Бедствие в академии драконов
Шрифт:
– А ты – мерзкий вор! – яростно завопил он. – Ты забрал их! Забрал мои камни! Мою силу! Мою коллекцию! Отдай! – Глаза его метали искры. – Если мы будем вместе, я тебя в лепешку раздавлю! Вместе мы станем непобедимыми! Ты слышишь?!
– Слышу, слышу, – покивал Эрдан. – Непременно подумаю над твоим предложением, – добавил он, даже не глядя на маньяка. Сосредоточенно всматривался вдаль.
– Пушик! – тихо позвала я, не спуская глаз с маньяка. – Ты бы его тоже того… в лед завернул!
– А? – отозвался хладикс. Оказывается, он уже спокойненько сидел на пушистом заду и вылизывал лапу. – А-а… Да зачем. Сейчас его заберут. Все отлично, Эльза.
И точно – с обеих сторон башни появились маги в форме, сгрудились вокруг беснующегося Торрена, который продолжал выкрикивать угрозы… Открылся портал, и моего несостоявшегося убийцу втащили туда.
Я была уверена, что дракон уйдет вместе с безопасниками. Но нет.
– Вот и все, – сказал Эрдан, когда портал закрылся. – Вот и все.
Движением руки он снял защитный полог, подошел к ступеням и присел на корточки, внимательно глядя мне в лицо. Как-то… виновато глядя.
Тут же вспомнилась поза распластавшегося передо мной Пуша – всего-то несколько минут назад…
– Ты что? – неловко спросила я.
– Прости. Я едва успел. Был на допросе одной из студенток, когда пришел сигнал от Ледогрыза, – Он смотрел так, что я совсем застеснялась. Словно видел перед собой не меня, а кого-то долгожданного, любимого, которого чуть не потерял…
– Но успел же, – сказала тихонько. – Что ты на меня так смотришь?
– Ты наконец-то говоришь мне «ты».
– Это я… на нервах.
– Все хорошо. – Эрдан протянул руку и заправил мне за ухо прядь волос.
Я быстро пригладила то, что осталось от прически.
– Значит, на мне висит маячок? – спросила, стараясь не смотреть ему в глаза.
– Ну естественно, – подтвердил этот… предусмотрительный спаситель. – Было бы странно, если бы не висел. Хочешь устроить мне скандал по этому поводу?
– Считаешь меня такой глупой? – вздохнула я.
– Уже нет, – усмехнулся дракон. – А вдобавок теперь я считаю тебя необыкновенно смелой. Решительной. Стойкой. С таким характером, Эли, тебе нужно работать безопасником.
– Не хочу ходить в форме, – отказалась я.
Он мне польстил? Или правда так думает?
– Скажи…
Эрдан уселся рядом со мной и, чуть помешкав, обнял за плечи, прижал к себе. Тесно прижал, и я, в очередной раз наплевав на этикет и воспитание, радостно прильнула к нему, такому теплому, надежному, сильному.
– Скажи, – повторил он. – Ты ведь не видела, что я лечу, когда прыгала с башни?
– Нет, – призналась я. – Будешь устраивать мне скандал по этому поводу? Ну и вообще… по всему этому… Сегодняшнему происшествию, – добавила, неопределенно помахав в воздухе рукой. – Я безответственная, неблагоразумная и что там еще…
Он внезапно стиснул меня еще сильнее, почти до боли.
– Ты – моя отважная девочка… – прошептал над ухом. – Удивительно благоразумная, хладнокровная, с великолепной реакцией. Да вдобавок красивая. Кстати, я тоже не хочу, чтобы ты ходила в форме. Мне вообще нравится твоя манера одеваться.
– Правда? – удивилась я.
– Правда. Ну и потом, моей жене вовсе ни к чему работать где бы то ни было.
Вот на это реагировать я не стала. Не знала как… Но зато вспомнила, о чем хотела его спросить. Давно уже хотела!
– Слушай, Эрдан. А кто ты такой?
– В смысле?
– В прямом. Понятно же, что к департаменту образования не имеешь никакого отношения. Но мне интересно, следователь или просто безопасник?
– Безопасник, – едва заметно улыбнулся Сиер. – А точнее… – Он почему-то вздохнул и продолжил таким тоном, будто признавался, что у него уже есть жена и трое детишек. – Я занимаю довольно высокую должность, Эльза.
– Какую? – подтолкнула я.
– Глава Королевского Департамента Безопасности.
Ни-че-го себе!!!
– А… а сколько же тебе лет?
– Тридцать.
Я вывернулась из объятий и уставилась на него с открытым ртом.
Тридцать?! Да не может быть! Для драконов это возраст не то чтобы детский, конечно, но очень даже юношеский! Мы с ним, можно сказать, ровесники! Вывод – Эрдан Сиер талантлив как невесть кто!
Следующие слова я просто не смогла удержать в себе. Клянусь, они вылезли из меня сами, без моего желания и участия!
– И ты что, действительно хочешь на мне жениться?! Или это было только ради расследования?
– Было бы неплохо, – подтвердил он. – И нет, не ради расследования. Жениться на тебе я решил еще до всей этой истории.
– Из-за наследства? – нервно хихикнула я.
– Разумеется, – кивнул Эрдан. – Понимаешь, мне точно потребуется состояние, которое я буду тратить лет через четыреста-пятьсот, когда закончится мое.
Я только заморгала и жалобно попросила:
– Давай об этом потом поговорим. Позже… Я как-то не готова вообще… Тем более за главу безопасности…
И дракон засмеялся.
Ну а что? В конце концов, теперь я вроде бы не планирую скоропостижно скончаться в обозримом будущем, так что времени для разговоров у нас будет достаточно.
Так я тогда решила!
И оказалась не права.
Времени не было вообще.
Нас ждали прямо около общежития. Точнее, бежали навстречу – со стороны моста на административный остров.
Тетя Вив заключила меня в объятия и едва в оных не придушила.
Потом мы как-то оказались в холле здания администрации, в окружении целой толпы преподавателей. И там моя тетушка, декан стихийного факультета престижной академии, рыдала на груди… почему-то Фила Гармена. Притом, судя по его довольной улыбке и предупреждающим взглядам, которые он кидал на стоявших рядом с тетей коллег мужского пола, у кое-кого из семейства Тарт внезапно наладилась личная жизнь…
Честно сказать, думать о переменах в тетиной личной жизни мне было совершенно некогда.
Я даже не успела как следует опомниться от того, что произошло. События завертелись, и следующие несколько дней пронеслись как в тумане. Академия бурлила слухами и догадками, но самым обсуждаемым был пойманный преступник.
Убийцу фениксов Торрена Гира под строгой охраной доставили в столичную тюрьму, где его должны были держать до окончательного разбирательства дела и суда.
И Кэмрена, и уборщицу Таширу нашли. Оба сейчас лежали в госпитале, где медики и маги трудились день и ночь, чтобы восстановить их после столь длительного пребывания в стазисе.