя ноги, – Как прошёл твой труд?

– Нормально, – ответила Гиеджи, и по её голосу Гиб Аянфаль понял, что ей не очень-то хочется делиться новостями. Гиеджи, уловив его мысли, поспешила добавить:

– Нет, не думай, что я не хочу тебе рассказывать. Просто в самом труде не было ничего интересного, о чём можно было бы поведать другой рабочей точке. Там иное случилось. Я хотела поговорить сразу по возвращении, а тебя не было. Может, и к лучшему…

Она замолкла, потупив взгляд, и зачем-то начала щипать траву, росшую вокруг. Тёмно-бурая растительная пыль приставала к её тонким пальцам. Гиб Аянфаль чувствовал, что внутренне её всю скручивает от некоего мучительного волнения, воли которому она не может дать. Наконец, Гиеджи снова взглянула на него.

– Я ведь не вовремя вернулась, Янфо. Мы не закончили выращивать тот сад. Просто мне пришлось посетить Белый Оплот. Не очень-то приятный повод был.

– С тобой случилось что-то? – с беспокойством спросил Гиб Аянфаль.

– Да. Я упала пасочника, когда сплетала верхние ветви. Глупо, правда? Волны унесли сознание, и я забылась. Это было то. Видения. Конечно, сеятели, с которыми я трудилась, не смогли вернуть меня в активное сознание и отнесли к белым сёстрам.

– Ае знает?

– Он пришёл почти сразу же. Не знаю, как он объяснялся с сёстрами, но нашего мастера и остальных сеятелей уверил, что волны заглушили мой разум, а я не смогла с ними справиться и потеряла контроль над пылью. Такое бывает с асайями, когда они слишком утомятся в труде. Как будто засыпают внезапно. После всего этого он забрал меня домой.

Гиеджи смолкла, а Гиб Аянфаль невольно почувствовал себя виноватым из-за того, что в последнее время слишком мало внимания уделял семье и пропустил такое происшествие с младшей сестрой. Его неприятные мысли вновь прервал голос Гиеджи.

– Ае слишком многое видел и продолжает видеть. Из того, что приходит ко мне. И, Янфо, ты ведь тоже знаешь всё это?

Её голос из тихого и вкрадчивого вдруг стал жёстко-требовательным.

– Знаю что? – осмелился уточнить Гиб Аянфаль.

– Только не вздумай отпираться! – лицо Гиеджи вспыхнуло гневом, – Это, конечно, давно уже случилось, и я сразу не заметила! Но те волны хранят в себе все детали прошлого. Так что я говорю это сейчас – мне известно, что ты совершил кое-что и не хочешь передо мной сознаваться. А я теперь знаю! Ты был там, куда тебя не звали! В моем сознании! И всё там видел!

Гиеджи, неожиданно выйдя из относительно сдержанного состояния, вскочила на ноги. Гиб Аянфаль тоже поспешил подняться, мгновенно припоминая своё нечаянное путешествие в чужой сон.

– Ты не так поняла, – начал он, но сестра прервала его:

– Что я могла не так понять? Ты без спросу влез в мои мысли, и это ещё хуже, чем было с Ае! Ты обманул меня!

– Я просто беспокоился! Это было хуже, чем волновой кошмар! Словно какая-то болезнь! Знаешь, если во время труда ты увидела снова этих… не знаю, кто они, то не удивительно, что ты упала!

– Кого и что я вижу – тебя не касается! – оборвала его Гиеджи, – Я поверила, что ты будешь беречь мой покой! И что? Я тебе не строитель из команды, которых ты привык просматривать насквозь! И я хочу, чтобы ты больше так не делал! Никогда!

Последние слова Гиеджи буквально выкрикнула, а в следующее мгновение голову Гиб Аянфаля опоясала вспышка неприятной боли. Мощный поток волновой силы подхватил его и швырнул в сторону так быстро, что он осознал произошедшее, только когда больно ударился спиной об окружающую сад стену обители. Волны на мгновение задержали его в распластанном положении, после чего он тяжело упал на траву, совершенно сбитый с толку. Пыль в теле тут же суетливо ускорилась, унимая боль и заживляя повреждения от ушиба. Гиб Аянфаль, морщась, приподнялся на локте. Перед ним, прижав руки к губам, стояла Гиеджи. От былого гнева не осталось и следа – она была испугана.

– Я ударила тебя, – потрясённо произнесла она, подбегая к Гиб Аянфалю, – это ужасно!

Её рука тут же скользнула за ворот одежд строителя к ушибленной спине.

– Всё в порядке, – попытался остановить её Гиб Аянфаль, – строители иногда падают. Наши тела рассчитаны на такое.

Гиеджи покачала головой, убирая руку.

– Я совершила насилие, – горько произнесла она, – за такое исправляют! Я злилась на тебя, но не хотела причинять тебе боль!

Гиб Аянфаль сел, потирая поясницу. Сам он не чувствовал никакой обиды на Гиеджи. Скорее напротив – это «возмездие» окончательно развеяло ощущение вины. Родичи вернулись в безопасную глубину сада, окутанную смолкшими волнами, и сели у корней самого большого дерева.

– Как тебе удалось меня толкнуть? – спросил Гиб Аянфаль, – я думал, такое могут только какие-нибудь техники волн! Или чёрные стражи.

Гиеджи только пожала плечами.

– Я иногда чувствую, что меня окружают особенные волны, – скромно ответила она, – Аба говорил, что Звезда одаривает некоторых асайев сверх их основной рабочей точки. Но он просил меня относиться к этому с осторожностью, не баловаться лишний раз. Яфи, ты действительно не сердишься на меня?

– Нет, Гиеджи.

– Только не ходи туда больше.

– Того единственного раза мне хватило, поверь!

Гиеджи потупила взгляд.

– Там не всегда бывает так ужасно, как ты мог видеть, – произнесла она, – и мне часто хочется вернуться. В этом есть некая тайна, которую мне хотелось бы разгадать больше всего в жизни. Видения стали так плохи после того, как начались эти исчезновения. А теперь ещё и абы Альтаса нет…

Гиеджи не договорила, склоняя голову и обнимая себя за плечи. Гиб Аянфаль сохранял молчание, терпеливо дожидаясь, когда она продолжит. Наконец, Гиеджи вновь взглянула на него и взяла за руку.

– Знаешь, когда я находилась в Белом Оплоте, ко мне приходил один асай, – негромко начала она, близко склонившись к Гиб Аянфалю, – Он, собственно, и вывел меня из видений. Ае и белые сёстры пришли аккурат сразу после его ухода. Он побыл со мной немного, но рассказал многие вещи.

– Кто он? – спросил Гиб Аянфаль, чувствуя вдруг необъяснимое волнение, – ты можешь сказать мне?

Гиеджи помедлила с ответом, а потом подвинулась ещё ближе и ответила совсем тихо:

– Я расскажу это только тебе. Потому что… она не против. Но обещай, что никому этого не откроешь. Даже Ае и своему новому другу!

– Хорошо, – коротко ответил Гиб Аянфаль, зная, что многословные обещания Гиеджи воспринимает как недостаточно твёрдые.

Гиеджи обвела сад внимательным взглядом, прислушиваясь к пространству, после чего начала:

– Я её и раньше знала, только никогда не видела. Когда мне исполнилось восемьдесят оборотов, она начала говорить со мной через волны. Я всегда слушала её в саду, под этим вот деревом. Она говорит, что мы с ней похожи, и её тоже можно называть «она», хотя она не является ни белой матерью, ни нэной. Она называет себя моей старшей сестрой.