Бедная Настя
Шрифт:
– Мне пора, - я указала на подъезд.
– Конечно, - он кивнул.
– Спасибо, что выслушала.
Я уже повернулась, чтобы уйти, когда он окликнул меня:
– Настя!
– Что?
– Можно... можно я еще напишу тебе?
Я помедлила, потом кивнула:
– Можно.
И ушла, чувствуя его взгляд на своей спине.
Дома мама встретила меня с сияющими глазами.
– Настенька! У меня прекрасные новости!
– Какие, мам?
– я улыбнулась, видя ее радость.
– Я нашла новую работу! Хорошую! У очень обеспеченных людей, в большом доме. Домработницей, -она говорила так, будто выиграла в лотерею.
– Они хорошо платят, и работа не такая тяжелая, как уборка офисов!
– Это замечательно, мам, - я обняла ее.
– Ты заслужила.
– Представляешь, там мужчина и его сын, - она хитро улыбнулась.
– Может, ты даже знаешь этого мальчика? Он учится в твоей школе. В старших классах. Максим, забыла фамилию... Максим... Такая фамилия птичья ещё, вылетело из головы.
Мое сердце екнуло. " Не может быть! Не может быть!".- стучало в мозгу- " Не бывает таких совпадений!".
– Как его зовут?
– спросила я, уже зная ответ.
– Вспомнила ! Максим Соколов! Сын того самого компьютерного гения, у которого я теперь буду работать! Представляешь? И твой одноклассник, вот ведь совпадение.
– мама была в восторге.
– Ты дружишь с ним? Если нет, то сможешь наладить отношения, а я, может быть, как в тех фильмах... "Госпожа горничная", помнишь? Замуж за его папу выйду. Да шучу я, ты чего кислая какая-то?
– она засмеялась, а вот мне было не до смеха. Совсем не до смеха.
Я ничего не сказала. Просто стояла, ощущая, как мир снова переворачивается с ног на голову.
Максим Соколов. Его семья. Его огромный дом, где моя мама теперь будет убирать и готовить.
Пропасть между нами внезапно стала еще глубже.
14. Тайное явно
Две недели я избегала Максима, как могла. Не отвечала на его сообщения, уходила, когда он приближался, просила Лену сказать, что я занята. Я видела недоумение и боль в его глазах, но не могла заставить себя объяснить. Как сказать человеку, что твоя мама работает у него дома горничной?
Мама возвращалась с работы усталая, но счастливая. Рассказывала, какой огромный у них дом, какая современная техника, какая дорогая мебель. Как хорошо к ней относится хозяин — тот самый Алексей Соколов, гений программирования.
– А его сын такой вежливый!
– восторгалась она.
– Всегда здоровается, спрашивает, как дела, предлагает помочь, если я что-то тяжелое несу. Замечательно воспитан.
Я только кивала, испытывая странное чувство. Максим, вежливый с моей мамой? Тот самый Максим, который еще недавно называл меня "деревенщиной"?
Конечно, наша игра в прятки не могла продолжаться вечно. Однажды он зажал меня в углу библиотеки.
– Ты можешь, наконец, сказать, что я сделал не так?
– требовательно спросил он.
– Я думал, мы... начали все заново.
Я смотрела в сторону, не в силах встретиться с ним взглядом.
– Моя мама работает у вас, - тихо сказала я.
– Домработницей. Убирает твой дом, стирает твои вещи, иногда даже готовит тебе еду.
Тишина. Я наконец подняла глаза. Максим смотрел на меня с непонятным выражением.
– Я знаю, -просто сказал он.
– Что?
– Я знал с первого дня. Папа сказал, что нанял новую домработницу - маму девочки из моей школы. Ну а после мы и с твоей мамой познакомились, пообщались.
Я пошатнулась.
– Так все это время...
– Нет, - твердо прервал он.
– Не думай, что я сблизился с тобой из-за этого. Или что мои извинения были неискренними.
– Но моя мама работает на твоего отца!
– я почти кричала шепотом.
– Ты не видишь, что это... унизительно?
– Почему?
– он выглядел искренне удивленным.
– Моя мама тоже работала горничной, когда приехала из своей деревни в Москву. Там они с отцом и познакомились.
Я замерла.
– Твоя мама?
– Да. Она умерла, когда мне было десять. Рак. Но она была из обычной семьи. Папа всегда говорил, что полюбил ее за ум и характер, а не за происхождение или деньги, которых у нее не было.
Я не знала, что сказать. Все мои представления о нем, его семье внезапно пошатнулись.
– Поэтому я и был таким придурком с тобой, - вдруг сказал он, глядя в пол.
– Ты напомнила мне маму. По фотографиям. Такая же... настоящая. И это пугало. Я хотел оттолкнуть тебя, чтобы не...
– он не закончил.
– Не привязываться?
– тихо спросила я.
Он кивнул, все еще не глядя на меня.
– Но то, что случилось в классе... когда ты начала расстегивать блузку... Я увидел, на что я стал похож. Каким монстром. И мне стало противно от самого себя.
В тот момент я увидела его по-настоящему. Не богатого мальчика. Не сына знаменитого отца. А обычного парня, который потерял мать и выстроил вокруг себя стену, чтобы больше не чувствовать боли.
– Я не знала, - сказала я.
– Прости.
– Тебе не за что извиняться, - он поднял на меня глаза.
– Это я должен просить прощения. И я прошу. Дай мне шанс показать, что я могу быть другим.
Я колебалась. Потом кивнула:
– Хорошо. Но без твоих фокусов, Соколов.
Он улыбнулся:
– Без фокусов, Веснина.
С того дня началась новая глава. Мы с Максимом стали... друзьями? Или чем-то большим? Я сама не понимала. Мы проводили вместе много времени - в школе, после школы, иногда даже на выходных. Он показывал мне город с той стороны, которую я никогда не видела. Водил в музеи, в театры, в хорошие кафе. И никогда не упоминал о деньгах или их отсутствии.
А дома мама продолжала восхищаться своей новой работой и хозяевами.
– Знаешь, Алексей Викторович такой интеллигентный, - говорила она за ужином.
– Совсем не как другие богатые. Всегда спрашивает, как у меня дела, помнит, что у меня дочь твоего возраста.
Я улыбалась, не рассказывая о моих отношениях с Максимом. Почему-то мне казалось важным сохранить это в тайне. Как будто, рассказав, я сделаю нашу дружбу... менее настоящей.
Но, как оказалось, невозможно скрыть что-то в мире, где все связаны.
Однажды, когда мы с Максимом сидели в парке, к нам подошла Кира. Такое ощущение, что она каким-то образом выслеживала нас, иначе отчего снизошла до прогулки в парке вместо модного ресторана или бутика.
– Так вот почему ты с ней общаться, - протянула она, глядя на нас с презрительной усмешкой.
– Решил приударить за дочкой вашей горничной? Как это... экзотично.
Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Максим рядом со мной напрягся.
– Завидуешь, Кира?
– холодно спросил он.
– Что я предпочел общество умной и интересной девушки твоему пустому щебетанию о шоппинге и курортах?