Чтение онлайн

Особенно жаркой схватка стала, когда Тарту удалось занять мост и начать захватывать и расширять плацдарм на противоположном берегу реки. Золотые Мечи пусть и считались элитой эссосских наёмников, но едва ли были сравнимы с воинами домашней гвардии в плане качества. Слишком разношёрстные в плане брони и оружия, недостаточно дисциплинированны в сравнении с нынешним противником, редко применяющие плотный строй в бою.

Эдрик потерял убитыми, ранеными и покалеченными свыше тысячи человек, но его люди всё-таки смогли закрепиться. Потери противника были ощутимо меньше, но ряды его людей предсказуемо дрогнули, стоило только Баратеону усилить атаку, отправив через мост ещё полторы тысячи человек. Лоялисты Таргариенов обратились в бегство, бросая оружие, однако авангард Тарта был слишком истощён, чтобы вести преследование.

— За мной! — приказал Эдрик, вздымая над головой боевой молот. Горны затрубили кавалерийскую атаку.

Конница промчалась по мосту, минуя перестраивающиеся для атаки шеренги союзной пехоты. Тяжёлые рыцари, лорды, их наследники и телохранители быстро настигли убегающих наёмников. Опустив копья, они нанесли ближайшим из убегающих сокрушительный удар. Совершив замах, Эдрик размозжил голову одному из пехотинцев и не теряя скорости помчался дальше, — тех, кого он пропустил, добьют остальные. Для победы оставалось лишь закрепить успех и втоптать в землю чёрное знамя.

Увлёкшиеся погоней штормовики не замечали, как пехотинцы противника начали перестраиваться в новые боевые порядки, пока совсем рядом не затрубил вражеский рог, сопровождавшийся странным, доселе неизвестным большинству вестеросцев звуком. Впереди задрожала земля.

Огромные трёхметровые, закованные в доспехи монстры с четырьмя лапами вышли прямо из прорех во вражеском построении. За огромными ушами чудища мог спрятаться взрослый мужчина, а из их голов росли самые настоящие стальные лезвия. На спинах монстров были расположены деревянные башни, из которых выглядывали стрелки. Навстречу тяжёлым рыцарям мчались взаправдашние живые крепости.

Те с криком и визгом врубились во вражеские ряды и, несмотря на мизерную численность, буквально смяли тяжёлую кавалерию штормовых лордов. Стальные, покрытые ядом лезвия вспарывали нежные лошадиные тела. Многократно превосходящие по весу твари сметали кавалерийские клинья, топтали сбитых с лошадей, хватали противника растущими из их голов отростками и бросали тех наземь. В то время, как стрелки на башнях обрушивали на противников дождь из стрел. Чётко и методично, выстрел за выстрелом.

Кавалерийской пикой было трудно достать до погонщика, сидящего на шее у монстра, а копью часто не хватало длины. Броня и стрелки делали тварь практически неуязвимой, но главная проблема была не в этом. Живые крепости не уступали лютоволкам в оказываемом на лошадей эффекте. Те паниковали, вставали на дыбы, сбрасывали с себя всадников и отказывались мчаться вперёд.

Поле боя накрыли вопли ужаса, клин рассыпался. Крики, кровь, выброшенное в панике оружие, дрожащая земля. Боги войны обратились в бегство, и теперь преследовали уже их. Перестроившаяся пехота Золотых Мечей ринулась в контратаку.

Эдрик, прикрываемый пережившими ловушку лордами, мчался обратно к мосту, когда ощутил на себе совсем близкое дуновение смерти. Возглавляемая лично Эйгоном, кавалерия противника заходила с флангов, дабы ударить по выстроившейся около моста пехоте и отрезать всех перебравшихся на левый берег от реки. Капкан захлопывался.

* * *

Простор, Хайгарден

Мейс Тирелл медленно вскрыл пришедшее из Королевской Гавани письмо. Мужчина сильно вспотел, руки подрагивали от волнения, на свитке красовалась печать с трёхглавым драконом Таргариенов. В последний раз Владыка Простора открывал подобное более двадцати лет назад, когда Роберт Баратеон поднял свой мятеж, а сюзерен велел помочь подавить его.

