Чтение онлайн

– Нравится ярмарка?
– спросил Максим, когда мы подошли к входу в парк, откуда доносились праздничные мелодии и запах корицы с имбирем.

Новогодняя ярмарка сияла тысячами огней. Деревянные домики, украшенные гирляндами, манили своими товарами: расписными игрушками, свечами, пряниками и горячими напитками. Продавцы на все лады расхваливал свои товары, люди гуляли парами, семьями, в воздухе витал праздничный дух.

– Очень, - я сжала его руку крепче.- Спасибо, что привез меня сюда.

– Для тебя всё что угодно, - подмигнул он.
– Давай купим глинтвейна... то есть, безалкогольного, конечно.- усмехнулся, заметив шок на моем лице. Он часто поддевал меня тем, насколько " непросвещенной" по меркам нашего времени я была. Я же лишь отмахивалась в ответ. Если просвещение для многих сейчас - это вписки, алкоголь и прочее, то да, я - пас. Пускай считают непросвещенной.

Мы подошли к лавке, где пожилая женщина в вязаной шапке разливала ароматный напиток в картонные стаканчики.

—-Два безалкогольных глинтвейна, пожалуйста, - попросил Максим, доставая карту из бумажника, который, я была уверена, стоил как месячная зарплата моей мамы. Нет, я старалась всеми силами не замечать различий между нами, а жизнь будто упорно подбрасывала их снова и снова, в каждой мелочи, в каждой детали. Максим, к чести его, всегда старался эти моменты нивелировать как мог.

Горячий чай с пряностями согрел мои замерзшие руки. Мы медленно шли вдоль рядов с сувенирами, рассматривая новогодние украшения и подарки. Стеклянные игрушки, наборы мыла ручной работы в виде бутербродов с икрой и бутылок шампанского, ароматный чай всех видов и сортов, композиции из свечей и еловых ветвей.

– Смотри, какая красивая, -Максим остановился у лотка с ёлочными игрушками и взял хрустальную снежинку, на которую я загляделась. Блики на её глянцевых боках завораживали, искрясь на свету.
– Тебе подходит.

Не успела я возразить, как он уже расплачивался за неё.

– Макс, не надо так много тратить на меня, - прошептала я.

– Брось, это мелочи, - отмахнулся он, вручая мне красивый пакетик с подарком.

Мы двинулись дальше, и вскоре услышали звуки музыки. На небольшой сцене выступал хор, исполняя новогодние песни. Люди останавливались послушать, некоторые подпевали. Взмывали вверх руки с бенгальскими огнями, рассыпающимися снопами искр, взлетала в воздух очередная песня, подхваченная десятками голосов.

– Пойдём ближе, - Максим потянул меня к сцене.

Мы встали в толпу зрителей. Я не заметила, как начала тихонько подпевать "Jingle Bells", а потом и "В лесу родилась ёлочка". Чувствуя себя крохотным винтиком единого праздничного механизма, я наполнялась всеобщим весельем до краев.

– У тебя красивый голос, -заметил Максим.- Никогда не слышал, как ты поёшь.

Я смутилась:- У нас дома часто поют. Мама любит петь, когда...- я осеклась, чуть не сказав "когда убирается в чужих домах".

Максим обнял меня за плечи:- Кстати, о родителях. Папа очень хочет с тобой познакомиться.

Я замерла. С Алексеем Викторовичем я пересекалась только мельком, когда приходила к Максиму. Обычно в это время моя мама уже заканчивала работу в их доме, и мы не пересекались. Впрочем, один раз Максим отвозил маму и меня с водителем домой, а нашу "Ладу"- в сервис, ибо она в очередной раз приказала долго жить.

– Зачем?
– глупо спросила я.

– Как зачем? Ты моя девушка. Он хочет пригласить тебя на семейный ужин в воскресенье.

Я представила этот ужин: огромный стол, дорогой фарфор, девушка отца Максима в дизайнерском платье, его отец с его фирменным строгим взглядом... и я, дочь их домработницы.

– Я не уверена, что это хорошая идея, - пробормотала я, опустив глаза.

– Ты чего?
– Максим повернул меня к себе.
– Что не так?

Я набрала воздух в лёгкие:- Макс, твой папа знает, кто моя мама!

Он поморщился:- Причём тут это?

– При том, что моя мама работает у вас в доме!
– выпалила я.
– Она приходит три раза в неделю, убирает ваши комнаты, стирает ваши вещи. И теперь я должна прийти на ужин как твоя девушка?!

Максим взял меня за плечи:- Настя, послушай. Моему отцу абсолютно всё равно, кто твои родители. Он сам начинал с нуля. Ты ему нравишься, потому что я счастлив с тобой. Это единственное, что для него важно.

Я молчала, глядя в сторону. Ему хорошо говорить, его никто не упрекнет в том, что он со мной из-за денег или какой-то корысти. Впрочем, так мыслить тоже неправильно - по этой глупой логике получается, что все богатые- сплошь идеальные, честные и хорошие, а бедные- сплошь хитрые подлецы, что так и норовят как минимум " общипать" богача. Это ведь совсем не так.

– Эй, - он приподнял мой подбородок, - ты мне веришь?

Вокруг нас продолжали петь рождественские песни, пары танцевали, держась за руки, а продавцы зазывали попробовать их товары.

– Верю, -наконец сказала я.
– Просто... это странно. Все так быстро...закрутилось.- смущённо подняла на него взгляд, чтобы Максим не обиделся от неудачной характеристики наших отношений.- И твой отец хочет встретиться.

– Ничего странного,- улыбнулся Максим.
– Не переживай. Пойдём лучше покатаемся на карусели.

Он взял меня за руку и повёл к сверкающей карусели в центре ярмарки. Пока мы стояли в очереди, мысли о предстоящем ужине не давали мне покоя.

Карусель закружила нас в вихре музыки и света. Максим обнял меня, и на какое-то мгновение все проблемы отступили. Я прижалась к нему, чувствуя тепло его тела через куртку.

– Знаешь что, - сказал он, когда карусель остановилась, - если тебе будет легче, я могу прийти познакомиться с твоей мамой. В смысле, по-настоящему, как твой парень. Чтобы всё было честно.

Я представила, как Максим сидит в нашей маленькой кухне, пьёт чай из треснутой чашки, а мама суетится, пытаясь произвести впечатление на сына своего работодателя. Печальная, конечно, картина. И снова обругала себя мысленно- да из нас двоих больший сноб и любитель делить людей на классы - я сама! Максим же и вовсе не заморачивается. И, все же.

– Не знаю, Макс...

– Я серьёзно, + он остановился перед павильоном с игрой "попади в цель".
– Давай, я выиграю для тебя вон того медведя!