Чтение онлайн

Я задумалась. Как объяснить им, что там не все были плохими? Что проблема была во мне - в моей неуверенности, в моей старой куртке среди их брендовых пальто, в моих потертых кроссовках рядом с их лоферами.

– Разные,- наконец сказала я.
– Просто... другой мир.

– А этот Максим?
– Рита всегда умела задавать самые неудобные вопросы.
– Вы еще общаетесь?

Я машинально проверила телефон. Последнее сообщение от него пришло три дня назад. "Как дела в новой-старой школе?" Я ответила коротко: "Нормально". Больше он не писал.

– Иногда. Я сама его попросила писать реже.

Алина скривилась:- И правильно! Зачем тебе эти напоминания? И пошёл он! Лесом!

– Он хороший, - вырвалось у меня.
– Просто... мы из разных миров, понимаете?

Рита понимающе кивнула, а Алина закатила глаза.

– Ладно, хватит о грустном. Лучше расскажи, что планируешь делать с деньгами? Ведь теперь не нужно тратить на ту дорогущую форму и все остальное.

– Я не покупала там форму, мне разрешили временно ходить в своем. Ну а потом ...- развела руками, имея в виду своё возвращение в старую школу.
– Но я сейчас нашла работу, - сказала , чувствуя странную гордость.
– В детском клубе "Светлячок", буду помогать с младшей группой три раза в неделю.

– Серьезно?
– Алина широко раскрыла глаза.
– А как же собаки? Ты же обожала выгуливать их.

Я почувствовала, как глаза наполняются слезами. Боже, какая глупость - плакать из-за собак.

– Пришлось попрощаться. График в "Светлячке" не позволяет. Я так скучаю по Марте и Буче...

– Но ведь это твоя мечта -работать с детьми, - мягко напомнила Рита.
– Помнишь, как ты всегда говорила, что станешь учителем младших классов?

Я кивнула, вытирая предательскую слезу.

– Да, это практика для будущего. Хотя бы что-то хорошее вынесла из гимназии - там я поняла, что действительно хочу быть педагогом. Когда видишь, как некоторые учителя обращаются с детьми...
– я осеклась.
– В общем, я хочу делать это по-другому.

***

Дома я долго сидела перед открытым учебником по алгебре. Задачи, которые казались сложными до гимназии, теперь решались на автомате. Хоть какая-то польза от трех месяцев ежедневного стресса и ночных занятий.

Телефон тихо завибрировал. Максим.

"Я слышал, ты теперь работаешь с детьми?"

Я невольно улыбнулась. Значит, спрашивал обо мне у общих знакомых.

"Да, в "Светлячке". Оказалось, что собаки не моё призвание".

"Жаль. А Буча по тебе скучает. Его новая выгульщица не умеет бросать палку так круто, как ты. Я подсматривал.".

Я рассмеялась. Буча был его соседским лабрадором, которого мне в дополнение к другим моим " временно-выгульным" питомцам " сосватал" Максим.

"Передай ему, что я тоже скучаю. И перестань шпионить за мной!"

"Не могу обещать. Удачи завтра".

Я отложила телефон, чувствуя странное тепло внутри. Может, наши миры не так уж далеко друг от друга?

***

Утро началось с записки от мамы: "Горжусь тобой! На столе завтрак. Люблю, целую".

Я улыбнулась. Мама так расстроилась, когда я захотела вернуться. Но сейчас, кажется, она начала понимать.

В школе было... нормально. Колкости продолжались, но как-то вяло, без энтузиазма. На большой перемене ко мне подошла Марина Ковалева, отличница и гордость класса.

– Говорят, ты теперь в "Светлячке" работаешь?

– Да, а что?

– Ничего, просто...
– она замялась.
– Я тоже думаю о педагогике. Может, расскажешь потом, как там?

Я удивленно посмотрела на неё. Мы никогда особо не общались.

– Конечно. Заходи после уроков, если хочешь.

Она кивнула и быстро отошла.

– Смотрите-ка, наша гимназистка теперь еще и в педагоги метит, - донесся голос Кости Зимина.
– Будешь учить детишек, как правильно держать вилку?

– Нет, - спокойно ответила я.
– Буду учить их, как не становиться такими заносчивыми дураками, как некоторые.

Класс взорвался смехом, а Костя покраснел и отвернулся.

– А ты изменилась, - шепнула мне Рита.
– Раньше бы просто промолчала.

Я пожала плечами:-Раньше я многое делала не так.

После уроков я спешила в "Светлячок". Впереди меня ждали пятнадцать маленьких непосед, которые считали меня самой умной и красивой в мире просто потому, что я умела собирать из бумаги кораблики и знала все песни из "Холодного сердца".

А вечером, может быть, я напишу Максиму. Или не напишу. Жизнь снова становилась моей собственной, и это было главным.

Я глубоко вдохнула прохладный осенний воздух и ускорила шаг. Кажется, возвращение домой - не такая уж плохая идея. Иногда нужно уйти, чтобы понять, куда ты действительно хочешь вернуться.

28. Новое начало

Время шло. Я привыкала к старой и новой одновременно школе, налаживала связи со старыми друзьями, строила свою новую жизнь ; обычн, без выпендрежа и постоянного напряжения. Мама нашла новую работу - в кафе рядом с домом. Платили меньше, но ей нравилось общение с людьми, нравилось, что не нужно никого обслуживать в чужом доме. И даже некоторые идеи насчёт открытия небольшого, но своего бизнеса у мамы появились. Конечно, об этом она говорила между делом, с нервной усмешкой в голосе - и денег взять негде, " Т вообще, из грязи в князи собралась. Денег нет, а я уже в Абрамовичи мечу."- грустно подытоживала она всякий раз, как речь заходила о том, сколько нужно будет затратить на этот самый бизнес.

Максим не исчез из моей жизни, но держался на расстоянии. Иногда писал, спрашивал, как дела. Рассказывал о своих успехах - о том, как поступил на IT-курсы при университете, как начал подрабатывать в компании отца. Никогда не давил, не просил встреч, не напоминал о прошлом.

Отец его все-таки уехал в Америку, оставив сына заканчивать школу под присмотром своего помощника. И, как я узнала от мамы, он приставил к нему хорошего психолога, с которым Максим разговаривал каждую неделю. Ну и, конечно, Святослав Васильевич приглядывал за крестником. Я выдохнула - у него не забалуешь, там жёсткая дисциплина будет. При всей своей несерьёзности и напускной мягкости, мужчина был со стальным характером. Ох и достается сейчас Максима- на нем ведь двойные усилия сосредоточены.

– Он очень изменился, Настя, - сказала однажды мама, когда мы смотрели фильм.
– Алексей Викторович звонил узнать, как у нас дела. Рассказал, что Максим стал другим. Более ответственным, более... настоящим. Сказал, что это твоя заслуга.

Я не ответила, но что-то внутри меня дрогнуло. Да, я видела эти изменения в его сообщениях, в его рассказах. Но я не была готова снова открыться. Еще нет.

Шли месяцы. Я нашла свое призвание - оказалось, что я люблю работать с детьми. Стала помогать в детском центре, проводить занятия для малышей. Чувствовала, что нашла себя — не в роли дочери горничной, не в роли девушки богатого парня, а сама по себе.