Может, это шутка богов, но нынешняя ситуация повторяла события давно минувших дней. Таргариены опять сидели на Железном троне и опять вели войну против Штормовых земель, возглавляемых Баратеоном. Таргариены опять обратились за помощью к Хранителю Юга, и опять требовали, а не просили, и если в тот раз совершенно явно, то в этот завуалированно.

— Что ты об этом думаешь? — спросил он у дочери.

Маргери вопросительно изогнула изящную бровь, Оленна усмехнулась, предпочтя остаться наблюдателем, Санса взволнованно покачивала на руках дочь. Слишком многое зависело от ответа леди Тирелл.

— А что я могу об этом думать? — совершенно наигранно, но на вид вполне искренне удивилась Маргери. — Эйгон, как бы он себя ни называл, обыкновенный узурпатор. Семье не стоит марать своё доброе имя связями с ним.

— Узурпатор, который на голову разбил Эдрика Баратеона, — справедливо заметил Мейс. Мальчишка едва сумел спастись и теперь зализывает раны. — Узурпатор, у которого десятки тысяч мечей в войске.

— Мечей, которые необходимо кормить.

— Мечей, которые получат наше зерно в любом случае, — повысил тон Мейс.

Дотракийская орда шла на северо-восток вдоль границы Простора, буквально опустошая приграничные городки и деревни на своём пути. Они забирали зерно, сталь, деньги и рабов, а всё, что не могли унести, сжигали.

Эйгон мог усмирить их, одним лишь словом, от Простора лишь требовалось обеспечить лоялистов старой династии продовольствием, а самого монарха — королевой. Таргариен ждал ответа, с каждым днём промедления потери региона будут лишь возрастать, а риск, что Уиллас и Гарлан сойдутся в неравной схватке с превосходящим по численности противником, — увеличиваться. Отправленные стеречь Щитовые острова и границу с Западом солдаты едва успели добраться до Хайгардена. Чтобы только соединиться с остальными силами, им потребуется месяц.

Помимо очевидных выгод минимизации возможного ущерба, Мейс получил идеальную возможность воплотить свою мечту и увидеть дочь подле Железного трона.

Запад и Штормовые земли почти выведены из игры, железнорождённые пусть и доставляют хлопот, но уже не представляют угрозы. Только Ковенант Зимы может что-то противопоставить заморскому завоевателю, но даже у них меньше мечей. Мечей, разбросанных по всем Речных землям и не находящихся в едином кулаке.

— Эти дикари привыкли, что, когда они подходят к стенам, города сдаются им на милость и одаривают подарками. У них нет ни доспехов, ни осадных орудий, пока лошади не научатся перепрыгивать через валы и стены, нашим замкам и лордам ничего не угрожает.

— Да, можно спрятаться и ждать, пока дикари жгут, грабят и насилуют, но как долго это будут терпеть наши крестьяне и наши лорды? Как скоро они решат, что Эйгон Таргариен может поставить во главе Простора кого-то получше «бывших стюардов», кого-то, с чьим приходом орда уйдёт? — спросил Мейс, когда речь заходила о возможности посадить дочь на трон, мужчина был способен рассуждать на удивление здраво. — Наши агенты докладывают, что у Таргариенов есть драконы и валирийский меч. Нам нужно…

— Хватит! — сорвалась Маргери. — Просто, блядь, заткнись!

Оленна усмехнулась, Санса удивленно ахнула, впервые увидев, как подруга сорвала с себя маску, но всё же прикрыла малышке Кейтилин ушки. Леди Тирелл тем временем продолжала:

— Ты хочешь видеть дочь подле Железного трона?! — Девушка затопала по комнате, остановившись около одного из столиков, после чего открыла шкатулку и начала перебирать письма. — Воля твоя, отец, но сначала прочти!

— Что это? — принял свиток Мейс.

— Письмо из Рва Кейлин. Варис руками агентов пытался убить Джона Дейна и его маленьких детей. Варис, который ныне верно служит драконам.